В норвежской губернии Нурланд вспыхнул скандал. Он был бы не интересен нам, если б не затрагивал мурманчан.

Несколько месяцев скандал созревал как внутрикорпоративный конфликт в концерне "Гиганте Сифуд". Руководство его дочерней компании "Гиганте Мемо Норвегия" попыталось уволить директора своего дочернего предприятия "Гиганте Мемо Москва" за то, что он позволил выпорхнуть из-под его крыла российско-норвежскому предприятию "Гиганте Мурманск". Из-за последнего и разгорелся сыр-бор.

Заграничные хозяева всех причастных к тому конфузу объявили мошенниками и обратились в Мурманский областной арбитражный суд. Но, будучи не уверенными в прочности своих позиций, в апреле этого года на заседание суда не явились, в мае пришли только за тем, чтобы просить перенести его на более поздний срок (теперь суд назначен на 13 октября). А тем временем пытаются уладить дело во внесудебном порядке.

С губернией Нурланд наша область сотрудничает не первый год. Отношения развивались успешно и в перспективе должны были расширяться и крепнуть. Чем руководство Кольского края, конечно же, дорожит. Как и здравые норвежские головы. По большому счету конфликт никому не нужен, спор мог бы решаться без морального и тем более политического урона. Но он выплеснулся за пределы концерна и перерос в фарс, комедию отнюдь не безобидного содержания.

Чего стоят лишь заголовки в тамошней губернской газете "Нурланд": "Верит ли Россия в торговую войну?", "От помощи друга к войне с Россией". Еще один заголовок по-русски в дословном переводе звучал бы коряво, а смысл его таков: Центральная партия (в смысле центристская) переживает искушение выбросить Кнутсона из власти - воспользуется ли она такой возможностью?

Геир Кнутсон - председатель губернского собрания, в отличие от нашей областной думы обладающего исполнительной властью. В частности, на него возложена ответственность за состояние промышленности. Он и является главной мишенью скандала. А дело, судя по всему, в том, что председатель - член Рабочей партии Норвегии, оппозиционной правительству, сформированному Правой и Центральной партиями. И это им, конечно, не нравится. В борьбе за смещение с высокого губернского поста Геира Кнутсона и приносится в жертву российско-норвежское сотрудничество. Шумиха, поднятая газетой, разогревает общественное мнение, ведь должность председателя губернского собрания выборная. А тут господин Кнутсон, по мнению его противников, сам подставился.

Поскольку менеджерам не хочется решать возникшую проблему на правовом поле, они ищут обходные пути. Люди, хорошо знающие отношения между главными действующими лицами в губернии Нурланд, говорят, что у директора акционерного общества "Гиганте Мемо Норвегия" Челя Лорентсена, бывавшего в Мурманске и нам тоже известного, добрые отношения с Геиром Кнутсоном. И бизнесмен попросил политика посодействовать.

У Кнутсона, в свою очередь, дружеские отношения с руководством Мурманской области. Вот он и прислал сюда свое, можно сказать, конфиденциальное письмо, содержащее искреннюю тревогу за дальнейшее развитие сотрудничества между двумя территориями смежных государств и просьбу помочь погасить "гигантевский" конфликт.

Правительство области вникло в происходящее. Пришло к выводу, что дело должен решать только суд.

- Власть в России не командует предпринимателями, а лишь создает для них благоприятные условия и следит за соблюдением законности, - сказал при нашей встрече по этому поводу руководитель департамента продовольствия, рыбного и сельского хозяйства Вячеслав Зиланов. - Мы заинтересованы, чтобы ни одна сторона не пострадала в разрешении спора, но по закону не вправе вмешиваться в дела хозяйствующих субъектов.

Да и конфликт-то в "Гиганте" так себе, сколько-нибудь ощутимый урон экономическим связям он вряд ли способен был нанести. Но тут письмо господина Кнутсона попадает в руки нурландских журналистов, и дело переводится в область политики.

- Мы знаем Геира Кнутсона как человека порядочного, радеющего за сотрудничество с Россией, - сказал в нашей беседе начальник управления международных и внешнеэкономических связей правительства Мурманской области Евгений Галкин. - Особенно почувствовали это, когда он в течение двух лет возглавлял Баренцев региональный совет. Тогда был дан старт ряду совместных норвежско-российских проектов. От него первого мы услышали о желании губернии Нурланд увеличить закупки электроэнергии на территории Кольского полуострова. Он один из активных сторонников совместного использования Северного морского пути, в чем мы тоже заинтересованы.

Словом, мурманчане искренне озабочены тем, как сложится дальнейшая судьба норвежского друга.

А что ж это за предприятие - общество с ограниченной ответственностью "Гиганте Мурманск", из-за которого разгорелся конфликт? Я сходил в рыбный порт и познакомился с ним.

Еще недавно первый грузовой район порта, казалось, доживает последние времена. Сиротливо стояли пустые причалы, подле которых наводили уныние обветшавшие корпуса почти бездействующих рыбообрабатывающих предприятий. Сейчас здесь опять оживление. Не только мурманские, но и норвежские траулеры и транспорты доставляют рыбу. Правда, не так часто, как надо.

