«Нам каждую ночь снится наша деревня. Земля тянет. Мы вросли в нее пуповиной!» - говорили мне участники недавней экспедиции в бывшие становища Варзино и Дроздовка. Для саами это не простые слова. В них глубокий и даже сакральный смысл. После появления на свет ребенка женщины саами зарывали у внешнего угла дома пуповину и послед. Этим ритуалом они связывали новорожденного с его землей. Вот и тянет бывших варзинцев в деревню. И хоть нет сейчас этого поселения, но почти каждый год сюда приезжают саами, чтобы посетить исконные места.

- После того как наша семья уехала из Варзино, не была здесь пятьдесят лет! - рассказывает Анисья Тарасова. - Первый раз смогла побывать на родине в 2001 году.

Женщина сейчас живет в Мурманске. Самостоятельно добраться до поселка ей сложно. Дорог нет. Попасть сюда можно только по воздуху или по воде. Однако полет на вертолете в эти отдаленные от цивилизации места - удовольствие не из дешевых. Через турфирму тоже дорого. Путевка на неделю стоит от 70 тысяч рублей. У пенсионерки таких средств нет. Заход же теплохода «Клавдия Еланская» в эти места не предусмотрен. Вот и приходится варзинским саами договариваться через администрации области и пароходства, чтобы их доставили на берег судовым плавсредством.

Такая «высадка» даже для молодых, физически сильных людей - процесс тяжелый. При хорошей погоде он занимает минимум час. А если волнение? К тому же ездят в Варзино в основном люди пожилого возраста да их внуки. Но, несмотря на трудности, они все равно стремятся попасть на свою родину.

- Когда мы первый раз сошли на берег, я не смогла сдержать слез, - продолжает Анисья Федоровна. - Земля была - седая! Сейчас этого необычного эффекта уже нет. После того, как мы стали приезжать, земля словно ожила. И трава появилась. И даже цветы!

Слушать женщину о том, где и что родила земля Варзино, необычно. И не потому, что это не моя родина. Просто отношение к дарам природы у саами другое.

На севере Кольского полуострова не растут большие деревья. Берега покрыты только зарослями вереска и карликовыми березками. И единственная, неизвестно как появившаяся здесь настоящая береза, выросшая ровно посередине между двумя бывшими поселками - Варзино и Дроздовка, - ориентир для всех приезжающих. Ее не срубают. Жалеют. А для костра собирают топляк и плавняк, которые приносит море в бухты Уцем Коава и Шурем Коава, расположенные неподалеку от деревни.

- К сожалению, здесь не осталось домов, - продолжает Анисья Тарасова. - Поэтому на их месте мы разбиваем лагерь. Тяжело, конечно, жить в палатках. Но детям здесь очень нравится. В Варзино очень красиво. Простор. В километре от деревни чистейшее озеро Купальное. В теплые дни есть возможность окунуться. А на берегу моря - тихая галечная бухта, откуда в старину мужчины отправлялись на промысел тюленей.

Кыппьтэмь чиввр - так называется бухта, известная археологам по удивительным саамским лабиринтами. Здесь их четыре. Расположены они строго по сторонам света. Сейчас уже невозможно узнать, для чего саами выкладывали из белых камней странные спирали. Но с этим местом связана любопытная легенда.

- Это предание мне рассказывала моя бабушка, - вспоминает уроженка Варзино Нина Афанасьева. - В старину в бухте жило страшное чудовище. Чтобы задобрить его и выйти на промысел, старейшины приносили жертву. Выбирали самую красивую девушку и бросали ее в пасть морскому змею. Перед очередным жертвоприношением местный Нойда (саамский шаман) увидел сон, как можно спасти девушек. Вместе со старейшинами он растопил смолу, и ее вылили прямо на язык, когда чудовище открыло пасть. Змей скрылся под водой. Больше его никто никогда не видел. А саами стали вести промысел.

