Третья Государственная дума, сформированная на основе избирательного закона 3 июля 1907 года, получила в народе прозвище "столыпинской". Дело в том, что П. А. Столыпин, российский премьер-министр, с высочайшего благословения совершил данным актом настоящий государственный переворот. Ведь Манифест 17 октября 1905 года однозначно устанавливал: "никакие новые законы не могут приниматься без одобрения Государственной думы". Но то было в разгар революции, а спустя полтора года ситуация кардинально изменилась - кровавыми репрессиями царизм сумел на время остановить волну народного гнева. Поэтому, оставаясь многоступенчатыми, "выборы" теперь предоставляли полное преимущество помещикам, главной опоре самодержавия.
На губернские съезды выборщиков, которые, собственно, и определяли, кто будет заседать в Таврическом дворце, попадали по одному представителю от 125 тысяч рабочих, 60 тысяч крестьян, 15 тысяч средних городских слоев, тысячи "торгово-промышленного класса" и всего 230 земельных собственников. Надо ли говорить, что последних в Российской империи было абсолютное меньшинство? В итоге и появилась на свет дума в отличие от предыдущих не оппозиционная, а верноподданная, значительная часть членов которой могла бы повторить знаменитое высказывание депутата В. М. Пуришкевича: "Правее меня - только стена".
Общее число законодателей в думе уменьшилось с 518 до 442 человек, заметно сократилось представительство от крестьян, рабочих, национальных регионов. Если в предшествовавшие созывы она была преимущественно крестьянской, то после кардинального изменения избирательного закона большинство - 46 процентов мест - получили дворяне (землевладельцы вообще 49,7 процента), а основная часть населения России, крестьяне, - всего лишь 19 процентов депутатских мандатов. Другие сословия оказались представлены следующим образом: так называемые лица свободных профессий (адвокаты, врачи, литераторы) - 14,6, духовенство - 10,1, торговцы и промышленники - 7,4, ремесленники и рабочие - 3,3 процента.
Третья Государственная дума, единственная из всех дореволюционных, проработала весь установленный срок - пять лет. Деятельность парламента проходила в сложной обстановке. Хотя революция потерпела поражение, социальная напряженность в русском обществе, раздираемом противоречиями, оставалась очень высокой, поэтому, несмотря на свое "долгожительство", дума с первых месяцев существования не выходила из кризисов. Острейшие конфликты возникали по различным поводам: извечно не решаемому в стране крестьянскому вопросу, проблеме реформирования армии, отношению к национальным окраинам. Не способствовали консолидации парламентариев и личные амбиции многих из них, что, как и ныне, накладывало негативный отпечаток на деятельность Госдумы. Причем верхняя палата российского парламента (Государственный Совет, фактически назначавшийся царем) активно препятствовала какому-либо повышению роли думы в государственных делах.
Тем не менее за пять думских сессий было рассмотрено более 2,5 тысячи правительственных законопроектов, разработано 205 собственных законодательных предложений, подготовлено 157 запросов правительству. Правда, львиная доля принятых законов касалась дел третьестепенных, прежде всего штатов и бюджетов различных государственных ведомств. В итоге сфера социального законодательства, утвержденного думой, оказалась весьма узкой. Однако ряд законов имел очень важные последствия. Прежде всего речь идет о документах, внесенных правительством и касающихся крестьянского землевладения и землепользования. Так называемая столыпинская аграрная реформа означала переустройство сельского хозяйства по капиталистическому принципу. Большое значение также имели законы, обеспечившие страхование рабочих в случае травматизма и болезней.
П. Н. Милюков так оценил итоги работы палаты: "Государственная дума оказалась той же калекой, какой делали ее с самого начала Основные Законы, урезавшие со всех сторон права народного представительства, и существование Государственного Совета, который мы сами называли "пробкой" и "кладбищем" думского законодательства". Царизм, неудержимо катившийся к пропасти, не сумел использовать лояльную к нему Третью думу для стабилизации режима. 9 июня 1912 она была распущена в связи с истечением срока полномочий, а 15 ноября в Таврическом дворце собрались депутаты Госдумы четвертого созыва.