При слове «котельная» наверняка многим придет на ум в первую очередь испачканное сажей помещение с горящей печью, в которую время от времени забрасывают уголь чумазые кочегары. С такой мыслью я и поехал в котельную исправительной колонии №16. Снаружи - ветхое здание, построенное, судя по всему, в брежневские времена. На небольшой куче угля орудуют лопатами четверо осужденных. Это и есть кочегары и слесари. Притом кочегары вовсе не чумазые, как трубочисты, какими рисует их воображение. Не отрываясь от работы, поглядывают на гостей. Всех своих они знают, а потому наблюдают за чужаками внимательно и чуть настороженно.
Переступаем порог котельной и оказываемся в маленьком мирке, который существенно разнится с общим представлением о подобных объектах. На полу ни пылинки, на полочке стоят горшки с цветами. Как говорят сами осужденные, растения сюда приносят специально на время работы котельной - летом они «гостят» в кабинетах сотрудников колонии, а как только начинают топить - переносят в более благоприятное место.
Бригадир, в чьем распоряжении десять человек, лишь взглянул на посетителей, чтобы поприветствовать, и снова повернулся в сторону котла. Немного постоял, всматриваясь в датчик, и подошел к щиту управления, где нажал на одну из кнопок, и шум, раздававшийся от котлов, стих.
Один из осужденных заглянул в печь, подал какой-то знак, после чего бригадир нажал на следующую кнопку. Из-под котла донеслось шебуршание - машина добавила угля.
- У нас здесь практически все на автоматике. Ручной работы мало, - рассказал осужденный Михаил Крестьянов. - Разве что уголь нужно с улицы накидать, так и тот носить не приходится - лопатой забросил в тележку, поднял ее краном, а потом уголь сам в печь засыпается, стоит только кнопку нажать. Вот эту, например. - Нажал он еще одну кнопку, и жужжание донеслось из-под второго чана. Михаил Павлович работает тут уже семь лет, из них четыре с половиной года - бригадиром. Интересной особенностью зоны можно назвать стабильность. Текучки кадров нет, поскольку работу получить не так-то просто, оборудование старое, однако функционирует. Этой котельной, например, уже лет 30. Свой срок она выработала, но котлы и трубы обновляют регулярно. Ремонтом занимаются сами осужденные, и в отличие от таких же объектов по нашу сторону колючей проволоки никаких сбоев и задержек с подачей тепла нет. Обслуживающему персоналу хватает времени сделать основной ремонт, а неожиданные поломки устраняют в буквальном смысле до того, как трубы успеют остыть.
- Каждый год в газетах читаю, что по области задерживается отопительный сезон. Дескать, подготовиться не успели. Если бы мы так работали, то пришлось бы рядом с котлами жить - нас бы в отряде мужики просто не поняли. Как только осенью начинает холодать, они у нас первым делом спрашивают, когда топить начнем. Мы отвечаем, что котельная полностью готова. Поступит отмашка от руководства колонии - будет тепло. По тем же нормативам ориентируемся, что и на свободе. Однако у нас тепло поступает вовремя, а на гражданке люди почему-то мерзнут, - с недоумением говорит собеседник.
Бригадир о работе тепловиков «на воле» знает не понаслышке. До того, как попал в колонию, трудился кочегаром-сварщиком в одной из мурманских котельных. Правда, с углем столкнулся только за решеткой. На свободе уже давно пользуются мазутом.
- Эта аппаратура мне кажется более простой. Может быть, как раз потому, что старая, без наворотов, - делится опытом бригадир. - Получается, с одной стороны, все автоматизировано, а с другой - не настолько мудрено, как в мазутной котельной. Да и не так опасно - следить нужно лишь за количеством угля, которое отмеряет машина, да за тем, чтобы вода в чане всегда была, чтобы он не треснул.
На вид действительно кажется, что ничего сложного нет. Все кнопки на приборной панели подписаны, загружать лопатой уголь - тоже просто. Однако попасть на работу в это теплое во всех смыслах место может далеко не каждый. Пожалуй, кочегар - самая элитная профессия в колонии. Для этого примерного поведения и желания работать крайне недостаточно. Нужно иметь соответствующую специальность, а в идеале - опыт. В отличие от столярного или швейного цеха сюда подмастерьев не набирают. Хочешь трудиться - отучись и докажи профпригодность.
- Лентяем здесь быть невозможно. Работать нужно, ведь за тебя никто ничего не сделает. И уголь разбросать надо, и за котлами следить, и трубы держать в хорошем состоянии, - несколько сурово и громче, чтобы слышали окружающие, добавил Михаил Павлович. - Если требуется выйти ночью да еще и в сильный мороз, значит, встал и пошел. Потом отдохнешь. Главное - выполнить свою задачу.
- У заместителя начальника есть приемные дни, когда каждый осужденный может задать любой интересующий его вопрос. Ну и, разумеется, спрашивают о работе. Ко мне приходят за техническими вакансиями, например, сварщика, слесаря, машиниста-кочегара. Всех их записываю в блокнот, а потом просматриваю личные дела - специальность, срок, - объясняет главный инженер ИК-16 Николай Лебедев. - Сейчас обязательно должно быть страховое свидетельство государственного пенсионного страхования, без которого на работу принять не имеем права. Если его нет - делаем, но на изготовление требуется время, которое желающий работать может провести, как говорится, у станка, а не сидя у себя в отряде. Если кандидат подходит на должность, то дальше выясняются его морально-этические качества. Дебоширы на производстве никому не нужны. Если плохо себя зарекомендовал у начальника отряда, постоянно нарушает порядок, то пусть он будет трижды специалистом, а работы не получит. Если человек подходит, после стажировки принимаем на объект.
Работа для осужденного - это поощрение, трудиться люди хотят. Все-таки, когда чем-то занят, то и срок идет быстрее, и денег на чай и сигареты можно заработать. Не говоря о стаже, который, несомненно, пригодится после освобождения тем, кто захочет встать на путь исправления.
К слову, бригадир котельной вчера вышел на свободу. Несмотря на то, что провел в колонии более семи лет, уверен, что работу в Мурманске найдет. Как говорится, опыт и желание есть, а остальное - приложится. Специальность менять не собирается, поэтому будет стараться снова устроиться в котельную.
- Не могу сидеть без дела, - говорит Крестьянов. - Здесь только четыре месяца не работал, да и то потому, что котельная была закрыта. Вот и сейчас пару месяцев отдохну, проведу время с сестрой и племянниками - и в путь.