Слушая президента

- Вот, например, Краснянский Юрий Алексеевич из Мурманской области пишет про скорую помощь, это село Алакуртти. Пишет, что «у нас одна машина с одним фельдшером, можете добраться до амбулатории самостоятельно, если, конечно, сможете это сделать, - президент Путин зачитывал письмо одного из жителей Алакуртти, маленького села, расположенного в ста с лишним километрах от Кандалакши, у самой границы с Финляндией.

Большая пресс-конференция шла уже к концу, глава сельского поселения Александр Самарин налил себе борща. И тут:

- В амбулатории у нас сидит один врач общей практики, бабушка 86 лет, которая с трудом может отличить геморрой от ангины, - дочитал Путин и добавил: - В общем, такая проблема там с транспортом и с медобслуживанием.

- Алакуртти? Он что, сказал «Алакуртти»? Я даже не поверил своим ушам, - признается Самарин.

В поселке кроме военных из Арктической мотострелковой бригады гражданского населения - три с небольшим тысячи человек. Если не всех, то очень многих глава знает лично. Юрия Краснянского в том числе.

- Характеристики от него все нормальные, никаких митингов не организовывал, в высказываниях не был замечен, - рассказывает Александр Самарин. - Он ко мне раньше обращался с жалобой на плохое освещение на улицах, так мы закупили новые светильники. За это он меня поблагодарил «ВКонтакте». Но тут что-то с ним случилось, и непонятно из-за чего… Вот такая ангина.

Татьяна Яковлева.

За что?

И действительно, пресс-конференция президента еще не закончилась, а все вокруг уже закрутилось, завертелось. Телефонные звонки затрезвонили со всех сторон - правительство, минздравы, журналисты.

«Бабушка 86 лет» в те минуты вела прием пациентов в той самой поселковой амбулатории. Прибежали коллеги, рассказали.

- Татьяна Александровна у нас незаменимый человек, у нее сорок лет стажа, она и врач общей практики, и лор, и окулист, - рассказывает фельдшер амбулатории Ирина Сильвестрова. - В Печенгской больнице работала, потом на скорой в Кандалакше. Она и шов может снять, и гипс подрезать, и акушерский прием провести. Как можно было ее на всю страну так унизить! Она нам очень нужна. Ведь сюда, в Алакуртти, врача найти очень сложно.

Услышав все, что о ней было написано в письме, которое зачитал президент, Татьяна Александровна Яковлева сразу же написала заявление об увольнении. Обида была огромной.

Мы приехали в Алакуртти следующим утром, думая, что и не увидим ее, что она просто не выйдет на работу после всего.

- А где она? - спросили в амбулатории.

- Так где же еще? Ведет прием у себя в кабинете.

Там мы, журналисты, ее и застали, извинились за вторжение, попросили уделить нам несколько минут. Татьяна Александровна сняла маску:

- Смотрите, чтобы удивилась вся страна, как молодо выглядят бабушки у нас в Алакуртти в 86 лет, - она была растерянной, но все же пыталась шутить.

Конечно, ей не 86 лет, а всего 66. Она на пенсии, но продолжает работать. Потому что она нужна на своем месте. Потому что работа не отпускает. Трудно найти специалиста на ее место.

Полный комплект

Хотя, как рассказал нам министр здравоохранения области Дмитрий Панычев, амбулатория Алакуртти в кадровом отношении, можно сказать, образцово-показательная. Есть населенные пункты и похуже.

- Здесь укомплектованность практически стопроцентная. Конечно, в амбулатории не один фельдшер работает, как написал автор обращения президенту. Всего - 23 сотрудника, три врача общей практики, девять специалистов среднего медперсонала, зубной врач, акушерка, четыре водителя скорой. Один, правда, в отпуске, четыре специалиста в декрете, - рассказал министр. - Так что, считаю, что по кадровой обеспеченности это одна из лучших амбулаторий в области.

Дмитрий Панычев приехал в Алакуртти, чтобы лично встретиться с доктором Яковлевой, от себя принести ей извинения за те высказывания, которые позволил себе ее земляк.

«Обязательно попрошу соответствующие правительственные структуры и губернатора Мурманской области обратить на эту ситуацию внимание. С автотранспортом мы поможем», - снова цитата из ответа Путина на обращение жителя Алакуртти.

Это он про одну машину скорой помощи. Глава поселка говорит нам, что по федеральному нормативу положена одна скорая на десять тысяч жителей. А в Алакуртти всего три тысячи проживает.

- Но у нас на такое население - две машины. Вон, видите, стоят, - Александр Самарин показывает нам на стоящие у амбулатории скорые. - В марте этого года по распоряжению губернатора получили вторую, совершенно новую.

Две-то две, но ведь кроме Алакуртти им приходится ездить еще в два поселка - Зареченск и Ковдозеро. А если у кого-то приступ, требующий срочной госпитализации в Кандалакшу, то остается одна. Об этом и писал Юрий Краснянский. Кстати, о нем-то мы совсем забыли.

