«Островное государство называет себя отличным местом для сверхбогатых людей - в основном из России - где они могут отмыть свои деньги и репутацию, наслаждаясь высоким уровнем жизни и низкими налогами. А затем оно обнаруживает, что все идет совсем не так, как сперва казалось.
Не только Кипр может пожалеть о своей бизнес-модели. Когда естественные ресурсы бывшего Советского Союза были разграблены несколькими людьми, безжалостными и имеющими хорошие связи в политике, Британия в 1990-х годах сама открыла двери и пригласила к себе новую мировую элиту.
Лондон стал для богатых россиян игровой площадкой и одновременно полем битвы. Иногда случаются неприятности. Убийство Александра Литвиненко в столице Великобритании стало одним из самых вызывающих нападений. Обнаруженное тело Бориса Березовского, скончавшегося в своем хорошо охраняемом поместье в Беркшире, вызвало еще больше подозрений.
Я встречался с Борисом Березовским всего один раз несколько лет назад, когда он горько жаловался на плохое к себе отношение со стороны его бывшего протеже Владимира Путина. Я не стал предлагать носовой платок человеку, который был творцом королей при беспутном режиме Бориса Ельцина.
Некоторые из уехавших за границу олигархов поддерживают Кремль, некоторые осуждают. Некоторые прежде поддерживали, а теперь осуждают. Некоторые сейчас живут в Израиле и на Кипре. Большинство предпочитают проводить зиму в Куршевеле, а лето - на Лазурном берегу. Чаще всего они говорят на английском языке. В США богатые люди из России не слишком стремятся, потому что там власти слишком часто задают неудобные вопросы.
Выражаясь языком права и налогового законодательства, это своего рода конкурсные торги, на которых чаще выигрывает Британия, чем ее американские или европейские соперники. Если не принимать во внимание погоду, что в Британии может не нравиться? Там существует целая индустрия, направленная на то, чтобы исполнять все желания олигархов. Бывшие министры представляют их в палате лордов, бывшие политтехнологи занимаются их пиаром, а юристы выстраиваются в очередь, чтобы защищать их интересы, пользуясь чрезвычайно удобными британскими законами о клевете, чтобы выдвинуть иск при первых же признаках неприятностей.
Финансовые советники заботятся о том, чтобы олигархи платили как можно меньше налогов со своих доходов и вкладов. Частные школы-интернаты с радостью принимают их детей и их чековые книжки.
Для них, а также для новых богачей из Китая, Бразилии, Ближнего Востока и других стран, существует параллельная экономика дизайнерских магазинов, частных самолетов, быстроходных катеров и частной охраны. Лучшие предложения рынка недвижимости в Лондоне и на юго-востоке страны существуют только для них.
О степени нравственности наших действий должны будут судить другие. Кроме работы наемных убийц (а они могут появиться откуда угодно), услуги, предоставляемые сверхбогатым людям, вполне законны. Однако дело в том, что это все также влияет и на наше государство.
Отношение Британии к России долгое время было противоречивым. В течение последнего десятилетия, хотя мы и открыли двери перед российской элитой, дипломатические отношения были весьма сложными. А взаимные обвинения, которыми страны обменивались в связи с убийством Литвиненко, вообще погрузили их в состояние вечной мерзлоты.
В прошлом году представители двух государств прикладывали массу усилий, чтобы исправить ситуацию. Никаких показных попыток нажать кнопку перезагрузки предпринято не было - вместо этого британцы избрали путь постепенного налаживания отношений. Несмотря на глубокие разногласия по Сирии, министры иностранных дел и обороны недавно посетили Лондон в рамках тщательно спланированного совместного визита.
Британское правительство открыто заявляет о своих мотивах. Сейчас крайне важно наладить торговлю, и гнусные мелкие проблемы, такие, как убийства, не должны стоять на пути дипломатии. Министерство иностранных дел Соединенного Королевства попыталось объяснить свой отказ опубликовать правительственные доклады по делу Литвиненко, заявив, что прозрачность может нанести «серьезный вред национальной безопасности и/или международным отношениям».
Дэвид Кэмерон любит употреблять термин «глобальная раса». Пока не совсем ясно, каковы его конечные цели, однако дипломаты (и финансисты) считают прагматизм признаком более зрелой внешней политики. В конце концов, если мы этого не сделаем, в дело вмешаются другие и лишат нас нашего бизнеса. Возможно, мы и вправду хотим последовать примеру Кипра и радушно принимать у себя всех иностранцев. Однако было бы полезным предупредить общество о рисках».