Дмитрий Медведев никогда не чурался публичности. Многим мурманским журналистам памятен достаточно доверительный разговор с Дмитрием Медведевым в январе 2008 года, когда он приезжал к нам в ранге первого вице-премьера. Став президентом, он во время многочисленных поездок по стране регулярно общается с пишуще-снимающей братией на местах.
Но в отличие от своего предшественника на этом посту Владимира Путина широкомасштабной пресс-конференции для журналистов со всей России и многих стран ближнего и дальнего зарубежья Дмитрий Анатольевич ни разу не проводил. Тем более объясним был интерес к первой встрече в таком формате, которая прошла вчера в московском центре «Сколково».
На президентской пресс-конференции Владимира Путина мне довелось побывать в январе 2006 года, поэтому, наблюдая телетрансляцию нынешнего разговора Дмитрия Медведева с журналистами, подмечал как сходства, так и отличия двух мероприятий. Во-первых, место проведения. Пресс-конференции президента Путина традиционно проходили в Кремле, в так называемом 14-м корпусе. Медведев выбрал для встречи инновационный центр «Сколково». Всем известно, что это одно из любимых детищ президента.
Во-вторых - время. Президент отметил, что на своей пресс-конференции не собирается ставить никаких рекордов. И действительно, разговор уложился в 2 часа 17 минут, в течение которых три десятка вопросов прозвучали «живьем» из зала, а еще четыре Дмитрий Медведев озвучил из числа присланных по почте. Пять лет назад Владимир Путин общался с журналистами три с половиной часа, ответив на 63 вопроса.
Кремлевский зал вмещает свыше тысячи гостей. На медведевскую конференцию пригласили более 800 журналистов, но места в зале, где была хотя бы теоретическая возможность задать свой вопрос, достались не всем. Часть представителей СМИ разместили в соседнем помещении, где организовали трансляцию. Представляю, как обидно было тем, кто попал во «второстепенный» зал с «телеэкранным» президентом. Стоило ли для этого в Москву ехать?
С другой стороны, ограниченность размеров зала позволяла коллегам не только поднятой рукой сигнализировать о своем желании задать вопрос президенту, а буквально докричаться до него. В ходе телетрансляции было немало случаев обмена Дмитрия Медведева с журналистами краткими репликами без микрофона. В кремлевском зале это вряд ли бы удалось.
Ведущим путинских конференций был его пресс-секретарь Алексей Громов. Дмитрий Медведев взял роль ведущего на себя и, надо сказать, хорошо с ней справился. Кроме того, отсутствие посредника в общении с журналистами создавало дополнительную гарантию незапланированности, спонтанности президентского выбора.
Что касается содержания вопросов и ответов, то все, интересующиеся политикой, отслеживали пресс-конференцию по телевидению, радио или в Интернете, так что уже знают, о чем шел разговор. Повторяться нет смысла. Скажу лишь о своем впечатлении. В самом начале Дмитрий Медведев с уверенностью, как о деле глубоко продуманном, даже, возможно, выстраданном, сказал: «Модернизация должна продолжаться!» Он произнес эту фразу как лозунг, как девиз, задав лейтмотив диалога.
Как показалось, все, о чем шла речь дальше, каким-то образом преломлялось через этот лозунг. По словам президента, тот факт, что «мы не добились чего-то сверхъестественного, должен подталкивать нас к тому, чтобы качественно изменить жизнь в стране». Без модернизации никакие дальнейшие шаги в этом направлении не приведут к успеху. И сходные тезисы звучали в ответах президента не раз и не два в ходе пресс-конференции.
Главное, что выделил президент, говоря о сделанном за прошедший после выборов период, это то, что в условиях кризиса, в очень сложной обстановке удалось удержать страну, «чтобы она не рассыпалась, а чувствовала себя сильной». К недостаткам Дмитрий Медведев отнес то, что не удалось добиться кардинального улучшения жизни людей, что многие до сих пор живут за чертой бедности.