Первый раз я увидел его, будучи школьником году, пожалуй, в 1987-м. В родном моем Североморске проходил юношеский турнир по боксу. Из Мурманска Алексейчиков привез команду своих подопечных, с которыми нам, хозяевам ринга, предстояло биться.

Среди коллег он выделялся необычайным спокойствием. Других тренеров во время боев нередко одолевал азарт. Они давали волю чувствам, горячо поддерживая своих парней выкриками. Владимир Васильевич, если и подсказывал из зала ребятам те или иные тактические приемы, то делал это громко, но без надрыва. В его голосе ощущалась уверенность.

С той поры минуло три десятка лет. Нынешней весной Алексейчиков отметил свое 65-летие, однако об отдыхе и не думает. Не может представить себя без дела, которому отдал уже более полувека. Можно сказать, канаты ринга стали для него швартовыми канатами.

Родился он в 1951-м в семье железнодорожников. Семья долгое время жила в вагончике-времянке неподалеку от вокзала, в районе, который издавна назывался Шанхаем, затем переехала в район угольной базы. В начале 60-х Мурманск испытывал перебои со снабжением, и свой первый трудовой опыт он получил мальчишкой, зарабатывая в прямом смысле слова на хлеб насущный. Рядом с тюрьмой, прозванной «Угольками», располагалась пекарня. Вместе с другими ребятами он подряжался загружать в машины поддоны с продукцией, и за это им перепадало по буханке. Вкус того обжигавшего руки хлеба вспоминает до сих пор. Тогда казалось, что нет на свете еды вкусней.

Боксерские перчатки впервые надел в 12 лет.

- Я учился тогда в пятом классе школы № 23, - рассказывает Владимир Васильевич. - Теперь в ее здании норвежское генконсульство. Многие ребята в нашем дворе занимались спортом, вот и я туда же. Пришел во Дворец спорта записаться в секцию тяжелой атлетики, а мне говорят, мол, набор уже закончен, если хочешь, иди на бокс. Я и согласился, ведь умение постоять за себя в дворовой жизни было совсем не лишним. Тренировал нас Леонид Семенович Рождаев. Под его руководством через год одержал свою первую победу на юношеском первенстве города. Про меня тогда даже в газете заметку написали, до сих пор храню дома тот номер.

Потом он стал одерживать победы на областных соревнованиях. После школы продолжил учебу в профтехучилище № 12 и по-прежнему занимался боксом. В 1968-м призвали служить. Попал в морскую авиацию Северного флота. Чуть позже как боксера-разрядника зачислили в спортклуб. Побеждал на флотских чемпионатах, становился призером первенства Вооруженных сил СССР.

Военная служба как-то сама собой переросла в работу. В 71-м его назначили тренером, причем, используя футбольную терминологию, играющим. Готовил матросов к соревнованиям и сам выступал на ринге. На «вооруженке», как называли первенство ВС, наставнику полагалось выходить на парад-открытие в военной форме, а участникам - в спортивной. А поскольку он являлся и тем, и другим, то поверх спортивной натягивал брюки и гимнастерку.

- Часто меня одного отправляли защищать честь спортклуба на различные всесоюзные турниры, - добавляет он. - Ездил и в Прибалтику, и в Закавказье. Как-то раз участвовал в турнире в Армении, вернулся домой и узнал, что, пока ехал обратно, там произошло землетрясение - по счастью, не очень сильное...

Служба на Северном флоте свела с обладателем бронзовой медали Олимпиады в Токио Вадимом Емельяновым.

- Он также работал тренером и сам выходил на североморский ринг в чемпионатах Северного флота и турнирах памяти Константина Душенова, - вспоминает Алексейчиков. - Вадим Михайлович даже секундировал меня. На флотских первенствах мы с ним соперничали как наставники. Я представлял «Грозу» - команду морских авиаторов, он «Север» - военных строителей. Но это в спорте мы с ним были соперниками, а в жизни сложились теплые дружеские отношения, вплоть до его трагической гибели в автокатастрофе. Емельянов был спортсменом высокого ранга, как-никак призер токийских Игр, где выступал в составе советской сборной вместе с Борисом Лагутиным и Валерием Попенченко. В полуфинале ему довелось биться с самим Джо Фрейзером. Став олимпийским чемпионом, американец тут же подался в профессионалы. Вадим Михайлович никогда этим не кичился, он с уважением относился к молодым ребятам из спортроты и делился с ними своим богатейшим опытом. Огромной души был человек...

