(Продолжение. Начало в № 52, 56, 60, 64, 67.)

Когда мы говорим о Мурмане 30-х годов, обязательным является упоминание о стремительном - в разы - росте населения. Ну, рост он и есть рост, и что? Мы плохо представляем, какими темпами увеличивалось население края. Меж тем если в 1938 году в области жили 250 тысяч человек, то в 1940-м уже 350 тысяч! Вдумайтесь, какой скачок! А ведь всех этих людей надо было расселить где-то, накормить, обеспечить работой. Ладно, с работой как раз проблем не было, наоборот, специалистов остро не хватало. Но быт…

В конце 30-х СССР готовился к большой войне, ее неизбежность была очевидной не только для руководителей государства, но и для рядовых граждан. В этих условиях транспортная сеть (железная и автомобильные дороги) в значительной степени были загружены обеспечением нужд военного строительства. Задача разгрузить их для выполнения главной цели приводила к таким постановлениям правительства, как повеление всем регионам к 1942 году полностью перейти на самообеспечение картофелем и запрет на межобластные перевозки овощей. А теперь представьте, что это означало для северного Мурманского края?

Вот отрывок из письма секретаря обкома ВКП(б) Максима Старостина Георгию Маленкову и Анастасу Микояну:

«Наряду с суровыми климатическими условиями большое влияние оказывает на смертность детей крайне недостаточное снабжение области жирами и витаминизированными продуктами (масло животное, сало, картофель, овощи, фрукты, молоко и т. д.). Трудность развития сельского хозяйства в заполярном крае, когда колхозами области обрабатывается всего 570 га земли, при полном отсутствии колхозных рынков, когда единственным источником снабжения области являются отпускаемые централизованные квартальные фонды, зависимые от конъюнктуры понимания работниками Наркомторга СССР географического и экономического положения области, ставит в тяжелое положение дело снабжения трудящихся заполярной Мурманской области. Если в условиях карточной системы решением Совнаркома СССР от 27 января 1932 г. […] говорилось: «Предложить Наркомснабу СССР с января 1932 г. разработать и ввести усиленные нормы снабжения трудящегося населения г. Мурманска, соответствующие полярным климатическим условиям», то сейчас, когда экономические возможности СССР неизмеримо возросли, возросло и значение Мурманской области, думаю, что для 350-тысячного населения области можно установить твердый постоянный квартальный фонд отпуска продуктов питания, который может не снижаться, а только увеличиваться в связи с ростом трудящегося населения при соответствующем обосновании на это областных организаций […] Введение твердого квартального фонда, увеличивающего снабжение мясом, жирами и витаминизированными продуктами трудящихся заполярной области, будет способствовать сокращению детской смертности, текучести рабочей силы и сгладит суровые заполярные климатические и культурно-бытовые условия и будет способствовать быстрейшему освоению Севера и выполнению хозяйственных планов. Поэтому прошу Вас при обсуждении данного вопроса в Экономсовете поддержать предложение Мурманского обкома ВКП(б)».

Комсомольский воскресник, г. Мончегорск. 1939 г.

Тогдашнее население Мурмана с определенной долей условности можно поделить на пять неравных по численности, правам и условиям жизни категорий. Первая - коренные жители: поморы, саами, финские и норвежские «царские» колонисты. Вторая - служивый люд, посланный на Север волей государства: военные, правоохранители, руководители и специалисты. Третья - навербованные из материкового СССР, привлеченные полярками (их на Мурмане давали за полгода работы, а на остальных «северах» - за год) и другими льготами. Четвертая - заключенные и спецпоселенцы (в основном раскулаченные крестьяне, сосланные на строительство наших комбинатов и ГЭС). И пятая - молодежь, приехавшая на те же стройки по комсомольским путевкам. И на месте их ждали отнюдь не романтика и песни под гитару у костра.

Вот письмо в областную партийную газету комсомольцев Черного, Рубца, Фоменко, приехавших на строительство завода Севморпути:

«Пять часов вечера. В это время для большинства строителей завода кораблей наступает конец рабочего дня. У всех находятся разные дела: собрания, учеба, нужно и в комитет комсомола и в постройком зайти. Хочется поехать в Мурманск в кино или театр. Но здесь всегда возникает такой вопрос:

- Ходит ли сегодня автобус из Росты в Мурманск?

Автобуса нет. Срочно начинаешь вспоминать, какой сегодня день пятидневки. Если пятый - хорошо! Поезд чаще ходит. Можно успеть в Мурманске сходить в сапожную мастерскую, а то ведь единственного на стройке «холодного сапожника» не скоро дождешься, да и дорого ему платить за починку обуви приходится.

Когда идешь по дороге домой, думаешь - не забыть бы в поселке хлеба купить: хотя в комсомольском городке и поставили специальный ларек, хлеба сюда не завозят. Продуктовые ларьки работают, как будто на зло, утром, а к моменту окончания работы закрываются.

Возникают еще мысли о бане. Возможно сегодня повезет: и в очереди часок, не больше, постоять придется, да и шайка в руки сразу попадет.

Вечером по шоссе гурьбой и в одиночку идут комсомольцы в свой городок. Дорога темная, неосвещенная. Идем осторожно, в двух шагах ничего не видно. С электроосвещением на строительстве плохо, темно на улицах.

Есть у нас еще много неприятных мелочей: постирать белье, например, для нас дело весьма мудреное - в прачечной стирка производится долго и дорого.

Плохо, что на строительстве нет мастерской бытового обслуживания. Часто надо починить одежду, перекроить, переделать и т. д. Возникает вопрос - где, как, когда это делать.

Неоднократный чемпион Мурманской обл. по лыжам Г. Абрамов на военизированной дистанции выполняет задание по стрельбе. 1940 г.

Плохое сообщение с городом, скверная работа торгующей сети, бани, прачечной, элементарного бытового обслуживания скверно отражаются на повседневной жизни молодежи. Этих мелочей очень легко избежать. Все это совсем необязательные и легко устранимые трудности. Нужно только руководителям стройки, комитету комсомола и постройкому лучше заботиться о быте строителей завода Севморпути».

Листая старые газеты

«Умба (по телефону). Стахановец-тысячник лесопункта № 3 тов. Бутусов в честь XVIII партс,езда взял обязательство вывезти за сезон 1500 фестметров древесины.

К 4 марта Бутусовым уже было вывезено 1714 фестметров. Средняя производительность труда Бутусова - 15 фестметров в день, в предс,ездовские же дни он выполнял 4 нормы».

 

 «4 марта, на сутки раньше графика, в Нью-Йорк из Мурманска прибыл советский пароход «Кузнец Лесов». В трюмах парохода - оборудование для советского павильона на всемирной выставке».

 

Орфография и пунктуация цитируемых документов оставлены без изменений.

 

(Продолжение следует.)