Он считает приоритетными здоровье, материальное благополучие, семью и друзей, отодвинув труд на более дальние позиции. При довольно низком уровне доверия к различным структурам в обществе все же больше доверяет полиции и армии, чем властям, и не очень уверен в своем будущем. «Он» - это среднестатистический молодой северянин. Его портрет «нарисовали» сотрудники сектора социологических исследований Института экономических проблем КНЦ РАН. О жизненных ориентирах и социальном самочувствии юношей и девушек мы беседовали с руководителем этого сектора, кандидатом экономических наук доцентом Ириной ГУЩИНОЙ.
- Ирина Александровна, расскажите об этом исследовании. Вообще - почему объектом изучения выбрана молодежь? Это своего рода социальный заказ - актуальная тема или ваш сектор уже давно занимается ею?
- С 2002 года мы проводим социологический мониторинг общественного мнения в Мурманской области. Тема молодежи, безусловно, актуальна, поскольку будущее общества в значительной степени зависит от того, с какими ценностями и установками в трудовую и социальную жизнь вступает поколение, формировавшееся вне советской идеологии.
Основу исследования составили оценочные мнения, касающиеся социальных, политических, экономических вопросов. Данные получены в процессе мониторинговых опросов среди всех групп населения основных городов Кольского края. Чтобы выделить «молодежный срез», мы с помощью компьютерной программы проанализировали ответы людей в возрасте от 14 до 30 лет. Акцент, замечу, сделали на данных за 2011 год.
В опросе приняли участие около 35 процентов учащихся и студентов, 58 процентов трудящихся и 7 процентов не имеющих работы представителей молодого поколения. Следует также отметить, что более 70 процентов из них имеют среднее специальное, неполное высшее и высшее образование. Несмотря на многочисленные нарекания и претензии к сфере профессионального образования, такие показатели позволяют рассчитывать на определенную зрелость и объективность мнений.
- Итак, о жизненных ориентирах. Что наиболее важно сегодня для тех, у кого вся жизнь впереди?
- Приоритеты современной молодежи существенно изменились по сравнению с предыдущими поколениями. С чем это связано, понятно: с воздействием противоречивых материальных и социальных факторов, свойственных последним десятилетиям российской реальности. В рейтинге основных ценностей преобладают здоровье, материальное благополучие, семья, друзья. Труд, занимавший ведущие позиции у советской молодежи, переместился на пятое место. Это нельзя назвать неожиданным, если иметь в виду, как ослабла в обществе идеологическая составляющая.
- А если сравнить не с советской молодежью, а с теми, чья юность пришлась на девяностые?
- Усиливается индивидуализм, социальная позиция, ориентированная на себя. С другой стороны - снижаются иждивенческие настроения. Такие выводы можно сделать, если проанализировать, например, ответы на вопрос «от кого в наибольшей мере зависит ваше благосостояние?». На различные уровни власти рассчитывают около 40 процентов респондентов. Вторую позицию занимает вариант «мое благосостояние зависит от меня, членов моей семьи». Для сравнения: десять-двенадцать лет назад более 70 процентов молодых людей надеялись на помощь государства и лишь 18,5 процента - на себя.
- Ирина Александровна, вы преподаете в местных филиалах вузов, постоянно общаетесь со студентами. Как, совпадает «картинка»?
- Молодые люди сейчас действительно очень рациональные, более адаптированные к новой реальности. Если в 90-е юноши и девушки были растерянными, неуверенными в себе, то сейчас картина иная. Многие уже на третьем курсе стараются начать работать, в том числе по будущей специальности, можно сказать, уверенно прокладывают дорогу в жизни. Я не придерживаюсь расхожего мнения о никчемности нынешней молодежи, она просто другая, соответствующая времени и обществу. Мне интересно работать со студентами, быть в курсе их интересов, проблем. Не зря говорят: «Учишь других - учишься сам».
- Следовательно, и социальное самочувствие у молодых северян вполне приличное?
- Молодежи присущ оптимизм. Когда мы попросили охарактеризовать респондентов свое текущее настроение, а это элемент социального самочувствия, то нисколько не удивились, что преобладают позитивные оценки. Около 20 процентов определили настроение как «прекрасное», почти половина как «ровное, нормальное», чуть более 20 процентов испытывают некоторое раздражение и лишь около четырех процентов находятся в «состоянии страха и тоски».
- Значит ли это, что они уверены в своем будущем?
