Участник Великой Отечественной, ветеран морской пехоты, спецназовец, казачий атаман, художник, иконописец, дизайнер, почетный гражданин Полярного... Если бы я не знал лично, то вряд ли поверил бы тому, что о нем пишут и говорят. Но мы c Георгием Марковичем Возлинским дружили более тридцати лет. Гостили друг у друга, совершали походы по местам былых боев, ездили с выступлениями по школам и воинским гарнизонам.

Это был человек, основательно потрепанный войной, с которой «познакомился» 16-летним пареньком. В том же возрасте получил первое ранение. Первое - из семи... Воевал под Москвой, на Кавказе, немного на Воронежском фронте и у нас, в Заполярье. Все перемещения были связаны с очередным ранением и госпитализацией.

В 1944-м, после конфликта с офицером, Георгий попал на полуостров Средний, в 614-ю отдельную штрафную роту.

- Мне довелось участвовать в разных передрягах: в разведке боем, рукопашных схватках, испытать беспощадные бомбежки и артналеты. Могу, имею право сказать: тяжелее всего было на Рыбачьем, в Долине Смерти на подступах к хребту Мустатунтури, - вспоминал ветеран. - Шестьсот метров под прицельным огнем пулеметов, мин и снайперов надо было преодолеть с грузом на плечах. Выходят десять человек, до цели добираются дай бог трое, а то и никто. Нас насмешливо и ласково называли «ботиками». А надо бы было смертниками. Так точнее.

«Ботик» Возлинский совершил 17 ходок через Долину Смерти. К боевому охранению носили боеприпасы, стройматериалы, продукты питания. Обратно тащили раненых.

Последний для него рейд закончился так. Добравшись до Мустатунтури, матрос по натянутой веревке стал подниматься на скалу, где находился наш боевой расчет. Немецкий снайпер стрелял наверняка, но что-то у него дрогнуло, и вместо головы пуля попала в веревку. Падение с пятнадцатиметровой высоты память не зафиксировала, как и время, которое он пролежал без сознания. Потом, уже в госпитале, врачи сказали, что в снежном плену он провел несколько суток.

В 1979 году мы с ним нашли и ту скалу, и обрывок полуистлевшей веревки на ней.

- Да... - рассматривая подъем, произнес ветеран. - Отчаянные парни мы были.

В сентябре 1945-го Георгий Маркович вернулся домой инвалидом. Теперь для него линией фронта стала собственная судьба. Надо было превозмочь болячки, занять достойное место в жизни. Он поступил в институт, возобновил занятия академической греблей и работал, не давая спуску израненному организму.

С выходом в 1983 году на пенсию ветеран полностью посвятил себя творчеству и военно-патриотическому воспитанию молодежи. Писал стихи, картины, создал целую серию эстампов, которые печатались на почтовых конвертах, занимался иконописью, резьбой по дереву. Свои произведения щедро дарил храмам и музеям.

Запомнилось несколько добрых дел Возлинского.

Как-то раз в конце 90-х заехали мы с ним в Печенгский монастырь, к тогдашнему игумену Аристарху. Слово за слово, и батюшка рассказал о своей мечте завести при монастыре коз и поить молоком экипаж подшефного сторожевого корабля. Поговорили, и ладно.

Но прошло какое-то время, и вдруг раздался звонок из Москвы от Георгия Марковича:

- Я купил коз нужной породы. Договорился с летчиками авиации Северного флота. Они привезут животных на самолете в Сафоново. Пожалуйста, организуй их доставку в Печенгу.

Так в монастыре появились изящные и доверчивые козочки.

В начале 2000-х Возлинский был гостем 61-й бригады морской пехоты. Возникла идея написать серию картин, посвященных боям в Заполярье. Заместитель командира бригады Михаил Саввин попросил меня помочь. По просьбе ветерана погрузили в машину простую солдатскую табуретку и поехали. Приезжаем в Лиинахамари. Художник показывает точку в районе причала, просит поставить для него табурет.

- Через сорок минут заберите меня, пожалуйста.

Приезжаем. Готова картина. Четко выдержаны все тона, пропорции. Все до мельчайших подробностей: причалы, корабли, мачты, чайки. Потом это повторялось на месте подвига Анатолия Бредова, на полуостровах Средний и Рыбачий. Удивительный талант.

Последний наш совместный проект родился в московской квартире фронтовика в 2012 году.

- Я подсчитал, - с трудом уже после операций на горле выговаривая слова, сообщил Георгий Маркович, - и выяснилось, что на полуострове Средний, в Пумманках, за годы войны перебывало больше всего Героев Советского Союза. Предлагаю установить там Свечу Памяти и увековечить этих людей, чтобы люди знали об этом. Я тебе пришлю проект этого памятника.

Через какое-то время почта доставила чертежи. Просчитав затраты, стали искать спонсоров. Благодаря неравнодушным людям к лету 2013-го удалось закупить необходимые стройматериалы, заказать мемориальные доски. Снег сошел, и в Пумманки отправилась молодежь. Ко Дню Военно-морского флота памятник был готов.

День ВМФ того года запомнится участникам традиционного похода «Фронтовыми дорогами Рыбачьего» штормовым ветром, который валил с ног даже самых увесистых участников. Но главное - участием Возлинского, который умудрился привезти с собой из Москвы народного артиста России Юрия Назарова, заслуженную артистку России Людмилу Мальцеву, группу священников.

Свеча Памяти в Пумманках - последняя воплощенная в жизнь его идея. Как символ неиссякаемого мужества и доблести она встречает путников на развилке дорог у бывшего фронтового аэродрома. И мне напоминает не только о Героях, но и об авторе проекта, упокоившемся пять с половиной лет назад. Удивительный был человек.