Надо ж такому было случиться! Буквально за день до открытия в Мурманске российско-норвежского семинара по проблемам взаимодействия рыбной и нефтегазовой отраслей на Северном бассейне пришло тревожное сообщение. На буровой платформе «Приразломная» штормом сорвало трап. Поговаривали даже о возможной эвакуации с нее людей... Все обошлось, повреждения быстро устранили. Они не представляли никакой опасности для окружающей среды. Тем не менее информацию к размышлению участникам семинара этот случай дал, и его не раз приводили в пример на встрече.

Поиск точек соприкосновения, налаживание взаимопонимания между рыбаками и нефтяниками, которым суждено работать в одних и тех же районах арктических морей - такова была главная заявленная тема семинара. Но свои коррективы внесла в регламент мероприятия сама жизнь. Слишком свежи в памяти события вокруг траулера «Сапфир-2», явно омрачившие российско-норвежские отношения. Обойти их стороной участники семинара не смогли.

Тон задал Генеральный консул Норвегии в Мурманске Ейвинд Нордслеттен. Его приветственное слово довольно скоро переросло в разъяснение действий норвежских властей и береговой охраны. Прежде всего он постарался развеять подозрения в предвзятости береговой охраны по отношению именно к российским рыбакам. Только за текущий год за различные нарушения задержаны с последующей выпиской штрафа 11 своих же, норвежских, судов, 8 российских и 3 траулера из прочих стран. Так что зона вокруг Шпицбергена вовсе не дискриминационная, там действует принцип нейтральности.

По его словам, не дает оснований для беспокойства и договор о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане. Все предшествовавшие ему договоренности 70-х годов остаются в силе еще в течение 15 лет. Но контрольные мероприятия, в том числе по выявлению выбросов рыбы за борт, будут продолжаться. Без преследования нарушений нельзя, это может подорвать наш общий запас водных биоресурсов. И вообще, сказал в заключение Ейвинд Нордслеттен, море - наше общее поле. И уберечь его, в том числе от вызовов, порожденных развитием деятельности нефтяников, можно только совместными усилиями властей и специалистов двух стран и при международном сотрудничестве. Арктика - территория диалога.

Выступление Генерального консула прокомментировал участник семинара, заместитель главы Росрыболовства Василий Соколов:

- Семинар называется «Нефть и рыба». Лично я бы поменял местами эти понятия. Рыба добывается здесь столетиями, именно она основной вид промысла для населения прибрежных районов и России, и Норвегии. Хотя, конечно, если сравнивать в денежном выражении, доход от «рыбалки» может показаться достаточно скромным на фоне добычи нефти. Тем не менее умалять значение рыбного промысла было бы неправильным. А диалог с норвежскими коллегами важен еще и потому, что ими накоплен уже большой опыт взаимоотношений с нефтяниками. Кстати, как подтвердил председатель Союза рыбаков Норвегии Рейдар Нилсен, складывались они далеко не сразу и не просто. Так что и нам необходимо перед началом разработки шельфовых месторождений тщательно взвесить все возможные риски для экологии арктических морей. И это главная цель данного семинара. Хотя в свете недавних событий (прежде всего имею в виду насильственное задержание норвежской береговой охраной российского траулера «Сапфир-2») внимание многих участников встречи переключено большей частью на обсуждение данной проблемы. Вот и уважаемый господин Генеральный консул Норвегии в Мурманске сместил акценты в своем выступлении на объяснение причин этого инцидента. Виталий Соколов сказал, что считает своим долгом изложить свою позицию:

- Случай с «Сапфиром» - нарушение всех существующих правил обеспечения безопасности на море. Именно это и стало камнем преткновения на состоявшейся недавно 40-й сессии Смешанной российско-норвежской комиссии по рыболовству. Мы легко и быстро договорились о распределении запасов вылова, но относительно мер контроля прийти к общему мнению так и не смогли. В том числе в вопросе выбросов рыбы за борт. Не совсем понятно, как можно контролировать то, что четко не определено. Так что впереди у нас тяжелые переговоры.

