60 лет исполняется геологу, лауреату премии правительства РФ в области науки и техники, генеральному директору МАГЭ Геннадию Семеновичу Казанину

Существует два мнения насчет того, кто должен стоять во главе предприятия. В одном случае начальник - выходец из профессиональной среды, изучивший "изнутри" различные ступени производства. В другом, что практикуется в некоторых современных компаниях, топ-менеджер не обязательно должен быть специалистом в конкретной отрасли и разбираться в технических тонкостях - предпочтительнее универсальный управленец, хорошо знающий лишь принципы руководства коллективом и экономические законы.

Конечно, оба подхода имеют право на существование. Но, согласитесь, странным выглядел бы, например, коллектив морских геологов, который ведет за собой человек, ни разу не ступавший на борт судна или не "заглядывавший" с помощью хитроумных приборов в толщу Земли... Поэтому вполне логично, что генеральным директором Морской арктической геологоразведочной экспедиции (МАГЭ), работающей в Мурманске уже более 35 лет и снискавшей известность как одно из ведущих учреждений в своей сфере, является геолог с огромным стажем, многократно выходивший в море, имеющий в своем багаже технические изобретения и научные открытия, - Геннадий Казанин.

Из космоса на дно

Когда накануне 60-летнего юбилея, который Геннадий Семенович отмечает сегодня, я пришел в МАГЭ, там кипела работа. На утро руководитель должен был лететь в командировку, а в кабинет непрерывно с самыми разными вопросами шли подчиненные, не смолкал телефон. "Похоже, в аэропорт ему придется ехать прямо с работы", - пошутил кто-то. И все же Геннадий Казанин откликнулся на просьбу и нашел время рассказать о том, чем живет современная морская геология, а также о своем пути в выбранной сфере, который действительно был полон неожиданных поворотов. Взять хотя бы тот факт, что в специалисты по подземному царству он пришел после учебы по специальности... "космическая радиосвязь".

- После окончания моего института попасть в геологию было сложно - скорее в космос, - вспоминает Геннадий Семенович. - Но помимо учебы я участвовал в общественной жизни, состоял в комсомоле, и коллега по этой линии, распределившись в Институт наземной геофизики, впоследствии позвал туда и меня - сначала на практику, а потом в штат. Кстати, диплом, над которым мы вместе трудились, вылился в разработку аппарата для изучения земной коры, который впоследствии активно использовался. Конечно, в чем-то выбор направления был обусловлен рядом совпадений, но в то же время сыграло роль и настойчивое стремление, некий стержень. Мне всегда хотелось посмотреть мир, поэтому, побывав однажды с экспедицией на Кольском полуострове, пленился романтикой морских дорог и остался здесь, в МАГЭ, где работаю уже 30 лет.

- Все же случайности имели место. А если бы не оказались в морской геологии, куда бы вы смогли прийти? - не удержался я от провокационного вопроса.

Геннадий Семенович себе не изменил:

- Если бы тогда не попал в морские геологи, все равно пришел бы... в морскую геологию. Разумеется, космические исследования тогда тоже были на пике, но там совершенно другая атмосфера - закрытость, строгая дисциплина, эмоциональная скованность. А полевая работа прельщала именно романтикой. Тогда наше направление только развивалось, все было впервые. Приборы делали своими руками, сами налаживали, испытывали, усовершенствовали.

Так из космического пространства сфера интересов Геннадия Казанина переместилась на земную кору, причем лежащую под толщами океанской воды. Придя в 1978 году в МАГЭ, он успешно влился в уже сложившийся коллектив, благодаря профессиональным и человеческим качествам завоевал уважение коллег. По словам одного из первых сотрудников Экспедиции, главного геофизика Игоря Французова, будущий руководитель сразу зарекомендовал себя как грамотный специалист.

