.jpg)
Какие ассоциации вызывает у нас Шпицберген? Прежде всего это, наверное, история наших предков, ходивших на далекий Грумант бить морского зверя. В советское время - уголь, добывавшийся нашими земляками на тамошнем месторождении и из-за своей высокой себестоимости доставлявшийся на материк, скорее, по геополитическим мотивам. Ну и всегда, конечно же, рыба, на которую так богаты воды вокруг архипелага. Между тем Шпицберген - еще и огромная международная научная лаборатория посреди Северного Ледовитого океана. И вполне возможно, что в недалеком будущем она пополнится филиалом Полярного научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанологии (ПИНРО).
Подобные планы озвучил недавно первый вице-премьер правительства РФ Виктор Зубков на заседании государственной комиссии по обеспечению российского присутствия на архипелаге Шпицберген. И поручил Росрыболов-ству подготовить обоснование проекта развития там хозяйственной и научной деятельности уже к 10 июня текущего года. Составной частью программы и должно стать создание на архипелаге филиала ПИНРО.
Какие цели преследуются при этом в первую очередь? Да и что будет в отдаленной перспективе - не менее интересно. Обо всем этом - наш разговор с заведующим лабораторией прибрежных исследований ПИНРО кандидатом биологических наук Константином СОКОЛОВЫМ.
- Безусловно, - уверен ученый, - это принесет только пользу как нашим рыбакам, в интересах которых мы, соб-ственно, и проводим прежде всего свои исследования, так и государству в целом - как участнику международного договора по Шпицбергену. Специалисты нашего института работали в водах близ архипелага, исследовали фьорды. Но было это давненько. А рыбакам нужны свежие данные, от которых напрямую зависят объемы вылова. В районе островов добывается едва ли не основная часть трески, пикши, палтуса, на треть распределяется общий запас сельди, путассу, в отдельные годы даже мойвы. Там же обитает значительная популяция арктической креветки, которая пока, к сожалению, российскими промысловиками практически не востребована. Просто огромны и «залежи» водорослей, сегодня тоже незаслуженно игнорируемых. Но и их время придет. Более глубокому изучению всех этих морских богатств как раз сможет способствовать постоянно действующая база ПИНРО.
Важно еще и то, что акватория Шпицбергена наряду с исключительной экономической зоной РФ в Баренцевом море - два основных района нагула молоди самых промысловых видов рыб. И в зависимости от их приспособляемости к местным условиям в первые годы жизни можно делать достаточно обоснованные прогнозы состояния их запасов на ближайшие годы и даже десятилетия. В конечном счете это будет способствовать увеличению объемов вылова, расширению наших знаний, чтобы более рационально этим запасом управлять.
- Что база будет из себя представлять?
- Вряд ли есть необходимость ученым ПИНРО находиться там на постоянной, круглогодичной основе. В межсезонье достаточно будет одного-двух сотрудников, чтобы следить за порядком. Понятно, на базе нужен комплекс помещений для обработки получаемых данных и материалов, хранения оборудования, водолазного снаряжения. Кстати, очень любопытно будет использовать в тех местах подобные методы знакомства с обитателями арктических вод. Конечно, не обойтись без жилых и административных помещений. Многого ученым не нужно. Хотя обязательно должно быть аквариальное отделение, чтобы исследовать водные гидробионты в живом виде. В общем, основополагающие для работы в отрыве от Большой земли вещи, в том числе отлаженная связь с материком, Интернет, холодильники.
Но начать нужно будет с хорошего причала. Ведь проводить исследования планируется и непосредственно с борта судна. На данный момент у ПИНРО есть два научно-исследовательских судна плюс два маломерных катера. Только вряд ли целесообразно отвлекать кого-то из и так невеликого состава флота для длительной работы у берегов архипелага. Хотелось бы, конечно, приобрести еще одно, пусть не очень большое, но специализированное для плавания у побережья судно с современным научным оборудованием.
- Подходит оно к причалу с грузом выловленной по научной квоте рыбы… А дальше? Нестыковки в национальных правилах рыболовства России и Норвегии пока еще остаются?
