Каждый год в маленькой Швеции от рук близких погибает примерно семнадцать женщин. В гораздо большей по населению России - от 9 до 10 тысяч. Каюсь, поначалу я скептически отнесся к теме российско-шведского семинара для журналистов - проблемы гендерного насилия и продвижение закона о социально-правовой защите от насилия в семье. Жуткие цифры заставили взглянуть на проблему всерьез.
Как выяснилось, в нашей стране отстает законодательная база. Директор петербургского кризисного центра для женщин Наталья Ходырева рассказала, что попытки выработать и внести на рассмотрение такой документ длятся уже около 18 лет, но пока безуспешно. Между тем законы, направленные на защиту от семейного насилия, приняты во многих бывших советских республиках, не говоря уже о странах Западной Европы.
В общем, пока работа по предотвращению семейного насилия и помощи его жертвам находится в руках общественников, которые зачастую действуют на голом энтузиазме. Только не надо думать, что эти общественные организации состоят сплошь из фанатичных феминисток-мужененавистниц. Во-первых, Наталья Ходырева рассказала о давнем и плодотворном сотрудничестве с мужскими сообществами. Среди них, например, «Мужчины XXI века против насилия» или «Северный путь», пропагандирующие также ценности отцовства.
Кроме того, и женские организации в силу богатого опыта в разборе различных конфликтных ситуаций не склонны обвинять всегда и только мужчин во всех грехах. Введено даже специальное понятие - «доминирующий агрессор» без обозначения пола. В качестве такого агрессора вполне может выступать как мужчина, так и женщина. Тем более что насилие в семье бывает направлено не только против женщины. Жертвами становятся те, кто не может дать отпор - старики, дети.
По мнению Натальи Ходыревой, одним из важнейших понятий в соответствующем законе должен стать так называемый охранный ордер. Она пояснила, это специальное средство социально-правовой защиты от насилия в семье. Спектр такой защиты достаточно широк. Агрессор не имеет права и лишается возможности приходить к пострадавшим, звонить, угрожать, шантажировать. Главное - охранный ордер направлен на экстренную досудебную сепарацию сторон, чтобы исключить продолжение насилия.
Меры, предусматривающие различные виды охранных ордеров, приняты во всех 50 штатах США. Во многих странах Европы они существуют в качестве альтернативы уголовному преследованию. В тех случаях, когда пострадавшие от насилия в семье ищут защиты, они чаще всего выбирают именно охранный ордер.
Об опыте защиты прав женщин, накопленном в Швеции, докладывала представитель ассоциации сети убежищ для женщин и детей SKR Линнея Хальварсон. По ее словам, повторяющееся насилие влечет ужесточение наказания, - соответствующий закон принят еще в конце 90-х. Современное законодательство позволяет комплексно оценивать ситуацию. Важно, что шведское общество придерживается единого взгляда на эту проблему, подчеркнула Линнея Хальварсон.
Журналистка Кристина Эдблом сообщила о титанической работе, которую она с коллегами проделала, чтобы выяснить обстоятельства гибели от рук мужей и сожителей 153 женщин за период с 2000 года. Для этого бригаду из трех журналистов на три месяца освободили от всякой другой работы. Они занимались только темой женщин, погибших в семье.
От себя добавлю - крупнейшая не только в Швеции, но и во всей Скандинавии, а следовательно, и богатейшая газета «Афтонбладет» способна позволить себе такую роскошь. Наши пишущие и снимающие коллеги могут вести журналистские расследования (и то гораздо меньшего масштаба) по большей части в свободное от основной работы время.
Так вот, расследование, проведенное сотрудницами «Афтонбладет», показало широкий разброс в социальном и имущественном положении 153 жертв. Возраст убитых варьировался от 15 до 86 лет, они жили как в городах, так и в деревнях, владели различными профессиями. Объединяло их одно: почти все они убиты дома, а большинство - так даже в собственной постели, причем самым распространенным видом оружия служил кухонный нож.
Кристина Эдблом продемонстрировала подробные статистические таблицы, составленные по данным полицейских протоколов. Благо в Швеции практически вся информация находится в свободном доступе. Статистика дает страшные цифры: у 153 убитых женщин остались сиротами 159 детей. Если учесть, что отцы получили огромные тюремные сроки, то множество из этих детей оказались круглыми сиротами (в некоторых семьях убийцами были отчимы). Наиболее ужасным показалось то, что более трети этих ребят в трагический момент находились дома и даже стали свидетелями.
Около половины погибших собирались разойтись с мужьями, примерно в половине случаев они получали угрозы от своих сожителей. Также о половине семей было известно, что ситуация там неблагополучна. Зачастую о серьезных неладах между супругами знали и полиция, и кризисные центры. Есть своя статистика и в отношении убийц. Так, 90 процентов преступников имели нарушения психики, 20 процентов обращались к психиатру, еще 20 покончили с собой сразу после убийства.
Как признавали сами журналистки, число ежегодно погибающих от семейного насилия женщин в Швеции остается примерно одинаковым - 17. Оно неизменно, несмотря на принятие соответствующих законов. Причина понятна: чужая семья - потемки. Известно, от любви до ненависти порой всего один шаг. Выход эксперты видят в обучении полицейских, судей, сотрудников кризисных центров. Важно не прозевать тревожных сигналов, понимать разницу между конфликтом и насилием.
Много о чем еще говорилось на двухдневном семинаре. В Санкт-Петербург съехались журналисты из многих печатных и электронных изданий Северо-Запада России. С собой они увезли понимание того, как часто беда находится от нас на расстоянии одного шага. И как нужен закон, уже само наличие которого сможет удержать кого-то от этого рокового шага.