В советские времена местные жители также продолжали ловить семгу и бить тюленей. Здесь работал один из самых богатых колхозов.

- Я еще маленькая была, но помогала родителям, - вспоминает Анисья Тарасова. - Они вступили в колхоз, и жили мы, как в коммуне. Общим собранием тогда решали, кому идти на промысел семги, а кому - в тундру за оленями. Меня чаще брали в тундру. Правда, больше нравилось оставаться в Варзино. Перепадало рыбки покушать. Время-то было тяжелое, что до войны, что после. Хоть и привозили в наш единственный магазин еду, но жили люди в основном за счет того, что сами добывали.

А яйца так вообще деликатесом считались. Ели их практически сразу, потому что хранить долго не могли - о холодильниках мы тогда еще не знали. Потому сохранять их долго не могли. Да и откушать яиц можно было только в весенне-летние месяцы, когда птицы на гнездовья устраивались. Мы лазили по скалам и собирали яйца чаек, гагар. Это было опасно. Страховки никакой. Но в детстве опасности не чувствуешь. Даже когда немецкие самолеты пролетали над деревней, мы особо не прятались, хотя взрослые нас заставляли.

Во время войны погиб брат Нины Афанасьевой - Александр Павлов. Ему тогда было 14 лет. Паренька направили в Мурманск учиться на механика. При выходе катера из бухты его торпедировала немецкая подводная лодка.

- Все, кто были на борту, - погибли, - с тяжелым вздохом говорит Нина Елисеевна. - Практически рядом с родной деревней.

Но в Варзино жили не только саами. До войны здесь обосновалась норвежская семья Фредриксенов. По-норвежски основательно построили дом, поставили мельницу. Надеялись здесь жить долго. Но попали в горнило сталинских репрессий - иностранцы, да еще и кулаки. Мартена Фредриксена и его дочь Гидрунь арестовали, а позже расстреляли. Сыновьям удалось бежать… Через несколько лет в мельнице «врага народа» устроили пограничную заставу.

С приходом в эти места военных колхоз стал им мешать. Зона считалась пограничной. К тому же позже построили базу ПВО. Гражданских надо было срочно убирать. К концу 60-х годов прошлого века в Варзино оставалось жить только девять местных. Остальных расселили по городам и поселкам области. Бывших варзинцев сейчас можно встретить в Мурманске, Апатитах, Мончегорске, Островном, Североморске, Оленегорске, Ловозере и даже на Украине! Из этого государства - Валентина Забава (Захарова). Как сказала женщина, если удастся, на следующий год она вновь приедет на берег любимой реки, где ее будет ждать Баренцмор. Этого истукана поставили в качестве оберега лагеря семь лет назад, во время первой поездки бывших варзинцев на исторические места.

- А почему Баренцмор? - спрашиваю участников нынешней экспедиции.

- Имя как-то само родилось, - вспоминает Анисья Тарасова. - Есть у Пушкина Черномор, а у нас Баренцево море. Вот он и стал Баренцмором.

В этом году на истукана надели свитер цвета саамского флага. Да и сам флаг был поднят над лагерем. Все дни, с 19 июля по 2 августа, он гордо реял над бывшей деревней. Словно приглашая сюда других гостей. И хотя даже сами участники экспедиции не верят, что можно восстановить поселение, но все же надеются: а вдруг появятся желающие? И тогда на земле Варзино вновь зазвучат голоса ее жителей...

Фото:
Варзино в нынешнее время. Фотография из личного архива Нины Афанасьевой.
Фото:
Варзино. Лагерь варзинские саами разбили на месте бывшей деревни. Фотография из личного архива Нины Афанасьевой.
Фото:
Варзино. Участницам экспедиции не впервой готовить в полевых условиях. Фотография из личного архива Нины Афанасьевой.
Фото:
Варзино. Фотография из личного архива Нины Афанасьевой.
Фото:
Варзино. Снимок XIX века. Фотография из личного архива Нины Афанасьевой.
Татьяна АБРАМОВА.