11. Приключения в хибинских декорациях
«Тот мужик подходит и кэ-эк даст ему по кумполу!» - «Ну! А он?» - «А он с копыт!» - «А тот?» - «А тот говорит: «Рассказывай все!» - «Ух ты! А он?» - «А он: «Я изобрел сверхмощное оружие…» И потом как пошла пальба - закачаешься!»
Примерно таким образом делились мы в детстве друг с другом впечатлениями от увиденных в кинотеатрах боевиков или картин жанра «сайенс фикшн». И что удивительно - содержание фильмов забылось напрочь, начисто стерлось из памяти, а мальчишеский восторг от соприкосновения с пусть придуманным, пусть киношным, но все же настоящим мужским, как нам тогда казалось, миром - остался до сих пор. В основном, конечно, то были зарубежные ленты. Однако фильмы фантастического и приключенческого жанров создавали и в нашей стране. И даже в нашем крае.
В начале мая 1973 года неподалеку от дороги, ведущей на плато Расвумчорр, появилась временная съемочная площадка. Картина называлась «Открытие». Делали ее по сценарию Эдуарда Тополя, после эмиграции в США в конце 70-х ставшего автором довольно популярных политико-детективных романов, а тогда журналиста и начинающего драматурга. Об этом сценарии он рассказал в книге «Игра в кино: Роман моей киножизни», увидевшей свет в 1997 году. «Меня, - пишет Тополь, - в ту пору интересовала история Сибири и Заполярья, куда я постоянно летал в командировки то к первооткрывателю тюменской нефти Фарману Салманову, то на алмазные прииски Якутии, то в Хибины… И вот, роясь в «Сибирских вестниках», «Отчетах Географического общества Его Императорского Величества…» и прочих пожелтевших узкоакадемических изданиях, я наткнулся на фантастическую по занимательности историю открытия Норильского месторождения редких металлов».
Теперь она известна всем. Молодой геолог Николай Урванцев и его жена, преодолевшая вместе с ним все мыслимые и немыслимые трудности и в том числе перезимовавшая на Таймыре в самых что ни на есть полевых условиях, сперва открыли крупнейшее месторождение никеля и меди, а потом основали город Норильск. Они начали работу еще при Колчаке, а завершили уже при советской власти. Открытие обернулось для них сначала громкой славой, а позже, в 30-е, арестом и ссылкой туда же, в норильские рудники. В общем, жизнь вполне достойная того, чтобы быть увековеченной на кинопленке.
Тщательно изучив судьбу семьи Урванцевых, Тополь принялся за дело и, по его словам, «за пару недель написал первый вариант сценария, который, наверное, уже давно сгнил где-то в архивах Свердловской киностудии. Но мне не жаль его - это был, я думаю, лишь поверхностный набросок. Впрочем, студия забраковала его тогда вовсе не из-за художественных недостатков. А потому, что к тому времени, к 1972 году, уже закончилась хрущевская оттепель, наступила пора нового закручивания гаек, и сценарий о бывших зеках, даже если они первооткрыватели заполярных месторождений, первопроходцы Новой Земли и герои других арктических эпопей, был уже, как тогда говорили, «непроходим».
Отказываться от дорогого ему замысла Тополь не хотел. Началась работа над вторым вариантом сценария, и, чтобы исключить все нежелательные для цензуры моменты, он решил прибегнуть к помощи фантастики. И впрямь, если речь идет о реальных событиях - это одно, а если сюжет оторван от действительности и связан с несуществующим химическим элементом анселием - совсем другое. О том, что в результате получилось, мы сегодня можем судить только со слов самого автора. «Юный и ярый коммунист-ученый Сергей Юрышев, - пересказывает Тополь канву собственного давнего произведения, - открывший в двадцатые годы заполярное месторождение цветных металлов, делает в тридцатые годы открытие, которое может стать основой создания абсолютного оружия, чем-то вроде не то атомной, не то водородной бомбы. Но… будучи уже членом правящей элиты и видя, во что выродился большевистский режим, он скрывает это открытие от Сталина, от советской власти и вообще от всего человечества. Скрывает, чтобы не дать «вождю народов» оружия для завоевания всего мира. Однако проходит время, вырастает и становится ученым его сын и - уже в шестидесятые годы - находит старые тетради отца, и с напором юного Урванцева прет к созданию тяжелого анселия… Иными словами, в 20-е годы Сергей Юрышев подарил коммунистам медь, молибден, серебро и уголь Заполярья, а в 60-е его сын рвется подарить им абсолютное оружие, но отец, старый сыч и академик, пытается помешать этому».
