- Дуглас, - сказал попутчик.

- Что? - не поняли мы.

- Дуглас, - повторил попутчик и для большей убедительности ткнул желтым от табака пальцем в картинку сканворда. - Это Дуглас. Не Майкл, конечно, а Кирк.

- Понятно, - сказали мы, натянуто улыбнувшись.

Поезд Донецк - Москва мерно отстукивал километр за километром. И, чтобы хоть как-то убить время, мы увлеклись сканвордом. Угадали бы мы сами актера Кирка Дугласа? На черно-белых фотках, отпечатанных на газетной бумаге, какими украшают сканворды, трудно кого-то узнать. Ну разве что буквы какие-то появились бы от пересекающихся слов. Так угадали бы или нет? Впрочем, вопрос оказался риторическим. Наш мозговой штурм опередил попутчик.

Он подсел к нам на одной из станций. Небольшой промышленный городок, каких полно в Донбассе. Мы невольно его отметили про себя. Высокий, слегка полноватый немолодой уже мужчина. Грива седых волос. И пиджак. Помятый, видавший виды пиджак. Он так и сидел в нем, выпрямив спину, на полке, глядя в окно, как будто ожидая своей станции.

- Далеко ехать? - поинтересовались мы.

- До конца. В Москву, - обстоятельно пояснил попутчик. И добавил, чтобы не оставалось уже никаких сомнений: - Домой еду.

Упаси вас бог разговаривать с москвичами в поезде. Все москвичи служили в Североморске и ловили треску в Кольском заливе голыми руками. В общем, никогда не разговаривайте в поезде с москвичами - и будет вам счастье.

- Угу, - кивнули мы, тут же уткнувшись взглядами в пол. Упаси вас бог разговаривать с москвичами в поезде. Они отравят вам всю дорогу, рассказывая о том, как дружили с Юрием Никулиным. Все москвичи почему-то были с ним лично знакомы и дружили долгие годы. Узнав о том, что вы из Мурманска, москвичи обязательно спросят: «Ой, а это где?» - и тут же добавят (это неизбежно, если перед вами представитель сильного пола): - Я когда-то служил в Североморске. Все москвичи служили в Североморске и ловили треску в Кольском заливе голыми руками. В общем, никогда не разговаривайте в поезде с москвичами - и будет вам счастье.

Потом мы увлеклись сканвордом, потом попутчик подсказал нам Кирка Дугласа, потом... Ему - попутчику, не Кирку Дугласу, конечно же, - явно не хватало общения. А мы тем временем споткнулись на очередном загадочном вопросе сканворда.

- Самокат, самогон, самопал... - искали мы ответ, и взгляды наши опрометчиво блуждали по купе. Собственно, там они и встретились со взглядом попутчика.

- А я сканворды никогда в дороге не разгадываю, - пояснил он, явно цепляя нас на крючок для разговора.

- У, понятно, - протянули мы, приготовившись к рассказу о дружбе с Никулиным.

- Я раньше перед поездкой всегда покупал тетрадь, - продолжил попутчик, - обыкновенную тетрадь в двенадцать листов. Садился в поезд и начинал по памяти записывать имена актеров: Майкл Кейн, Дэнни Айелло, Джин Уайлдер, Кристофер Ллойд, Джон Лейн... Мог так всю тетрадку исписать, ни разу не повторившись. Всех знал. И все фильмы с ними. Замечательные фильмы. И актеры, конечно, тоже. Я из-за них в театральный институт и пошел.

- Вы артист? - почти обреченно поинтересовались мы, уже предчувствуя плавный переход к знакомству с Никулиным.

- Актерство у меня в душе, - как-то уклончиво ответил попутчик. - Всех актеров знал, актрис, фильмы, цитировать мог роли часами. Я когда в институт пришел поступать, так прямо и сказал приемной комиссии: «Вы не можете меня не взять, я вам сейчас целую тетрадку заполню именами актеров, не повторяясь. И любой фильм назову, с датой выхода на экран...»

- Взяли? - слегка опешив, поддержали мы разговор.

- Нет, - вздохнул попутчик. - Я не прошел творческий конкурс: знаете, все эти песенки, сценки. А я всегда тяготел к большому экрану. Так что профессионального актерского образования у меня нет.

- Но играете где-то? - уже с любопытством спросили мы.

- Москва! - взмахнул руками попутчик. - Тут даже просто обойти все театры - и то всей жизни не хватит.

- Вы коренной москвич? - с робкой надеждой (дело в том, что настоящие коренные москвичи не дружили с Никулиным и не служили в Североморске) задали мы следующий вопрос.

- Не совсем, - опять уклончиво ответил попутчик. - Но давно живу в столице и, что называется, проникся духом.

