Как-то непривычно, а потому не по готовому сценарию проходил этот вечер на борту атомного ледокола «Ленин». В городской Ассоциации исследователей Арктики часто вспоминают выдающихся людей, оставивших заметный след в истории освоения Заполярья. В этот же раз вспоминали Александра Беляева, который наградами и званиями отмечен не был, а плоды его деятельности сохранились разве в пожелтевших от времени газетных вырезках да еще в семейных фотоальбомах. Однако собрались десятки людей, в чьей памяти он оставил неповторимый след, и это нередко стоит не меньше официального признания.
Вспоминаю мое знакомство с ним. Дело было в конце 70-х годов того, прошлого, века. Беляев зашел к редактору газеты «Комсомолец Заполярья» Николаю Бакшевникову, с которым был давно знаком и без долгих предисловий предложил взять журналиста «молодежки» в автопробег из Мурманска в Новороссийск. В те времена это было редкое и заманчивое предложение. Но люди поопытней и постарше должностью принять его по разным причинам не смогли. И выпало ехать мне, недавнему выпускнику факультета журналистики, мечтавшему о ярких впечатлениях и репортажах. И поехали ребята на своих дорогих «жигулях» через всю страну в преддверии 9 Мая, навещая ветеранов войны… Беляев тогда работал в областном обществе автолюбителей: просто бороться за соблюдение правил дорожного движения ему было скучно, вот и придумал…
А через полгода в лютую 30-градусную стужу он в паре со своим неразлучным другом Анатолием Бадюком «тащил» неуклюжего новичка по лыжне. Рюкзак по весу совпадал с градусами - 30 килограммов за спиной по инерции сбивали меня с ног, самостоятельно подняться уже не мог. А когда на стоянке холод стал пронизывать до костей, он заставил меня встать в позу «скрепки» и к лицу с кровью прилила волна тепла…
Потом это согревающее упражнение Александр Васильевич показывал многим мальчишкам и девчонкам, отправившимся из теплых квартир и школьных классов на детскую Хибиниаду - так назывались массовые соревнования школьников по самодеятельному туризму в самом сердце заполярных гор. Бледно-серые от неправильной проявки фотографии сохранили главное: сотни полторы ребятишек карабкаются на лыжах по заснеженному склону горы Юмьечорр, затылок в затылок, глаза страшно оторвать от лыжни, так от высоты дух захватывает. А впереди все тот же Беляев, роста неприметного настолько, что только огромный рюкзак за спиной и маячит на тропе. Тогда, кстати, никого не принуждали, но из Мурманска на станцию Имандра ехали толпы детей - 13 вагонов электрички еле хватало. И формировался тот веселый эшелон специальным приказом начальника железной дороги.
Модное нынче слово «карьера» в те годы произносилось с оттенком презрительности. У Беляева карьера в привычном понимании не складывалась. По образованию океанолог, первое время после института работал в ПИНРО. Увлекшись туризмом (эта страсть не покидала его до последних лет), вскоре возглавил областную контрольно-спасательную службу, но тоже не сложилось. Потом работа в высшей мореходке, ныне солидно именуемой техническим университетом, в детском политехническом лицее № 1… Но, похоже, свою карьеру он все-таки сделал, только не на должностной лестнице. Сделал в делах и событиях, которые вспоминают до сих пор.
В конце 50-х годов из газеты «Комсомольская правда» в Мурманский клуб туристов переслали письмо сына чекиста Александра Барченко, который по заданию своего ведомства еще в двадцатых провел экспедицию в Ловозерские тундры с загадочными целями. Теперь уже кое-что известно: изучали они особенности поведения коренного местного населения с целью создания массового психотропного оружия. Беляев, не раздумывая долго, собрал свою группу молодых исследователей, чтобы пройти по следам предшественников. Но парадокс: искали одно, а всколыхнули совсем другой пласт прошлого. Знал бы он тогда, каким бумом через 30 лет обернется эта затея: на поиски легендарной Гипербореи, прародины человека в Заполярье, каждый год отправляются десятки людей. Да не каких-нибудь, а с мировой известностью, вспомнить хотя бы историка и философа Валерия Демина или экстравагантного ученого Эрнста Мулдашева.