Впрочем, вторая попытка тоже вряд ли могла оказаться удачной из-за высокой социальной остроты и явной антисоветской направленности тополевской фантастики. Сценарий снова не прошел. Но директор Свердловской киностудии предоставил автору третий шанс и даже прислал аванс - тысячу рублей. Именно третий вариант, с полностью ампутированной «антисоветчиной», и был после косметических правок принят Госкино СССР и запущен в производство на Свердловской студии.
Для нас же с вами наиболее важно то, что в нем присутствовал северный город Хантальск, прототипом которого являлся Норильск, но снимать который решили на Кольском полуострове - в Хибинах. «В Кировске, - сообщала 26 апреля 1973 года газета «Полярная правда», - будут отсняты одни из центральных эпизодов кинокартины, связанные с событиями двадцатых годов и северным городом Хантальском, история которого типична для многих заполярных городов и во многом сходна с биографией Кировска».
Режиссеру ленты Барасу Халзанову удалось собрать замечательный творческий коллектив. «В фильме подобран хороший актерский ансамбль, - рассказывала «Полярка». - Михаила Кононова, создающего образ молодого Юрышева, кинозрители знают по фильму «Начальник Чукотки». Широко известный в нашей стране литовский актер Донатас Банионис играет роль Юрышева-академика. В роли отца и сына Каточкиных - актер Малого театра Виталий Соломин, известный по фильму «Даурия». На роль академика Чанеева приглашен народный артист РСФСР Армен Джигарханян. В фильме также снимаются Жанна Прохоренко, Тамара Семина, Владимир Ивашов и другие известные актеры».
В Мурманской области киногруппа пробыла до середины мая. Картина «Открытие» с подзаголовком «Рукопись академика Юрышева» вышла на экраны в конце 1973 года. К сожалению, каких-то подробностей проходивших на плато Расвумчорр съемок мне узнать не удалось. Зато в фондах областного архива отыскались рекламные снимки к той ленте, на одном из которых - Жанна Прохоренко, запечатленная в заполярном, «кировском» Хантальске.
Прошло два года. И если бы мы с вами побывали в апреле 1975-го в окрестностях все того же Кировска, то вновь увидели бы много интересного. Ну только представьте себе: машина идет по снежному туннелю, и из нее видны лишь небо да вершины гор, окруживших долину Малого Вудъявра. Крутой поворот дороги, а за поворотом… А за поворотом - город. Вывески: «Почтовая контора», «Магазин Аляскинской коммерческой компании», «Отель», «Ресторан «Тиволи», «Полиция», «Бар: вино-виски»… Это Доусон на Аляске - место действия многих произведений Джека Лондона, столица «золотой лихорадки», собравшей в долину Юкона тысячи искателей богатства или приключений.
Секрет «Клондайка» на Малом Вудъявре открывался очень просто. Его создала группа Литовской киностудии, снимавшая по заказу Центрального телевидения трехсерийный фильм «Смок и Малыш» по классическим лондоновским рассказам.
- Трудностей со съемками у нас немало, - пояснял корреспонденту «Кировского рабочего» режиссер Раймондас Вабалас. - Сроки жесткие - фильм должен выйти на экраны к 100-летию со дня рождения Джека Лондона, условия для съемки непривычные. Во многом помогли и помогают нам ваши земляки - наши будущие зрители… И если, как мы надеемся, фильм получится интересный, в этом будет и некоторая заслуга кировчан.
«Вот они вдвоем выходят из дверей салуна «Олений рог», - описывала происходившее на съемках мурманская пресса, - Смок - интеллигент в своей прошлой «городской» жизни, и Джек Малыш, который «за всю жизнь не прочел ни единой книги и не мог бы отличить визга шарманки от оперной арии». Этих разных людей подружили риск и опасности, которые на каждом шагу поджидали золотоискателей, мужественные и благородные сердца, а еще - убеждение, что «в игре важнее всего сама удача, а не выигрыш».