Юрий Краснянский.

- Он ведь на всю страну меня оболгал, - говорит Татьяна Александровна, про которую он сказал, что она «геморрой от ангины не отличит». - Вот чем не страдаю, так склерозом, это все мои медсестры могут подтвердить. И, самое главное, я с ним вообще и не сталкивалась раньше. Точнее, он был на приеме у меня пару лет назад. Никакого конфликта, никаких претензий не было.

Обидел, но сути не меняет…

Юрий Алексеевич Краснянский живет в Алакуртти много лет, его квартира в старом деревянном бараке, который давно уже нужно снести. Отец пятерых детей, дедушка для двух внуков. Работает санитаром в местном психоневрологическом интернате.

- Я с ним сразу же поговорил, - рассказал по пути к его дому глава Алакуртти, - спросил, как же вы, как мужчина, такое могли сказать про женщину, уважаемого человека. Он уже тогда пошел на попятную. Мол, не так хотел выразиться.

Скрываться от нас автор обращения к Путину не стал.

- Конечно, я немного погорячился по поводу ангины и геморроя, - сказал он сразу же. - Был не прав, некрасиво… Но так как минута была всего на обращение и накипело все, нервничал немного.

Видеообращение Путину он записал, сидя у себя дома. И это уже не первое его обращение к президенту. Прежние не прозвучали, а это было даже зачитано лично.

- По сути-то это дела не меняет, - продолжил Юрий Краснянский. - Сидит в амбулатории фельдшер с красными глазами, потому что ночью она на скорой, а днем принимает анализы на ковид. Я сам работаю в психоневрологическом интернате, знаю, что скорую приходится ждать часами. У меня в прошлом году был выявлен диабет, подскочил сахар, я сам не дождался помощи, поехал в Кандалакшу. Мне потом сказали, а вдруг у тебя диабетическая кома случилась бы! Вот на этом я хотел сконцентрировать внимание властей.

Он говорит, что мнения земляков в отношении его письма разделились, кто-то ругает, кто-то хвалит.

- Конечно, сейчас многие меня хотят четвертовать, многие, наоборот, говорят, что правильно все написал, проблема назрела давно.

- А у вас какая-то личная неприязнь к ней есть? - спрашиваем.

- Да нет, она вот живет рядом, буквально через дом. Мы же, грубо говоря, соседи,- отвечает Краснянский.

Доктор Яковлева ведет прием.

Остаюсь, но не прощаю

- А вы готовы его простить? - этот вопрос мы задаем уже Татьяне Яковлевой. Далее следует долгая пауза…

- А вы бы простили? - глаза Татьяны Александровны влажнеют. - Вот и я, не буду обманывать, не хочу прощать. Когда приходишь на работу, устаешь, сидишь без обеда с 8 утра, чтобы все для людей, всех успеть принять…

Она с трудом подбирает слова, и это понятно. Потом берет себя в руки:

- Просто человек меня оболгал. Я сейчас решаю вопрос о подаче иска о клевете и защите чести и достоинства.

- Но ведь вы остаетесь работать, не уходите ? - спрашиваем.

- Пока остаюсь, - отвечает, уже улыбаясь, доктор. - Меня так все коллеги сразу уговаривать начали, все поддерживают.

А первым поддержал, между прочим, сам Путин, обратившись прямо на той пресс-конференции к Юрию Краснянскому:

- Хотел бы в этой связи что сказать: уважаемый Юрий Алексеевич, во-первых, если это действительно так, если у вас бабушка 86 лет работает фельдшером, она явно ветеран труда, это говорит о том, что к ней нужно относиться с особым уважением. Я хочу подчеркнуть, что именно так и должно быть. Значит, что, во-первых, она на посту, несмотря ни на что, и фундаментальная основа подготовки медицинских работников еще в советское время, да и в царской России - всегда этот уровень вызывал уважение, - сказал президент.

Все пройдет?

Дни идут. Он - автор жалобы Путину - сам работает с больными людьми, человек грубый, без сомнения, но неравнодушный, болеющий за то, с какими проблемами сталкивается поселковая медицина. Она - доктор, за свои сорок лет работы помогла тысячам больных, и очень даже хорошо отличает геморрой от ангины. А между ними - злое обвинение и серьезная обида.

- Я сам хожу в амбулаторию за рецептом на лекарства. Когда пойду в следующий раз, не сегодня, обязательно зайду к ней, извинюсь за эти слова, - говорит Юрий Краснянский. - Я тут погорячился, слов нет, некрасиво...

Мы теперь с ней две звезды в поселке, - заканчивает он, уже уходя.

Автор письма Путину искренне надеется, что через несколько дней все утрясется и обида угаснет. Но забудется ли?