Терский берег... Время неумолимо стирает черты прошлого. Пустеют деревни, уходят старые люди, а вместе с ними вымывается из живой речи поморский говор, скудеют обряды и традиции.

- В течение нескольких лет я собирал слова, устойчивые словосочетания, пословицы и поговорки терчан, - рассказывает автор словаря «Поморский говор» Николай Кушков. - Вначале только необычные, непривычные для меня, поскольку варзужане говорят не так, как жители села Тетрина, откуда я родом. Бывало, Ольга Нефедовна Мошникова принималась охать, когда я записывал за ней какое-нибудь выраженьице: «Андел, он опять уж на карандаш взял! Больше ни слова не скажу!». Но ворчала-то она по-доброму, ей льстило мое внимание к разговору с хозяйкой, у которой я в то время квартировал. Или, как бы сказали в селе, был на постое, на фатере.

Земляки, члены клуба «Помор», который создан в Оленегорске при городском музее, с большим удовольствием слушали терского журналиста, педагога и исследователя Николая Кушкова. «Нет старых деревень с неинтересной историей, особенно если вглядываться в эту историю сыновними неравнодушными глазами» - эти слова Виталия Маслова словно о Николае Дмитриевиче, поморском интеллигенте, бережно, по крупицам собирающем «старину». С Терского берега он отлучался разве что на армейскую службу да на учебу в институте.

- Диалект, на котором говорили терские поморы, постепенно уходит из обыденной речи, остается лишь в памяти старожилов. Письменных носителей: документов, литературных произведений - почти нет, кроме сказок и песен, записанных филологами и фольклористами. Надо ли исследовать эту почти утраченную речь, которая вряд ли возродится, и будущие поколения поморов вряд ли будут ее использовать? Думаю, надо, - размышляет терчанин. - Ведь по тем немногим письменным источникам, в числе которых письма, хранящиеся в семьях, по некоторым музыкальным записям и даже по отдельным диалектным словам мы можем судить о жизни поморов, их быте, занятиях.

По тем немногим письменным источникам, в числе которых письма, хранящиеся в семьях, по некоторым музыкальным записям и даже по отдельным диалектным словам мы можем судить о жизни поморов, их быте, занятиях.

- Со временем я стал записывать диалектные слова и тетричан, чапомлян - словарь прирастал. Стал обращать внимание на разницу в говоре как жителей сел Терского берега, так и на лексику поморов, живущих на противоположном берегу Белого моря. Проштудировал изданные словари Маркова, Мосеева, Меркурьева, тексты сказок, собранных Дмитрием Балашовым на Терском берегу. Изучил лексику из словаря Ивана Севастьяновича Меркурьева «Живая речь кольских поморов». Что касается поморской лексики терчан, то обнаружил некоторые явные неточности, попавшие в словарь. Есть в нем ряд слов, совсем неизвестных жителям побережья. Некоторые, конечно, устарели и вышли из обращения, другие записаны неверно, а может, относятся к другой местности. Ведь последняя фольклорная экспедиция была в 1967 году, а дата издания словаря - 1997-й, могло что-то забыться.

В мой словарь вошли только те слова, которые приходилось слышать самому от носителей поморского диалекта. Большинство собранных слов и поговорок и сейчас в ходу у коренных поморов.

Кроме поморской лексики в словаре Кушкова, изданном в 2011 году, можно найти и сведения о жизни поморов, их традициях, замечания этнографического характера. А фотоиллюстрации покажут падун (водопад), луды на наволоке (лудой поморы называют скалистый берег, а наволок - это мыс), сало (шуга на реке), ропаки (вздыбленные ледяные торосы), поездницу (узкую речную лодку) и многое другое.

Кстати, книга очень интересна выходцам с Новгородчины, сужу по себе: листая страницы, узнаешь слова и выражения, которые были в ходу у новгородских бабушек. Ведь поморами стали новгородцы, пришедшие на берег Белого моря в XII веке и принесшие родной диалект.

Как отметили на клубной встрече, сейчас «преданья старины глубокой» волнуют и взрослеющих детей - все больше среди подрастающего поколения тех, кто хочет знать свою родословную, интересуется жизнью прадедушек и прабабушек.

Николай Кушков собирает... судьбы. Из-под его пера вышло множество очерков и рассказов о земляках, жителях Беломорья. Если их опубликовать под одной обложкой, получится летопись не одного поколения - автор кропотливо собирает сведения о тех, кто жил на Терском берегу. Отыскивает фотографии земляков, встречаясь как с односельчанами, так и с поморами, живущими в других местах - вдруг в их семейных альбомах найдется недостающий снимок?

- Надо искать, пока память людская жива и свежа, ведь все забывается, - сожалеет журналист. - Много земляков уже ушло, например, в Варзуге умер последний ветеран Великой Отечественной войны Вениамин Рогозин...

Николай Кушков более четверти века проработал в сельских школах в Варзуге и Умбе - преподавал историю, английский язык. И ни разу, признается, не пожалел о том, что после окончания истфака Мурманского пединститута вернулся на родину. Где родился, там и пригодился, говорят о столь преданных своей земле людях. Интересы коренного помора многообразны - так, ныне он увлечен флорой побережья. К изданию готовится книга «Травы Терского берега».

- Чтобы опровергнуть мнение, что природа у нас бедна, - поясняет происхождение темы автор. - Обычно северяне какие травы знают? Те, которые, по их мнению, полезны. А про другие говорят: «Ну, такие желтенькие цветочки». Между тем растительный мир нашего края многообразен и не так прост. Вот я и решил восполнить этот пробел в знаниях земляков. Но это не просто сборник «о травах» - там будут легенды, рассказы о традициях, названия растений на местном диалекте. Какая такая «ильинская трава» у терчан? Это белозор по-научному, просто растение цветет в начале августа, аккурат на Ильин день. А в разделе «Живые цветы» представлены бабочки, которых можно встретить на Терской земле.

Фото:
Татьяна ПОПОВИЧ, Оленегорск.