- Первая наша с Геннадием Семеновичем встреча, когда мы действительно смогли вместе поработать и плотно пообщаться, произошла при довольно необычных обстоятельствах, - рассказывает Игорь Яковлевич. - В 1981 году я на судне "Яков Смирницкий", арендованном МАГЭ, отправился в Южную Атлантику. Но, прибыв на место, мы не смогли начать исследования - вышел из строя магнитометр. К счастью, в том же районе находилось судно нашей экспедиции "Профессор Куренцов", которое вызвали на помощь. На нем как раз был Геннадий Казанин, в то время начальник геофизической мастерской-лаборатории, занимавшейся разработкой и ремонтом аппаратуры. Он и еще двое специалистов пересели к нам на борт и довольно быстро, буквально за несколько часов, запустили капризный прибор. Разговорились, подружились - и разъехались. Уже потом общались по рабочим вопросам, когда в 1984 году Геннадия Семеновича назначили главным инженером, а я был начальником морской геофизической партии. И он всегда производил впечатление человека очень уравновешенного, оптимистично настроенного.

Укрощая стихию

В океанских походах доводилось бывать практически всем мурманским геологам - на то они и морские. Причем сотрудники МАГЭ испытали на себе качку всех океанов, добрались даже до Антарктиды. Первый рейс в море Росса возглавлял как раз Геннадий Казанин, случилось это в 1986 году. То плавание запомнилось многим, поскольку оказалось не только историческим, но и рискованным, в том числе и для... карьеры геологов.

- Экспедиция выдалась тяжелой - длительный переход, суровые условия работы вдали от цивилизации, - вспоминает участвовавший в походе нынешний 1-й заместитель генерального директора МАГЭ Игорь Заяц. - Трудились хорошо, слаженно, план выполнили в срок. Но по ходу поняли, что намеченных исследований недостаточно, нужна дополнительная съемка земной коры. Между тем от руководства предприятия и даже из Министерства уже шли телеграммы: "Срочно возвращайтесь". Я был тогда заместителем Геннадия Семеновича и обрисовал ему ситуацию. Казанин взвесил доводы и - думаю, сейчас уже можно об этом сказать - пренебрег указаниями начальства ради науки, оставшись на некоторое время и продолжив работу. Вообще, это одна из главных его особенностей - уметь оценить риски и пойти на них, когда необходимо. Вот и в тот раз задержка более чем оправдала себя: мы перевыполнили план, получили массу важной информации, создали задел для следующих экспедиций. К слову, по их итогам совместно с зарубежными коллегами выпустили уникальный сейсмостратиграфический атлас моря Росса с данными о строении земной коры. И это еще одно преимущество Геннадия Семеновича - уметь выделять стратегически верное направление, которое впоследствии приносит реальные плоды. Наверное, благодаря своему таланту просчитывать ситуацию на много ходов вперед он так хорошо играет в шахматы.

Но работа работой, а на замкнутом пространстве судна, как нигде, существенную роль играют межличностные взаимоотношения. Морская жизнь - особый, ни на что не похожий мир: если вокруг море, то и дружба должна быть, не разлей вода, иначе ни о какой совместной работе не может быть речи. Поэтому отношения в коллективе исследователей всегда выходили за рамки чисто коллегиальных, становясь глубокими и крепкими. Вот и ветеран МАГЭ Сергей Чуранов рассказывает, что знакомство с Геннадием Казаниным быстро переросло в дружбу.

- Я знаю нашего нынешнего руководителя с момента его прихода в экспедицию. В 1980-м он был старшим инженером-электроником, одним из разработчиков "Геокарта" - сейсмоакустического прибора для изучения верхних слоев геологического разреза. Прибор необходимо было испытать в морских условиях, одновременно проведя работы по составлению карт. Меня направили туда начальником рейса, и мы быстро сошлись с Геннадием Семеновичем и как коллеги, и по-товарищески. Мы находилиcь на бывшем рыболовецком судне "Сазан" - малоприспособленном для научных исследований, где в маленьком кубрике в два этажа размещалось восемь коек. Но трудные условия, пожалуй, только сплотили. Потом начались рейсы в Атлантику, в Антарктику уже под руководством Казанина, дружба семьями - у нас было по "москвичу", на которых мы выбирались на природу. Видя Геннадия Семеновича в семье, я всегда удивлялся его спокойствию, выдержанности. Запомнилось, как он учил сына, которому тогда было лет 13, водить машину - терпеливо, ни разу не повысив голоса, чему я просто завидовал.