- Можно говорить о преобладании в молодежной среде настроений неопределенности, что указывает на нестабильность социальной позиции. В цифрах это выглядит так: количество «вполне уверенных» и «скорее уверенных» варьируется в пределах 30-40 процентов, среди которых больше представителей мужского пола. В то же время наиболее значима доля тех, кто «не уверен» (52 процента) и «совершенно не уверен» (около 10 процентов) в своем будущем.
- В таком случае хорошее настроение - это действительно скорее подарок молодости, чем следствие удовлетворенности жизнью. Нетрудно предположить, что у юношей и девушек много проблем, и это наверняка выявил опрос.
- К самым острым проблемам своей жизни молодые люди отнесли низкий уровень доступности жилья (это отметили 35,7 процента респондентов), низкое качество здравоохранения (35,4 процента), плохую экологию (34,9), низкий уровень жизни (32,15), безработицу (27,7), инфляцию (25,9), рост алкоголизма (23,6), коррупцию (22,5). Эта последовательность, что вполне закономерно, несколько отличается от общеобластных оценок. В рейтинге проблем среднестатистический житель Кольского края на первое место ставит недостаточный уровень жизни, на второе - инфляцию, а важную для молодых низкую доступность жилья относит на седьмое место, плохую экологию - на пятое, качество здравоохранения - на четвертое.
- Очевидно, молодежь более требовательна к качеству жизни, чем старшее поколение. Ну а проблема жилья комментариев и не требует: понятно, что для молодых она выходит на первое место. Ирина Александровна, как юноши и девушки относятся к властным структурам? Ведь это проблема социального капитала в том числе. Думаю, этот немаловажный аспект находит отражение в вашем исследовании.
- Безусловно, и отражение это - с нескольких ракурсов. Итак, можно сказать, что с возрастом респондентов (в пределах молодежной категории) усиливается скептическое отношение к деятельности различных структур и институтов общества. Причем женская и мужская доля скептиков примерно равны. Интересно, что в среднем менее всего доверяют органам местного самоуправления: тут дали ответ «в основном не доверяю» почти 43 процента женщин и 29 процентов мужчин, «в основном доверяю» - 31,6 процента мужчин и 21,6 процента женской аудитории. Полиции в основном не доверяют 27 процентов женщин и 24,6 процента мужчин, «в основном доверяют» - 40,5 процента женщин и 37,5 процента мужчин.
А вот что касается церкви, здесь высок процент тех, кто полностью доверяет этому институту, - 21,5 процента мужчин и 25,6 процента женской аудитории, много и тех, кто доверяет «в основном» - соответственно 29,3 и 34,4 процента. Тех, кто ответил «полностью не доверяю» (6,6 и 4 процента), примерно в два раза меньше, чем в отношении местной власти и полиции.
- Принято считать, что молодежь у нас вялая в социальном и политическом плане: то ли им ничего не интересно, то ли ни во что не верят. Что показал опрос по этому поводу?
- Более половины опрошенных действительно не интересуются социально-политической ситуацией в регионе и городе. Столько же считают, что их мнение не повлияет на принятие управленческих решений в своем населенном пункте, примерно 20 процентов полагают, что это «возможно иногда», и лишь 6 процентов надеются на положительный результат. Такой расклад мнений можно воспринимать как ситуацию социальной отстраненности молодежи от городского социума, в основе которой - несовершенство молодежной политики в вопросах возрастной социальной адаптации.
- То есть скорее «не верят», чем «скучно». А готовы ли они что-то предпринять, чтобы изменить ситуацию?
- Если вы говорите о социальном протесте, то категоричность молодежи в этих вопросах выше, чем в целом у населения области. К факторам, провоцирующим социальный протест, относят высокий уровень неудовлетворенности материально-экономическими условиями жизни, недоверие к структурам власти, невозможность повлиять на принятие решений и другие. То есть все то, о чем мы уже говорили и что действительно вызывает недовольство молодых людей.
Меры, которые они способны принять для защиты своих интересов, указывают на многоплановость вариантов возможных решений. Преобладают намерения обратиться к властям, переехать в другой регион и даже страну, а 13 процентов представителей сильной половины человечества готовы идти на баррикады (в 2009-м таких было около 16 процентов, но тогда сильнее ощущалось влияние мирового экономического кризиса). Потенциал протеста и формы его проявления представляются одним из наиболее важных аспектов изучения молодежных настроений в целях предупреждения социальных конфликтов.
- Действительно, вопрос очень серьезен. А где бы еще вы поставили «красный маячок»?
- Наметилась еще одна тревожная тенденция. Притом что уровень толерантности между представителями различных социальных общностей достаточно высок, усиливается напряженность в отношениях между представителями разных национальностей. На это указывает более 30 процентов молодежи против 18 в 2008 году.