- Мы же будем вести не промышленное рыболовство, а научные исследования. На такие случаи есть международные договоренности, и прежде всего с Норвегией, о разрешенных методах изъятия рыбы, используемых при этом орудиях лова. Обычно вопросы у наших соседей возникают к российским рыбодобытчикам. Мы как ученые не опасаемся здесь каких-то подводных камней. Хотя с желанием считать Шпицберген территорией, на которую полностью распространяются норвежские законы и с применяемыми при этом порой, так сказать, «двойными стандартами» сталкиваться все же приходилось. Приведу пример из собственного опыта. На Шпицбергене, посещая местные музеи, неоднократно встречал предупреждения: никакие культурные ценности не могут быть перемещены с территории архипелага. Но чуть позже, уже в музее одного из норвежских городов на материке, увидел поморский поклонный крест. И рядом с ним совершенно никем не скрываемая надпись - вывезен с архипелага Шпицберген. А ведь этот исторический памятник напоминал там о наших предках, немало сделавших для его освоения. Так что и поэтому тоже присутствие россиян на этой земле, несомненно, будет в интересах нашего государства. Подтверждением, что мы занимаем достойное место среди стран, ведущих на архипелаге научные изыскания. А там представлен практически весь ученый мир, в буквальном смысле от А (Англии) до Я (Японии).
- Вице-премьер Зубков говорил на совещании в том числе и о развитии рекреационной деятельности на Шпицбергене. Что вы думаете о желательности подобной перспективы?
- С первого же своего приезда я просто влюбился в этот уголок земли. Да, суровая арктическая пустыня, но как величественны ее первозданные виды! Побывать в тех краях за удачу любому. И немного обидно, что японские, американские туристы беспрепятственно и регулярно посещают (пусть и всего на один день) архипелаг на круизных судах. Думаю, и россиянам там было бы на что полюбоваться.
- Уважительное отношение к природе у скандинавов в крови, но ее сохранение на Шпицбергене носит для наших соседей и сугубо практическое значение?
- Как люди рассудительные, они отдают себе отчет, что нефть не вечна. Будущим поколениям норвежцев для поддержания сегодняшнего уровня благосостояния в стране ее может уже и не хватить. Поэтому не спеша, благо время и нефть пока есть, развивают на Шпицбергене так называемый биопроспектинг. Это дотошное изучение химического и молекулярного состава всех (вплоть до самых мельчайших животных и растительных) организмов, населяющих арктические воды. Они чрезвычайно устойчивы к самым неблагоприятным условиям окружающей среды. Норвежцы создают банк данных о таких гидробионтах. Это серьезный задел на будущее в создании различных медицинских и химических препаратов, продлевающих срок жизни человека, излечивающих от множества заболеваний, эффективных лекарств для борьбы с которыми пока нет. Сегодня молекулярная биология вообще один из самых прорывных видов научной деятельности в мире. В перспективе это, возможно, будет приносить прибыль, сопоставимую с доходами нефтегазовой отрасли. В Норвегии к исследованиям в данной сфере подтянуты мощные научные кадры, правительство страны выделило немалые деньги. А основные работы ведутся именно на Шпицбергене. Северное королевство представлено там практически всеми университетами страны, студенты проходят практику.
- Возможно ли сотрудничество россиян с норвежцами в данной сфере, скажем, в форме обмена данными самостоятельных исследований сторон?
- Почему нет? Это же наши ближайшие соседи. Более того, у нас совмест-ный запас рыбы в Баренцевом море. И в данной отрасли подобный обмен результатами исследований - давняя и взаимополезная практика. На Шпицбергене мы тем паче будем работать бок о бок, в еще более тесном контакте, чем сейчас. Кстати, сами норвежцы настроены на сотрудничество с нами. В ПИНРО приезжал профессор одного из тамошних университетов, открыто рассказывал о проекте биопроспектинга и приглашал к участию в нем. Совместными усилиями любое дело дается легче. Точно знаю, они с уважением относятся к российским ученым. Особенно в вопросах оценки запаса рыб и управления им. Здесь мы находимся на достаточно высоком, сравнимом с норвежским, уровне. Правда, материальная база исследований у нас отстает. Но это уже тема отдельного разговора.