По характеру и темпераменту он всегда был непоседой, что присуще прежде всего молодости. И еще утверждал: в жизни, особенно детской, всегда должно быть приключение. В неуютные 90-е годы, когда нашему рушившемуся государству было ни до взрослых, ни до детей, неутомимый Беляев пробивает бюрократические барьеры и добивается разрешения и поддержки в проведении Робинзонад. Ребята неделями жили на островах Белого моря, преодолевая не придуманные, а реальные трудности, учась выживать в суровейших условиях и закаляя характер. Десятилетием позже появится широко разрекламированное телешоу «Последний герой», участники которого ради победы морально поедали друг друга. И кто теперь помнит, что ему предшествовали детские Робинзонады Беляева, где звучал совсем иной мотив: в беде и лишениях прийти на помощь друг другу…
В многочисленных путешествиях и приключениях Беляеву и его друзьям просто фантастически везло. На вертких байдарках по порожистым северным рекам и в волнах студеного Белого моря спасались в самых опасных ситуациях. Зато приобретали впечатления, которые ни за какие деньги не купишь.
Или взять историю, случившуюся после строительства экспериментальной приливной электростанции в губе Кислой. По недосмотру тамошние работники утопили ценнейшую аппаратуру стоимостью 120 тысяч полновесных советских рублей. Кто жил в ту пору, знает - колоссальная сумма. Беляеву, первому чемпиону Мурманской области по подводному плаванию, с товарищами пришлось «спасать ситуацию».
Трое суток они почти не вылезали из холодно-мрачной глубины и нашли-таки злосчастную аппаратуру. Об этом собравшиеся узнали благодаря продемонстрированной на экране подборке старых фотографий, принесенных на встречу его женой, Людмилой Яковлевной. Ну а лучший друг, Анатолий Бадюк, продемонстрировал снимки другого похода - на остров Нордбрук архипелага Земля Франца-Иосифа. Ну у кого такое в жизни случается: участники экспедиции открыли на острове неизвестный географам пролив!
Материалы и артефакты, добытые в самодеятельных экспедициях, Александр Беляев чаще всего передавал в музеи, в том числе и организованные по своей собственной инициативе. Так было и в высшем мореходном училище, и в политехническом лицее № 1, о чем вспоминала на вечере его директор Татьяна Шовская. Именно он приобщал здесь ребят к исследовательской работе, возил их на всероссийские конференции «Юность. Наука. Культура», откуда мурманские лицеисты непременно возвращались с высокими наградами.
Накопленное в путешествиях Беляев вкладывал не только в детей, своих или чужих - не так уже важно, он разницы не видел. К примеру, выдержавший два издания сборник «Туристскими тропами Кольского полуострова», где он выступил главным автором, разработчиком маршрутов самодеятельных путешествий, и сегодня достоин переиздания, хотя прошло уже 30 лет. Чтобы не переводились среди нас бродяги-романтики.
Одно из последних дел Беляева - подготовка сборника статей, фотографий, стихотворений «Юрий Визбор и Арктика». Сборник, посвященный выдающемуся барду, журналисту, писателю, актеру Юрию Визбору, кстати, считавшему наш Мурманск наряду с Москвой самым близким городом, был для Александра Беляева как последняя любовь. Потому и сделан с неподдельной любовью. Это подтвердила дочь Визбора Татьяна, которой я передал книгу уже после ухода Александра Беляева из жизни.
И все же истинным его призванием было воспитание, а если точнее - дружба с детьми. Дети выросли, давно стали взрослыми. А что вынесли из детства? Помнят ли? Это, пожалуй, выразил на встрече названный родителями в честь Беляева Саша Бадюк:
- Когда он входил, становилось искрометно, весело, интересно - будто в дом врывалось солнце! До сих пор не могу стереть его номер со своего мобильного телефона, а ведь прошло 8 лет...