Кстати, сын Алексей пошел по стопам отца, окончил геологический факультет Московского университета, стал кандидатом наук. А Геннадий Семенович, возглавив учреждение, перенес манеру общения и на подчиненных. Как говорят сослуживцы, он до сих пор не повышает ни на кого голоса. Если заходит к подчиненным, то, как правило, с приветливой улыбкой. Очень ответственно относится к шефству над детским домом и школой-интернатом и требует того же от коллег. Упомянул Сергей Чуранов и о новых качествах, которые проявились в Казанине-директоре.

- Появилась настойчивость, а еще быстрота принятия решений: делается это как будто без размышлений, но точно и выверенно. Во многом благодаря именно таким качествам нашего руководителя МАГЭ достигла успехов на российском и мировом рынках. А участники одного из проектов, возглавляемых им, в котором и мне посчастливилось участвовать, не так давно были удостоены высокой отечественной награды - Государственной премии в области науки и техники.

К слову, для Геннадия Казанина это далеко не первая награда. В его "архиве" медали "Ветеран труда" и "300 лет Российскому флоту", почетные грамоты Министерства природных ресурсов и губернатора Мурманской области, медаль ордена "За заслуги перед Отечеством" II степени.

От полюса до полюса

Сам же юбиляр своими главными достижениями считает успехи возглавляемого им предприятия - как нынешние, так и прежние.

- Мне очень приятно отметить, что технические средства и аппаратура, которые мы разрабатывали и налаживали еще в советскую эпоху, до сих пор в строю, оставаясь надежными и безопасными. Конечно, в их поддержание приходится вкладывать средства, но думаю, что таким арсеналом могут похвастаться немногие предприятия. Вполне закономерно, что специалисты МАГЭ ценятся на рынке, в том числе мировом. Крупнейшие иностранные компании доверяют нам, хотя первое время они постоянно нас контролировали, присылали наблюдателей, обучали. Сейчас мы успешно конкурируем с отечественными и зарубежными компаниями, получаем госконтракты, поскольку способны предоставлять качественные услуги при наименьших затратах.

Не скрывает Казанин и неудач. Говорит, что пока только в мечтах исследования по трассе Северного морского пути. МАГЭ начинала эти работы в 1980-х, однако из-за недостатка финансирования их пришлось свернуть. Та же участь постигла и антарктические рейсы Экспедиции, в которых Геннадий Семенович лично участвовал.

- Антарктида уникальна, она до сих пор полна тайн, и их надо раскрывать. Поэтому работать там было бы очень интересно и престижно.

На эпоху перемен, жестко ударившую по его родному предприятию, впрочем, как и по всей российской науке, Казанин не жалуется. Говорит, что в те трудные годы удалось многому научиться.

- Фактически перестраиваться под современный рынок мы стали еще в конце 1980-х, когда сотрудничали с зарубежными компаниями. Наши суда работали по контракту с различными странами - по всем океанам. От партнеров узнали, что такое внешний рынок, почувствовали его, поняли, как можно быть востребованными. И в этом смысле сегодняшнее отношение властей к геологии мне в чем-то импонирует: я согласен, что должна быть нацеленность на конечный результат, а не на абстрактное брожение ума. Еще одна проблема - разработка технических средств, в чем отечественные производители сильно отстали.

Все же, вопреки трудностям, капитан МАГЭ уверенно ведет экипаж к новым высотам. Точнее, глубинам, которые во многом еще остаются неизученными и неосвоенными, хотя всем очевидно, что они хранят огромные богатства. И в день юбилея мы присоединяемся к поздравлениям коллег и желаем Геннадию Семеновичу достичь всего намеченного.

Фото: Федосеев Л. Г.
Генеральный директор МАГЭ Геннадий Семенович Казанин.
Илья ЛЕОНИДОВ