Тесно будет в Астрахани в октябре. На днях стало известно, что там намечено провести масштабное мероприятие с участием руководства страны. И потому участникам намеченной на те же сроки 43-й сессии Смешанной российско-норвежской комиссии по рыболовству (СРНК) в астраханских гостиницах может элементарно не хватить номеров соответствующего класса. Поэтому встречу представителей рыбацких сообществ двух стран, скорее всего, перенесут в Санкт-Петербург.

Впрочем, этот «организационный вопрос» не был основным для участников видеоконференции, которую провел заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов. Разговор был посвящен главной теме предстоящей сессии СРНК, на которой, как водится, будут установлены объемы общедопустимого улова (ОДУ) для рыбаков наших стран на предстоящий год.

Первым на видеоконференции слово предоставили представителям науки. Ведь именно рекомендации ученых-ихтиологов по традиции ложатся в основу принимаемых на СРНК решений о размере допустимого вылова. Доводы специалистов ПИНРО изложил заместитель директора по науке Евгений Шамрай.

И начал с самой востребованной промысловиками в Баренцевом и Норвежском морях рыбы - трески. Состояние ее запасов в настоящее время не вызывает у ученых никаких опасений. Поэтому стороны вполне смогут установить ОДУ на нее на 2014 год в пределах 1,1 миллиона тонн - самый высокий показатель за всю историю работы СРНК. К тому же расплодившаяся треска, заядлая хищница, наносит ощутимый урон запасам не только сельди и мойвы, но и своих же сородичей. Каннибализм для нее дело обычное. Поэтому треску, в первую очередь крупную, взрослую, можно и даже нужно изымать из естественной среды без особых ограничений, считает наука.

Хуже ситуация с ее подвидом - норвежской прибрежной треской. Стадо находится в депрессивном состоянии. Международная морская организация ИКЕС предлагает на время вообще прекратить ее промысел. Но так как он взаимоувязан с добычей нашей баренцевоморской трески мурманскими рыбаками-прибрежниками, ученые ПИНРО призывают членов российской делегации на СРНК отстоять квоту для наших земляков хотя бы в ныне установленном объеме - 20 тысяч тонн.

Несколько последних лет понемногу снижался и запас пикши. Хотя по-прежнему он выше среднего многолетнего уровня. Наша делегация будет настаивать на 150 тысячах тонн ее вылова, исходя из заверений ученых о том, что такой объем не подорвет популяцию.

По данным российских исследований, идет рост запаса черного палтуса. Поэтому изъятие 18-19 тысяч тонн этой рыбы не повлечет никаких негативных последствий. Такой объем и будет рекомендован на переговорах нашей стороной. Примерно на уровне нынешнего года ученые считают возможным сохранить объемы промысла окуня-клювача.

Что же касается самой народной рыбки - мойвы, то пока оценки ее запаса еще нет. В настоящее время два научно-исследовательских судна - наше и норвежское - заканчивают съемку. Окончательный вердикт будет вынесен ко 2 октября. Но по прогнозу, сделанному на основе весенних данных, ОДУ может составить порядка 290 тысяч тонн. Из них российской стороне достанется 100-120 тысяч тонн. Реально же сможем выловить 70-80 тысяч тонн. Поэтому, учитывая, что все последние годы квоту на мойву наши рыбаки хронически не выбирают до конца, следует предусмотреть вариант обмена ее части, например, на сельдь. Уже долгое время пополнения ее запаса практически не происходит. Так что поставка дополнительного объема селедки на российский берег за счет такого вот бартера стала бы неплохой добавкой. Вопрос этот также будет рассматриваться на сессии.

Отдельной темой обсуждения должна бы стать проблема выброса рыбы в море. Здесь в национальных правилах рыболовства двух стран, пожалуй, самые большие разночтения. Норвежцы при определении понятия выброса основываются на документах продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН - ФАО. Наша сторона, также руководствуясь ими в целом, считает, что некоторые их положения пора пересмотреть. Они не до конца учитывают специфику ведения промысла рыбаками разных стран.

В частности, все из-за тех же расхождений в законодательстве получаются размыты сами понятия преднамеренного и случайного выброса. Сказывается и техническое несовершенство орудий лова. Так, у россиян нет пока современной селективной решетки, способной отсекать экземпляры пикши при поднятии на борт трала с треской. Кроме того, если следовать определениям ФАО, то на российских судах из-за отечественных нормативов размера ячеи трала просеиваемая сквозь сетевое полотно рыба считается выбросом. Как и вывалившаяся в море при аварийном разрыве трала.

Российская сторона считает, что на переговорах с норвежцами необходимо четко определить, что есть преднамеренный выброс, а что нет. Правда, соседи до сих пор неохотно идут на обсуждение этого вопроса. На предстоящей сессии СРНК россиянам придется проявить настойчивость. Пока будет сохраняться неопределенность, неизбежны новые инциденты - задержания российских судов под предлогом несоблюдения норвежских правил.

Предлагаются несколько взаимозависимых путей того, как следует постараться снизить выбросы. Например, применять более совершенные орудия лова. Оперативно закрывать те районы промысла, где зафиксирован слишком большой прилов молоди или рыбы, объемы добычи которой в данный момент ограничены. Обнаружат ее на борту - накажут, выбросишь в море - еще сильнее. Так не лучше ли на время, пока «не тот» косяк пройдет мимо, сменить место промысла?.. Капитанам также рекомендуется избегать чрезмерных уловов - таких, которые невозможно обработать за текущие сутки. Но прежде всего следовало бы привести в соответствие нормы законодательств двух стран.

Еще один сложный вопрос, который пока норвежская сторона избегает обсуждать, - ситуация вокруг архипелага Шпицберген. Соседи считают, что это выходит за рамки компетенции СРНК. Тут будет над чем поработать российской дипломатии. Конкретно - представителям МИДа РФ, по традиции входящим в состав российской делегации на каждой сессии Смешанной двухсторонней комиссии по рыболовству.

Андрей ПОПОВ