- Вы не могли бы проникаться духом на своей полке? - прервала наш разговор тетка с огромным чемоданом на колесиках. - Я хотела бы поставить багаж и прилечь.

Мы и не заметили, как поезд подошел к очередной станции, и наше купе ждало пополнение.

- Да, конечно, - кивнул попутчик. И, обращаясь уже к нам, пояснил и без того очевидный факт: - У меня верхняя полка. Других не было.

- Угу, - кивнули мы. А попутчик, исполненный достоинства, прямо в своем пиджаке полез наверх.

После того, как тетка, проехав чемоданом по нашим ногам, запихнула его под полку, а затем обосновалась на ночлег, в купе вновь воцарилось спокойствие. А мы вернулись к своему сканворду.

Впрочем, спокойствие было прервано уже спустя четверть часа. Сначала перед нашими глазами повисли ноги попутчика в дырявых носках. Потом показался мятый пиджак. Спустившись с горних высот, попутчик покосился на безнадежно дремлющую на своей полке тетку. «Она не встанет до Москвы», - подумали мы.

- Здоровый сон, - словно читая наши мысли, заговорщически прошептал нам попутчик, кивнув в сторону тетки. - Хотел бы я так спать. Но, увы, у меня бессонница.

- Увы, - эхом откликнулись мы, предчувствуя беспокойную ночь.

- Подвиньтесь, - строго сказал нам попутчик, - пустите меня к столику, я покушать хочу.

Мы молча сдвинулись в сторону двери. Попутчик же потянулся к своей полке, достал откуда-то пакет и стал раскладывать на столике у окна колбасу, хлеб, огурцы, помидоры и вареные яйца.

- Соль, в еде главное - соль, - сказал он и стал искать в пакете солонку. - Мама должна была положить ее.

- У вас мама на Украине живет? - исключительно от нечего делать спросили мы.

- Да, - кивнул попутчик и наконец-то извлек из пакета спичечный коробок с солью. - Я все время зову ее в Москву, но...

Попутчик ел медленно и обстоятельно. И тут в купе просунулась проводница.

- Кому нужны миграционные карточки? - вопросила она. - Скоро граница. Граждане Украины есть?

- Есть, - кивнул попутчик. И, обращаясь уже к нам, добавил: - Возьмите для меня карточку.

- Но, - изумились мы, когда проводница, вручив нам миграционку, захлопнула дверь купе, - мы думали, вы москвич. Не коренной, но все же...

- Нет, я родом из... - покачал головой попутчик, назвав город, в котором он подсел в наш поезд. - В Москве работаю. Потому что там мой труд востребован. Столичные перспективы, знаете ли.

- Да, многие актеры едут в Москву, - пошли мы ва-банк в своем желании окончательно прояснить ситуацию.

- Да, многие, - согласился попутчик.

- Играть, сниматься... - продолжили мы многозначительно.

- Это точно, - кивнул попутчик, продолжая уписывать хлеб с колбасой и огурцом.

- Так вы играете? - не выдержали мы. - Вы сказали, что профессионального актерского образования у вас нет, но...

- Если у вас нет таланта, никакое образование не позволит вам стать актером, - назидательно заметил попутчик. - Я могу перечислить вам десятки имен знаменитейших актеров, которые никогда не заканчивали театрального вуза.

- Мы знаем, - обозлились мы. - Тетрадка в двенадцать листов, без повторов. Знаем. Скажите, вы актер или нет?

- Понимаете ли... - начал было попутчик.

- Понимаем! - рявкнули мы. - Найти себя в творческой профессии не так-то просто, в современном обществе таланты оказываются невостребованными, нынче на экране процветает бездарность, а телеканалы давно продали душу дьяволу... Мы все это прекрасно понимаем. Скажите нам другое: кем вы работаете?

- В настоящее время я занимаюсь перевозками, - как-то погрустнев, ответил попутчик. - Юго-Западная - Внуково.

- Что? - переспросили мы.

- Юго-Западная - Внуково, - обреченно ответил попутчик. - Людей вожу. На автобусе малой вместимости.

- На маршрутке, что ли? - уточнили мы, тоже как-то сдувшись.

- На автобусе малой вместимости, - повторил попутчик и неловким движением положил недоеденный бутерброд на столик.

Наш запал при этом окончательно улетучился. И, слегка гордясь своими добрыми сердцами, мы затараторили:

- Целую тетрадку, говорите, могли исписать, да? И по фото тоже узнаете? У нас тут в следующем сканворде тоже чей-то портрет есть, не актера ли, думаем? Поможете? Да вы кушайте, кушайте. Что же вы, честное слово? Кушайте.

Фото:
Игорь КУРСАКОВ