Что нужнее - крупа или «Сникерс»
Когда наконец наши дети повзрослеют? В 16, 18, 25? Такое чувство, что никогда. Изо дня в день твердишь семнадцатилетнему чаду: нельзя щеголять в 30-градусные морозы в летних тоненьких кроссовках на «картонной» подошве. Он упорствует: «Мне жарко!» И фигуряет с девочкой по улицам до полуночи. Потом ему становится и вправду жарко, температура взлетает до 40! С лютой ангиной скорая забирает его в больницу. Но спустя три дня он оттуда сбегает в чем был и просит меня: «Сходи, забери мои вещи и выписку».
- А сам?
- Не пойду. Ни за что! Врач говорил со мной нетолерантно!
Во какие мы слова знаем! Беда, что ответственности за ними никакой. А ведь доктор всего лишь хотел ему объяснить, к чему приводит дурацкая мода в условиях заполярной стужи.
Но тут речь о ребенке, который с рождения живет в родном доме. Что же взять с социальных сирот? Какой ответственности ждать от них?
Вот мальчик или девочка выпускается из детдома. Совершеннолетний, паспорт давно в кармане. По закону можно жениться и своих детей рожать. Государство обеспечивает жильем и многочисленными льготами, казалось бы, живи да радуйся. А не получается. На работу устроиться, за квартиру платить, с документами разобраться, продукты в магазине покупать - крупы, молоко, мясо, а не только мороженое и «Сникерс». Все это у многих никак не выходит.
И как ни крути, без взрослого куратора рядом, который поможет, - не обойтись. В официальных бумагах этот очень нужный человек называется скучно - «лицо, осуществляющее постинтернатный патронат». А на деле это практически - вторая мама. Почему мама? Потому что мужчин в этой трудной сфере считанные единицы. Уж очень кропотливые и обременительные заботы. На двадцать с лишним женщин, работающих в службах сопровождения, которые участвовали в рабочей секции региональной конференции, было всего двое(!) мужчин. Не потянуть эту ношу «сильному» полу.
Закон Мурманской области «О патронате», который появился 29 мая 2006 года, был инициирован, по сути, самой жизнью. К тому времени уже все, кто непосредственно связан с сиротами по долгу службы, поняли, что, выходя из детского дома, невзирая на обеспеченность жильем, профессией и льготами, их подопечные все равно теряются в реальной жизни. Сирота не знает, что пельмени кидают в подсоленную кипящую воду, а манку не моют. И хотя уже принято бесчисленное количество законов, указов, постановлений - все это без живого, взрослого человека, куратора, не будет действовать.
Сегодня постинтернатным сопровождением выпускников детских домов в нашей области, кроме госструктур, активно занимается негосударственное образовательное учреждение дополнительного образования взрослых «Центр развития семейных форм устройства детей». Тот самый, который вместе с региональными министерствами труда и социального развития, а также образования и науки, организовал и провел конференцию «Перспективы развития системы сопровождения выпускников различных форм опеки в Мурманской области».
Практическую секцию «Индивидуальное сопровождение выпускников» вели координатор проекта «Молодежные центры» Лариса Боброва и директор Мончегорского дома-интерната милосердия для престарелых и инвалидов Наталья Янушко. А помогла организовать по-настоящему заинтересованный разговор советник по общественно-правовым вопросам межрегиональной благотворительной организации «Российский комитет Детские деревни - SOS» Светлана Белкова.
Ты миру в зубы - он к тебе спиной
- Зачастую аргументы у выпускников детского дома абсолютно инфантильные, - сокрушается завотделением постинтернатной адаптации Мончегорского комплексного центра социального обслуживания населения Лариса Писаревская. - Знаете, в чем проблема их трудоустройства? Сами ребята порой не хотят идти на работу. Спрашиваю: почему не пошел на собеседование? Ответ такой: «А как я пойду, на улице дождь!»
Или «Холодно сегодня!»- если дело происходит зимой. Или еще «весомый» аргумент: «Я не пойду туда работать, потому что далеко от дома!» Хотя в Мончегорске нет понятия «далеко», в любую точку города можно добраться за 15-20 минут. А вот еще причина не трудоустраиваться: «Там платят копейки!» Конечно, если выпускнику профессионального училища, который в службе занятости населения, пока он не устроился на работу, по закону полгода получает среднюю по области зарплату (сегодня это около 34 тысяч рублей в месяц), предложат на новом месте работы 10-12 тысяч, он тут же откажется.
- Но и у нас есть сотрудники, которые столько получают, - пытаются урезонить его взрослые.
- Так пусть встанут на биржу труда, там получат в три раза больше! - советует не моргнув глазом выпускник.
Вторая проблема, поставленная на рабочей секции: платежи за ЖКХ. Пока вчерашний детдомовец учится, все эти расходы берет на себя государство. Но вот он закончил учебное заведение, получил квартиру, работой не обзавелся, имеет от службы занятости пособие, как уже сказано, больше 30 тысяч в месяц. На «коммуналку» выкроить из этих сумм ну никак не возможно. В день получки детдомовцы собираются у одного из них на квартире и отмечают ее весело - торты, напитки, новые мобильники, планшетники, навороченные обновки. Но заплатить за квартиру не получается. И растут долги.