В одном из зданий с осыпающейся кирпичной кладкой снаружи я увидел внутри построенную по лучшим европейским стандартам морозильную рыбофабрику. Ее площадь - 3700 квадратных метров. Сотня рабочих мест. Проектная мощность - 500 тонн продукции в сутки. Правда, из-за нехватки у мурманских промысловиков рыбной квоты сейчас задействована лишь половина, зато на свободных площадях оборудуется филетировочный участок, что даст работу еще полусотне мурманчан.

Основное морозильное оборудование - зарубежное, арендная плата за него аккуратно перечисляется владельцу АО "Гиганте Мемо Норвегия". Первоначальный капитал, который позволил в 2001 году начать строительство фабрики, 29 миллионов рублей, - тоже норвежский. Его по договору надо вернуть до 2009 года, и никто под сомнение сей факт не ставит.

Первоначально в долю вошло и АО "Мурманский рыбокомбинат", ему принадлежало 29 процентов уставного капитала. Но со временем, увидев, как норвежцы охладевали к своему детищу и оставляли его на произвол судьбы, прекратив финансирование на завершающей стадии строительства, руководители рыбокомбината решили, что им хватает своих проблем, и избавились от принадлежащей предприятию доли.

Продали ее предпринимателю Андрею Мордвинову, примечательному тем, что на законных основаниях имеет сразу два паспорта - российский и норвежский. К слову сказать, Андрей Владимирович владеет еще и двумя процентами акций АО "Гиганте Сифуд", а вместе с ним является совладельцем АО "Гиганте Мемо Норвегия", где ему принадлежат 33 процента акций (прежде он был и директором этого норвежского предприятия).

Осенью 2002 года рыбофабрика начала помаленьку работать. Норвежская сторона по договору поставила первую партию сырья - 3,5 тысячи тонн сельди. А потом с рыбой получилось, как и с деньгами.

- В апреле 2003-го положение сложилось такое - хоть зубы на полку клади, - сказал мне директор "Гиганте Мурманска" Александр Ковалев. - Все лето едва перебивались, зарабатывая лишь половину того, что расходовали, - и недоделки кругом, и сырья катастрофически не хватало. Оказались на грани банкротства. А фабрику на замок не закроешь: производство у нас аммиачное, взрывоопасное. Бывших хозяев мы, конечно же, в курсе держали, но помощь не приходила. Пришлось брать кредиты в мурманских банках.

Как выяснилось далее из разговора, фабрика создавалась во многом в расчете на мойву, но ее вылов в Баренцевом море временно прекращен, чтобы вовсе не подорвать оскудевшие запасы. Потому вернуть кредиты оказалось весьма затруднительно. Нужен был сторонний инвестор. И он нашелся. Мурманский центр рыбообработки взял на себя банковские долги. А чтобы узаконить его права на собственность рыбофабрики, появившиеся с того момента, с согласия ООО "Гиганте Мемо Москва" увеличили уставной капитал, и благодетель-инвестор вошел в долю. Да так основательно вошел, что стал, по сути, владельцем предприятия - его доля составила 96 процентов уставного капитала.

У руководства норвежского "Гиганте" планы были иные: избавиться от неудачно рожденного им мурманского предприятия - продать и забыть. Андрей Мордвинов утверждает, что господин Лорендсен желал даже его банкротства, чтобы прикрыть им "нецелевое" использование предназначавшихся для Мурманска, но до него так и не дошедших денег.

Однако ребенок оказался живучим, а тут еще и неподавластным родителю. Доля московской дочерней компании, через которую концерн "Гиганте" управлял мурманской фабрикой, теперь составляет в уставном капитале лишь 2,84 процента. Вот тогда все руководители, причастные к спасению рыбофабрики, в том числе и Андрей Мордвинов, тоже не видевший иного пути, как пригласить инвестора, и московский директор Михаил Голубев (еще один россиянин с норвежским гражданством) были объявлены мошенниками.

Это взволновало Геира Кнутсона. Потому он и попытался помочь погасить конфликт (ведь кто ж из норвежских инвесторов захочет еще вложить в свой капитал в Мурманске, если там вольготно мошенникам). А газета "Нурланд" засветила конфиденциальное письмо господина Кнустона, обвинив его в том, что представитель Рабочей партии, используя должностные полномочия, в тайне от норвежского народа устраивает с русскими какие-то сомнительные переговоры.

Если б мои норвежские коллеги-журналисты удосужились вникнуть в суть конфликта, то убедились бы, что виной всему работа их земляков-менеджеров. Неудачная либо преднамеренно недобросовестная - выносить тут оценку не наше дело. Но это они поставили российских партнеров в тяжелейшее положение, из которого мурманчане выбираются с честью, используя исключительно рыночные правила, принятые во всем мире.

Что дальше? На мурманской рыбофабрике продолжают совершенствовать весьма перспективное производство и со спокойной совестью ожидают суда. Директор московской дочерней компании Михаил Голубев настаивает на своей правоте и борется за право управлять когда-то вверенным ему предприятием концерна "Гиганте". (Примечательно, что директором вместо него назначена гражданка России, живущая в Норвегии, бывшая мурманчанка и работница "Мончебанка", но так и не допущенная Голубевым к руководству.) В Нурланде по-прежнему кое-кто раскручивает политический скандал. Не заигрались бы. Ведь сотрудничество выгодно их стране не менее чем нашей.

Вячеслав КОНДРАТЬЕВ