«Идея получить информацию из первых рук у депутата бундестага от партии «Союз-90»/«зеленые» Ханса-Кристиана Штребеле появилась еще летом, когда только начал разгораться скандал, вызванный разглашением бывшим сотрудником американских спецслужб информации о тотальной слежке, которую ведет Агентство национальной безопасности (АНБ) США в других странах, в частности, в Германии. Но ни в правительстве ФРГ, ни в немецкой прокуратуре интереса к предложению депутата не проявили, и тогда он сам взялся за дело.

Первый контакт со Сноуденом, когда тот еще находился в транзитной зоне аэропорта Шереметьево, сотрудники Штребеле установили уже в июле. Депутат даже пожертвовал летним отпуском, чтобы не упустить возможности поговорить с американцем, и был готов в любой момент сесть в самолет. Но по причинам, о которых Штребеле предпочел умолчать, летняя встреча со Сноуденом не состоялась.

Реализовать план встречи удалось 31 октября.

В российскую столицу Штребеле летал фактически инкогнито, не уведомив о своих намерениях ни правительство ФРГ, ни - что вообще-то принято при зарубежных поездках депутатов - немецкое посольство в Москве.

Из гостиницы парламентария и сопровождавших его двух немецких журналистов «довольно долго», рассказал Штребеле, везли на микроавтобусе с тонированными стеклами по Москве к условленному месту, где они встретились со Сноуденом и, добавил он, «его сотрудницей». В целях конспирации депутат не стал брать с собой на встречу даже мобильный телефон, оставив его в гостиничном сейфе.

«Это была не только очень интересная беседа, но и дискуссия, - заявил Штребеле. - Сноуден здоров. Это молодой человек, пышущий здоровьем, в хорошем настроении, энергичный, но и рассудительный, понимающий, на какой риск он пошел своими разоблачениями».

Как живет Эдвард Сноуден в Москве, в гостинице или на квартире, с кем общается, ходит ли в магазин или в кино, есть ли у него телохранители? «Что касается тем, так или иначе связанных с обеспечением безопасности, - ответил Штребеле, - то мы договорились о них не говорить. Но на мой вопрос, есть ли у него возможность пройтись в Москве по магазинам, он ответил положительно».

Эдвард Сноуден, по словам Штребеле, очень подробно объяснил свои мотивы разглашения совершенно секретной информации американских спецслужб и даже изложил их в письменном виде в послании - своего рода открытом письме, которое депутат привез в Берлин, размножил и раздал журналистам.

По оценке Штребеле, Сноуден остается патриотом США и мечтает о том дне, когда сможет поделиться своими знаниями в Конгрессе США. Когда такой день наступит и наступит ли вообще, неизвестно. Пока же он дал понять гостю из Германии, что готов ответить и на вопросы немцев. В ФРГ возобновили интерес к Сноудену после того, как разразился скандал в связи с предполагаемой прослушкой американскими спецслужбами мобильного телефона канцлера Ангелы Меркель.

Проблема в том, как на практике опросить такого ценного свидетеля. Сноуден имеет в России временное - пока на один год - убежище, и если он выедет за пределы страны, например, в Германию, то автоматически лишится такого статуса и не сможет вернуться обратно, пояснил Штребеле.

Кроме того, и Германия еще не готова дать Сноудену гарантии невыдачи американским властям. Законные же основания для предоставления ему политического убежища в ФРГ могут появиться в том случае, если у Германии возникнет политический интерес - то есть интерес какого-либо из немецких государственных институтов. В роли такого института, пояснил Штребеле, может выступить бундестаг, многие депутаты которого ратуют за создание специальной комиссии по расследованию обстоятельств шпионской аферы и приглашение Сноудена в качестве свидетеля.

«Сноуден готов приехать в Германию и дать показания, - заявил Штребеле, - если будет уверенность в том, что после этого он сможет остаться в безопасности в ФРГ или в аналогичной стране».

А не могут ли члены такой комиссии или представители немецкой прокуратуры опросить ценного свидетеля в Москве? Нет, не могут, заявил Штребеле. Да и сам Сноуден такой вариант исключает по причинам, о которых депутат говорить не пожелал. Из его туманных намеков и недомолвок, однако, можно было сделать вывод, что Эдвард Сноуден хотел бы как можно скорее покинуть территорию России и получить убежище в Германии или какой-либо другой стране Европейского Союза».

Никита ЖОЛКВЕР, («Deutsche Welle», Германия.)