Еще проблема - неумение налаживать социальные контакты. Зачастую, уже устроившись на работу, выпускник интерната не может вписаться в коллектив. Да что там работа - даже в процессе первой встречи работодателя с сиротой - претендентом на вакансию лучше, если с детдомовцем придет куратор из службы сопровождения. Сами дети не умеют построить разговор, ощетиниваются на любое замечание, могут либо наглухо замолчать, либо начать от робости грубить будущему начальнику. Они пока еще не усвоили правила, данного писателем, выходцем из детдома Александром Гезаловым: «Мир прост - ты ему в зубы, он к тебе спиной!»
Проблема привычного иждивенчества - и о них говорили на конференции.
- Мы не можем приставить себе третью ногу и всю жизнь бегать, решать за ребят всевозможные вопросы, - сделала вывод Лариса Писаревская. - Пока еще у многих наших ребят рефреном звучит одно: «Я - сирота, и мне должны!» А надо чтобы ребенок понял: он сам способен и должен суметь войти в большой мир, найти себя в нем и жить успешно. Однако помочь ему в этом необходимо.
Я - сирота, но мне не должны
А вот студентка МГГУ выпускница Тихвинской школы-интерната Алина Позднякова, участница конференции, живет по другому принципу. Она, закончив Мурманский технологический колледж сервиса (кстати, по двум специальностям), получала большое пособие по безработице всего два летних месяца. А потом поняла, что время терять нельзя, и поступила в Мурманский государственный гуманитарный университет. Хотя могла бы еще четыре месяца получать богатое пособие и, что называется, в ус не дуть.
Алине - 23. За плечами обычная сиротская судьба. Мама умерла, когда дочка была совсем маленькой, родственники взять ее к себе не смогли. Так девочка уже в 10 лет оказалась сначала в Мурманском центре помощи детям, оставшимся без попечения родителей, а затем в Тихвинской школе-интернате.
Во время работы секции Алина была не только участником, но и почти консультантом. Еще бы, кому, как не ей, знать проблемы выпускников интернатов изнутри. Первая профессия, которую она получила в колледже, - официант-бармен. Хотела учиться больше в Санкт-Петербурге (Тихвинская школа-интернат от города на Неве совсем недалеко). Однако социальный педагог там работал, что называется, без фанатизма и ее мечты о будущем не поддержал. Сказал: «Ты - мурманчанка, вот и поезжай учиться на родину».
По кабинетам ходила сама
Так что первая проблема, которую четко обозначила Алина, - это ограниченность в выборе профессии для выпускников интернатов. И ее надо решать.
Алина приехала домой, выучилась, получила первую профессию. Потом пришла пора решать вопрос с жильем. И Алина принялась ходить по высоким и не очень кабинетам.
- За руку никто не водил?
- Сама ходила. Потом все, что нужно, собрала, сдала. И стала ждать. Мне на это время дали комнату в общежитии.
Квартиру она получила перед Новым годом, как подарок к празднику. Между прочим, не на выселках - в девятиэтажке в Первомайском районе. И это было - счастье. Девушка до сих пор помнит, как зашла в пустую, темную квартиру, вышла на балкон и поняла: она дома! Сама сделала ремонт, сама выбирала и покупала мебель (вот где пригодилось большое пособие по безработице!), сама выбирала чашки, кастрюли, занавески, коврики.
Сначала Алина хотела поступать на юридический факультет. Но недобрала одного балла. Поступила на профессию дефектолога. Тоже очень нужное дело.
Благодаря своему статусу девушка находится на полном гособеспечении. Социальной стипендии хватает и на еду, и на одежду, и на канцтовары, а «коммуналку» оплачивает учебное заведение. Но Алина еще и подрабатывает продавцом-консультантом в сети известных магазинов. На работе знают, что она - студентка, и помогают ей совмещать работу с учебой.
Нет чужих детей. Все - наши
На конференции говорилось не только об успехах, но и о том, что тревожит специалистов служб сопровождения области, что надо менять или совершенствовать.
- Мурманская область - один из первых регионов России, где была выстроена и законодательно закреплена система постинтернатного сопровождения выпускников, - сказала заместитель председателя областной думы Надежда Максимова, которой в свое время непосредственно довелось работать над региональным законом «О патронате». - Напомню: в 2004 году был создан первый в регионе центр постинтернатной адаптации в Мончегорске. Подходили мы к этому достаточно долго и трудно. Потому что даже само принятие закона «О патронате» вызвало тогда какой-то непонятный взрыв негативных эмоций. Мне говорили: ты сошла с ума, это не наша форма работы с сиротами. И дебют оказался неудачным: первый закон, который мы в думе подготовили и приняли, был отклонен тогдашним губернатором. Но мы не теряли надежды. Чтобы можно было двигаться дальше, создавали рабочие группы, находили какие-то компромиссы.
И в конце концов приняли закон, который сегодня продолжает наполняться современными требованиями, совершенствоваться. А результат - сегодня кроме первого молодежного центра в Мончегорске, который открылся благодаря помощи наших норвежских друзей из представительства гуманитарной организации «SOS - Детские деревни Норвегии в РФ», у нас работают подобные организации в Ковдоре, Полярных Зорях и Мурманске, правда, сейчас они называются отделениями постинтернатной адаптации и помощи женщинам, оказавшимся в трудной жизненной ситуации. Их удалось внедрить в систему нашего бюджета. И время показало, насколько правильным было это решение. Потому что нет у нас в области чужих детей, все - наши.