В цехах Мурманского рыбокомбината в эти дни полностью парализована работа. Причина: запрет Россельхознадзора на ввоз с 1 января в Россию любой свежей и охлажденной рыбы из Норвегии, в том числе и выловленной в открытом море. Как это обстоятельство отразится на деятельности береговой рыбопереработки? Этот вопрос стал основным на вчерашней пресс-конференции, которую провели для представителей мурманских и норвежских СМИ генеральный директор Мурманского рыбокомбината Михаил Зуб и глава Мурманского рыбоперерабатывающего комплекса Шакир Гусейнов.
Рыбопереработчики никак не могут понять: почему так получается - две селедки, выловленные из одного косяка (одна российским, а вторая норвежским тралом), получили столь разный, в плане ветеринарной благонадежности, статус?! Одной, пойманной, скажем, мурманской компанией, дорога в родной порт широко открыта. Другая, ничем не отличающаяся от соседки по косяку, объявлена федеральным Россельхознадзором персоной нон грата и запрещена к ввозу. Правда, как обещают ветеринары, временно. Пока не будет решена проблема со слишком высоким содержанием в рыбе солей кадмия и свинца.
- В государстве сегодня творится полный беспредел! - так эмоционально начал пресс-конференцию Михаил Зуб. - Такое ощущение, что любой и каждый сегодня может запретить что угодно и управы нет. Взять хотя бы поставки норвежской рыбы, из-за чего мы и собрались. На сегодня подписаны договорные обязательства, проекты нашей совместной работы с норвежцами поддержаны как на уровне Президента, так и на уровне Правительства России. Каждый день мы планировали поставлять по 250 тонн охлажденной сельди из того же района промысла, где работают российские суда. Добывается практически одна и та же рыба. Но какая-то группа лиц из федеральных структур запрещает привоз добытой в открытом море рыбы под предлогом того, что в четырех фермерских хозяйствах Норвегии обнаружена семга, зараженная солями тяжелых металлов. Но ведь надо же различать семгу, выращенную в искусственных условиях, и океаническую рыбу!
Досаду Михаила Изяславовича можно понять. В поисках ресурсов он для своего предприятия, по его же выражению, "стену готов прошибить". И пять лет назад, когда остальные пepeрaботчики рыбы жаловались на безрыбье, прошиб-таки, создал с нашими северными соседями двусторонний российско-норвежский проект и сумел повернуть в мурманский порт норвежские уловы. И если пять лет назад, в 2001 году, в структуре производства МРК импортные поставки рыбы занимали лишь 18 процентов, то уже в 2002-м выросли до 23, в 2003-м - до 46, а в 2004-м до 86 процентов. В минувшем году рыбокомбинат обрабатывал уже сто процентов импортного сырья, не кланяясь нашим рыбодобытчикам и не клянча ни у кого каких-то льготных квот. И тут такое...
Сегодня, по мнению Михаила Зуба и Шакира Гусейнова, до Москвы не докричаться. Сначала столичные чиновники, как и все простые смертные, праздновали новогодние каникулы, затем глава Россельхознадзора Сергей Дайкверт отбыл в командировку, а его заместитель по ветеринарии Евгений Непоклонов - в отпуск. А ведь активная добыча сельди идет в нынешних условиях лишь до конца января, это тот случай, когда хороша ложка к обеду. Переработчики говорят, что 30 дней января год кормят. Ну, допустим, раскачаются столичные чиновники к февралю-марту, выдадут высочайшее разрешение на ввоз норвежской рыбы в Россию, так ведь к тому времени поезд уже уйдет...
- Мы сегодня столкнулись с фактом, что рыбопереработка как таковая полностью игнорируется государством, - с горечью констатировал Михаил Зуб. - Кроме декларативных заявлений министра сельского хозяйства и других уважаемых лиц мы ничего конкретного не видим. И если сегодня "сломают голову" рыбокомбинату, то что говорить о тех конкретных людей, для которых мы работаем? С момента поставок сайды, выловленной норвежцами по их же квоте и доставленной к нам на производство, мы несколько раз снижали цену. Первая партия стоила 40 рублей за килограмм. Сейчас цена снизилась до 32 рублей и стала по карману самым малоимущим слоям населения - пенсионерам и многодетным. А ведь это - выполнение продовольственной программы. Я считаю, что ЧП с введением запрета на привоз в Россию норвежской рыбы не менее заметное явление, чем октябрьская ситуация с мятежным "Электроном". И пусть сегодня тот, кто объявил этот запрет, покажет официальный документ, регламентирующий его действия.
Но не только Мурманский рыбокомбинат работал с норвежской рыбой. В прошлом году первая партия такого же сырья поступила и на предприятия Мурманского рыбоперерабатывающего комплекса.
- 150 тонн сырья было нами успешно переработано, - подчеркнул Шакир Гусейнов, - и естественно, мы собирались с первых дней нового года брать сельдь с норвежских кораблей на переработку. Но... Получили бумагу из Москвы, что ввоз рыбы, добытой норвежскими промысловиками, запрещен.
По мнению Шакира Гусейнова, подоплека вопроса в данном случае куда более глубокая, чем можно предположить.
- Видимо, таким образом,- высказался он,- наше государство решило показать северным соседям, что у него тоже имеются действенные экономические рычаги для решения конфликта вокруг промысла у Шпицбергена. И это понятно. Однако в данном случае, вероятно, требуются совсем другие методы и меры. Создавая препоны для ввоза к нам импортной рыбы, государство обязано было подумать: а чем это обернется для своих же береговых предприятий, которым этот импорт был существенным подспорьем?
По подсчетам Михаила Зуба, его предприятие теряет огромные деньги. 250 тонн сельди в сутки обязалось поставлять рыбокомбинату компания "Норгес Силдесалгслаг". Если учесть, что с каждого килограмма доход предприятия составляет 4 рубля, то потери составят миллион рублей ежедневно. А ведь выброшенные на ветер миллионы - это и налоги, и программа "Дешевая рыба", и развитие производства, и многое-многое другое.
- Мы рассчитывали весь январь интенсивно работать на селедке, - отметил Михаил Зуб. - Тем более что именно в январе ее можно ловить буквально у наших берегов, быстро доставлять охлажденной в наш порт и перерабатывать. Уже в феврале, по прогнозам ученых, сельдь уйдет на юг и обстановка изменится.
По мнению директора рыбокомбината, не только его предприятие, но и всех нас ждут огромные потери.
Итак, руководители мурманской рыбопереработки изложили журналистам свои беды. А также послали очередное письмо Президенту России о критической ситуации, что сложилась в рыбоперерабатывающем комплексе Мурмана. Однако до Президента далеко, неблизко и до чиновников, которые принимают конкретные решения. Смогут ли докричаться с Мурмана рыбопереработчики, которым перекрыли кислород? Поживем - увидим. А пока цеха рыбокомбината обезлюдели...