Интересное совпадение: «Олений рог», а точнее его кинодекорация, размещался тогда у подножия горы Поачвумчорр, что по-саамски означает «гора у Оленьей долины». Там, в Оленьей долине, и происходили киноприключения Смока и Малыша, которых играли соответственно Венамин Смехов, получивший широкое зрительское признание чуть позже - после исполнения роли Атоса в «Трех мушкетерах», и Гедеминас Гирдвайнис - актер Вильнюсского ТЮЗа. Что касается кировчан - они участвовали в массовых сценах, перевоплощаясь на время в жителей Доусона, и оказывали съемочной группе всю возможную помощь, включая проживание и горячее питание, доставлявшееся на мурманскую «Аляску» автобусом с турбазы «Хибины». За действиями актеров во все глаза наблюдали мальчишки и девчонки, пешком и на лыжах приходившие из поселка Кукисвумчорр. Дети гладили мохнатых чукотских лаек, невозмутимо дремавших у дощатой стенки в ожидании своего «выхода» и вовсю обсуждали будущий фильм. На страницах местной газеты был зафиксирован для истории следующий ребячий диалог:
- А драться будут?
- Ковбои не дрались. Они сразу кольт выхватывают и - бах, бах!
Как ни странно, в главном юные знатоки обычаев и нравов «Дикого Запада» не ошибались. Погоня за наживой ожесточала людей. Приступы «золотой лихорадки» уносили немало жизней. И немногим удавалось сохранить в себе благородство души, верность дружбе и любви, способность к самопожертвованию, как удалось это главным героям снимавшейся в Кировске картины.
Трехсерийный телефильм «Смок и Малыш» появился на голубых экранах к вековому юбилею Джека Лондона, отмечавшемуся 12 января 1976 года, и был тепло принят как зрителями, так и критикой. Свою долю похвал получили и сцены, сделанные на Кольском полуострове. К примеру, киновед Марианна Мальцене писала, что величественный северный (хибинский!) пейзаж отснят оператором Йонасом Томашевичюсом «с тонким ошущением поэзии необъятных снежных просторов, раздолья быстротечных рек, причудливого узора снежных вершин». Утверждалось также, что декорации Доусона, хотя и весьма условные, прекрасно вписались в зимнюю натуру ленты, а игра актеров набрала силу во второй и третьей («Сны» и «Золото») сериях картины, эпизоды для которых как раз и снимались у нас в Мурманской области. В целом критики тогда оценили «Смока и Малыша» как «озорной и добрый фильм, неназойливо декларирующий древние, но не стареющие истины: самое ценное на земле - верность и дружба, душевная щедрость и чувство собственного достоинства».
Если литовскую киноленту называли просто приключенческой, то жанр художественной, цветной, широкоформатной картины, снимавшейся на Малом Вудъявре еще четыре года спустя, уже откровенно определяли как «советский вестерн». Не знаю, насколько такое наименование точно, но то, что действие ее разворачивается в динамичном темпе и в ней много сцен с погонями и перестрелками, - это факт. Впрочем, при всех неизбежных различиях, связанных со стилистикой, интонацией, неповторимым почерком режиссеров и артистов, у фильма «Последняя охота» - а он назывался именно так - много общего со «Смоком и Малышом». Их сходство, сам того не зная, засвидетельствовал 11 мая 1979 года в интервью «Кировскому рабочему» замечательный актер Юрий Богатырев, сыгравший в «Охоте» одну из главных ролей. Судите сами.
- Сюжет, который мы снимаем сейчас, - пояснял он, - чем-то напоминает рассказы Джека Лондона. Для актера в сценарии есть притягательная и, я бы сказал, любопытная фактура.
…20-е годы. Отдаленное поселение Иглулик. Царской власти на этом уголке земли уже нет, не добралась пока сюда и советская. Есть стойбище у моря, есть фактория, оставшаяся от прежних времен. Местные жители по привычке сдают сюда меха и золото. Однажды к берегу подходит шхуна. На ее борту иностранные авантюристы, желающие по дешевке скупить пушнину. Узнав, что за годы безвластия на складе фактории скопились огромные богатства, они решают присвоить бесхозные, по их мнению, ценности. Вот тут и сталкиваются два противоборствующих героя: учитель Сергей - актер Юрий Богатырев и капитан судна Джон Хорсфилд - Олег Борисов.
