На Имандре идет корюшка. Любители рыбной ловли ждут не дождутся выходных, чтобы отправиться на озеро. На машинах, снегоходах, пешком с волокушами или легкими саночками устремляются туда. В этом году Кислую губу облюбовали в основном мончегорцы. Палаточные городки растут как грибы после дождя. Вот и в минувшее воскресенье около сотни разноцветных "зонтиков", пленочных и брезентовых домиков радовали глаз на белоснежных просторах Имандры. Солнца не было, ветра тоже.
Уже на подходе к озеру мы поняли: не клюет! Народ бродил от палатки к палатке, пил чай (и не только), травил анекдоты и делился впечатлениями от улова. Ночевавшие в губе не порадовали байками об удаче.
Основная масса любителей посидеть с удочкой все-таки прибыла утром. Подошла к трем словоохотливым рыбачкам. Все они из Мончегорска.
- Как улов? - спросила.
Один протянул на ладони две корюшки:
- Вот и все пока. А я тут с семи утра.
На часах было около десяти. Второй за ночь и утро поймал всего девять штук. Женщина, которую здесь знают и почитают как заядлую рыбачку, подтвердила:
- Сегодня не клюет.
И представилась:
- Марина Евсеева, работала на "Североникеле". 15 лет на пенсии. Здесь у нас с мужем дача. Рыбалку оба любим. И даже не столько за улов, сколько за радость. Красота-то какая вокруг! Сосны, Хибины, воздух - не надышишься.
- Почему клева нет?
- Это от многого зависит, - пояснила собеседница, - от давления, от наживки, от перемены погоды. Корюшка разборчива: то на "фосфор" берет, то на "металл" да и "чертом" не брезгует.
Я обрадовалась, такие мормышки у нас есть. А она продолжила:
- Некоторые уже уехали, говорят, на Салме сиг пошел.
Мы пристроились рядом с синей палаткой, в которой сидел рыбачок. Он то и дело дергал удочку. С утра успел наловить полпятилитрового ведра. Осведомились, на что? Ответил, даже не высунувшись из палатки:
- На креветку.
Свежая корюшка величиной с ладошку трепыхалась на снегу. Пахнет рыбешка то ли огурцом, то ли арбузом. В общем, какой-то необъяснимой городскому жителю свежестью. Осторожная, черноглазая, изящная хищница идет на нерест, а посему теряет бдительность.
Просверлив две лунки, раскинули палатку, установили поудобнее сидячие места, опустили удочки и остановили взор на оранжевых сторожках. Редкие поклевки не прибавляли азарта. В двух палатках загремела бравая музыка. В третьей не проспавшийся с ночи горе-рыбак постоянно обращался к какому-то Васе. Его монолог достоин был исполнения со сцены. Увидеть молчаливого Васю нам так и не удалось. Ноу-хау современных рыбалок - обезличенное общение: слышимость хорошая, а лиц через палатку не видно.
По голосу, раздавшемуся метрах в тридцати, узнали земляка Николая Мишина. На вопрос: "Будет ли клев?", заядлый рыбак успокоил нас:
- После трех часов.
Мы основательно подкрепились, угостив косточками местных собак, которые разгуливали между палаток в ожидании съестного. Прогулялись по озеру и в половине третьего, насадив новые опарыши и кусочки корюшки, замерли в ожидании клева.
Предсказание оракула сбылось с небольшой погрешностью. Рыба пришла на 20 минут раньше. И часа два хватала корм без передышки. Порой одновременно на оба крючка. Едва успевали подсекать. А на глубине 10-14 метров без сноровки и опыта это не так-то просто.
Через пару часов клев разом прекратился. Началась метель. Городок опустел, осталось лишь несколько палаток. Сосед, который ловил на креветку, упаковывал в рюкзак полное ведро рыбы. Второй, видимо, его друг, жаловался, что улов в ведро не помещается.
Наша добыча оказалась куда скромнее: 85 "хвостов". Однако попадались среди них и величиной с селедку. Пока муж снимал палатку и увязывал волокушу, я вспоминала карельский рецепт приготовления "юшки". Вот домочадцев угощу! Мы направились по проторенной тропе к берегу, до которого было километра полтора, любуясь чистым снегом и радуясь удачно проведенному выходному. Напротив базы отдыха "Кислая губа" набрали родниковой воды. Две повстречавшиеся там женщины признались, что частенько приезжают из Апатитов. В тот день они наловили килограмма по два, отдохнули и зарядились бодростью на всю неделю.