В перерыве заседания в беседе с журналистами Василий Соколов вернулся к теме контроля подробнее.

- Сегодня общепризнано, - подтвердил он, - что рыбаки в Баренцевом море работают ответственно. Нет переловов, растут запасы водных биоресурсов. Значит, мы на правильном пути. И наша позиция по контролю российских судов была, есть и будет однозначной. Мы сами способны осуществлять контроль за своими судами. По поводу «Сапфира-2» российский МИД заявил послу Норвегии протест. И в дальнейшем мы не намерены оставлять этот вопрос без внимания. Пути выхода из непростой ситуации есть, но многое зависит от добрых намерений сторон. И присутствие российских судов рыбоохраны в районе Шпицбергена необходимо в рамках взаимодействия с норвежцами. Мало того, его необходимо усиливать. Такое поручение дал на недавнем заседании правительственной комиссии первый вице-премьер Виктор Зубков. Но такой контроль обязательно необходимо осуществлять совместно с представителями самой рыбной отрасли. Ведь контролер часто действует по собственному пониманию ситуации, ему по определению проще все взять и запретить. И хлопот меньше. Представители Росрыболовства должны присутствовать в том районе. Пока, правда, многое упирается в финансирование. Но присутствовать будем. Практика последних лет показывает: как только российские инспекторы в качестве наблюдателей поднимались на борт судна во время норвежской проверки, большинство претензий к рыбакам вдруг исчезало. Это относится и к уже упоминавшимся мною выбросам рыбы. Как можно обвинять в этом экипаж, если в правилах нет четкого определения, из какого места, в каком объеме и состоянии попавшая за борт рыба считается намеренным выбросом? Так ведь можно дойти и до запрета спортивно-любительской рыбалки по принципу «поймал-отпустил»! Как же - массовые выбросы... Между тем этот способ рыбалки считается достижением и в Норвегии, и у нас. Запретить? Подобная неопределенность - беда многих законодательств, не только российского. Рыбак должен четко знать, что ему разрешено, что нет. Здесь большое поле для деятельности, в том числе и в рамках Смешанной российско-норвежской комиссии по рыболовству. Проблема общая - на норвежских судах, бывает, до 30-40 процентов всего улова выбрасывается.

К основному вопросу повестки дня семинара собравшихся вернул доклад председателя правления Союза рыбопромышленников Севера Виталия Касаткина. Он напомнил, что с начала 80-х годов на шельфе Баренцева, Печорского и Карского морей открыты 15 углеводородных месторождений. Нынче кроме трубопроводов транспортировка нефти осуществляется и морским путем. Танкерные маршруты проходят по основным районам рыбного промысла. Глубины моря там порой доходят всего до 350 метров. Случись что, мы можем лишиться рыболовства на долгие десятки лет. Крайне негативное воздействие на водную экосистему оказывают и сейсморазведка, бурение скважин. Необходимо принимать все возможные меры к сохранению на должном уровне рыбных запасов и в целом уникального животного разнообразия хрупкой арктической фауны. Эти задачи должны быть первостепенными для нефтегазовой отрасли России и Норвегии.

Рыбаки, в частности, предлагают согласовывать время проведения поисково-разведочных работ в районах активного промысла, установить для промышленной разработки нефти и газа запретные районы в прибрежной зоне, местах нереста и откорма молодняка рыбы, разработать оптимальные маршруты движения танкеров с целью обхода участков интенсивного промысла.

Эти и многие другие рекомендации вошли в итоговую резолюцию семинара. Решено также предложить правительствам обеих стран исключить саму возможность возникновения конфликтов между нефтегазовой и рыболовной отраслями в Баренцевом море. А самым оптимальным способом достижения этого рыбаки считают отказ в выдаче лицензий на изыскательские работы в районах и во время наиболее активного промысла.

Андрей ПОПОВ