- Место и время в картине четко не вырисовывается, - сообщал журналисту Анне Куликовой режиссер «Ленфильма» Игорь Шешуков. - События, о которых мы хотим рассказать зрителям, могли происходить на Крайнем Севере или Дальнем Востоке нашей страны. И развертываются они на фоне первозданной природы. Не случайно местом для съемок избран ваш край. У вас в Хибинах природа удивительная!
В течение нескольких недель под Кировском шла работа над эпизодами, связанными с засадой, смертью Шатохина - старого чиновника, искренне радеющего за государственные интересы, в которого перевоплотился актер Николай Гринько, праздником в стойбище - гонками на собаках, соревнованиями по стрельбе - и многими другими. Кстати, собак, сани, яранги, оружие и прочий реквизит специально доставили на Кольский полуостров из Нарьян-Мара. Случались и организационные сложности. Например, некоторые сцены нужно было снимать на фоне горящих костров. А у нас, на Севере, как известно, на учете каждое дерево. Поэтому дрова пришлось экономить. Недаром директор картины Е. Волков отмечал, что она трудна в постановочном плане. Об иных трудностях - творческих - рассуждал Юрий Богатырев:
- В «Последней охоте» существует контакт между людьми полярными по характеру, что, казалось бы, невозможно. Это превращает приключенческий фильм в психологическую драму. Мой новый герой - человек удивительной чистоты, доброты, порядочности. Он считает, что все люди на земле должны жить в мире. На экране с ним будут происходить различные метаморфозы. Сергею очень симпатичен умный, волевой капитан шхуны Джон Хорсфилд. Но когда он видит, что по вине капитана происходят несчастья с людьми более слабыми, то убивает его. А в нем - самого себя, ибо убийство не является нормой морали… Хочется самому дойти до сути характера, попытаться понять, почему он такой, что движет им… «Влезть в его шкуру», сказать зрителю больше, чем это кажется на первый взгляд, считаю своей задачей.
Помимо уже названных в фильме были заняты и другие известные актеры: Иван Бортник, Алексей Жарков, Николай Рыбников. Поскольку действие картины происходило на далекой окраине страны, в стойбище, понадобились люди с характерной внешностью: Болот Бейшеналиев, Будда Вампилов, Олег Ли. Не обошлось и без тувинской звезды - Максима Мунзука, исполнившего немногим ранее главную роль в фильме великого японца Акиро Куросавы «Дерсу Узала», получившем множество престижнейших наград, в том числе и приз американской киноакадемии «Оскар».
Отсняв все необходимое, киногруппа уехала, чтобы затем продолжить работу в Ленинграде, Керчи и на Командорских островах. В конце 1979 года лента появилась в прокате и прочно встала в один ряд с другими наиболее кассовыми советскими остросюжетными картинами. Тогда ее смотрели с удовольствием, принимали на ура, но прошло время, и сегодня «Последнюю охоту» уже мало кто помнит. Так же как «Смока и Малыша» или «Открытие». А жаль, потому что многие современные приключенческие фильмы, отечественные и зарубежные, откровенно слабы, сработаны по шаблону, не дают ничего ни уму, ни сердцу. И они заметно уступают тем, пусть не снискавшим особых лавров, но все же крепко, мастерски сделанным картинам, о которых я написал. Фильмам, которые мы с полным правом можем считать своими, мурманскими.
«Мурманское кино»
Арктический вектор «Мурманский вестник» от 05.08.2008
Путь к причалу «Мурманский вестник» от 06.08.2008
История любви «Мурманский вестник» от 07.08.2008
На экране флот «Мурманский вестник» от 08.08.2008
Взлетная полоса «Мурманский вестник» от 09.08.2008
Заполярные сказки «Мурманский вестник» от 10.12.2008
Два фильма об одном конвое «Мурманский вестник» от 11.12.2008
Кинотеатры - от сарая к дворцам «Мурманский вестник» от 16.12.2008
Хибинфильм «Мурманский вестник» от 20.12.2008
Норвежский король плакал на премьере «Мурманский вестник» от 24.12.2008
Приключения в хибинских декорациях «Мурманский вестник» от 20.03.2009
Несчастливый «Гость» «Мурманский вестник» от 20.03.2009