Ежегодно в Североморске устраивается турнир памяти Вадима Емельянова. Долгое время он имел статус всероссийского, победителям присваивалось звание мастера спорта. Но в последние годы увял - превратился в юношеские соревнования городского масштаба.

- Все упирается в финансирование, - разводит руками Алексейчиков. - Видно, сегодня Североморску столь престижный турнир не по карману. К тому же город закрытый, из-за этого также постоянно возникали проблемы. Емельяновские соревнования имели шанс остаться мастерскими. Но надо было сменить их прописку и проводить в Мурманске, который способен принять большое количество участников.

В 1977-м Владимир Васильевич уволился в запас в звании прапорщика. К тому времени окончил учебу в Ленинградском педагогическом институте имени Герцена и пришел работать на стадион «Труд» (ныне это Центральный стадион профсоюзов). А в 85-м перебрался в спортшколу № 7, которой верен по сей день. Многие из подопечных стали мастерами спорта: Алексей Чебыкин, Игорь Демьяненко, нынешний вице-президент областной федерации бокса Василий Гаврилюк, его сыновья Роман и Никита. Среди воспитанников есть и те, кто теперь работает с ним бок о бок, обучая парней премудростям бокса, - Константин Свешников, Сергей Лесовский и Иван Самоделов.

Сентябрь - пора набора ребят в секции. Тренировки и соревнования позволяют мальчишкам окрепнуть физически, формируют характер, в конечном итоге помогают решать сложные задачи, которые каждому подбрасывает жизнь.

- Кто не познал в юности радость спорта, многое потерял. И не только в физическом развитии, - уверен наставник. - Раньше брал пацанят с 11-12 лет, сейчас с 8-9. Первую такую группу взял в начале 2000-х. Работа с малышами особенная. В этом возрасте большие нагрузки давать опасно, поэтому занятия в зале чередовал с изучением истории бокса. Проще говоря, рассказывал мальчишкам о великих мастерах, в первую очередь, отечественных - тех же Попенченко, Лагутине, Емельянове, братьях Лемешевых... Ребят это увлекло, и когда они стали постарше, то начали заниматься боксом более серьезно. Роман Попелышко, мой сын Павел и другие из того набора стали победителями первенства Северо-Запада. Ко всему прочему у нас хоть и детско-юношеская спортшкола, однако взрослые спортсмены занимаются рядом с детьми. На мой взгляд, это правильно. Дети должны видеть перед глазами пример старших и учиться у них.

Еще одно из начинаний Алексейчикова - юношеский турнир памяти Александра Кузнецова, с которым ему долгие годы довелось работать в спортшколе.

- По правде сказать, не только мое, - немного стесняясь, произносит Владимир Васильевич. - Нашего коллеги не стало в 1996-м. А турнир его памяти я открывал спустя два года. Мы одни из первых с Александром Николаевичем стали вывозить ребят на международные соревнования в Финляндию, Норвегию, Швецию. Они всегда возвращались с наградами. Однажды приехали в финский Тампере, а там повсюду русская речь слышна. Оказалось, ребят из России и стран СНГ собралось в десять раз больше, чем хозяев...

Кроме бокса у Владимира Васильевича есть еще одна страсть - рыбалка. Как он утверждает, по тундре может находить за день до двадцати километров. Раньше на Большой Олёнке ловлей занимался, до нее из Туманного за лето не по одному разу хаживал. Как-то весной военные его с сыном на «Буранах» туда привезли, а в условленный день забрать забыли. Вот и получилось: планировали пробыть три дня, а просидели пятнадцать. Питались одной рыбой, ну и спортивная закалка, конечно, помогла выжить наедине с суровой северной природой.

Зачастую люди его возраста, выйдя на пенсию, стремятся перебраться из Заполярья в более теплые края.

- Не посещала такая идея? - спрашиваю напоследок.

- Как же без этих канатов жить буду? - произнес он, указывая рукой на ринг. - Постой, я же как-то даже стихи на эту тему написал.

Это стихотворение я попросил у собеседника переписать на память. Начинается оно так:

Я Мурманск полюбил свой сразу,

Вся жизнь тут, кажется, пройдет.

Уехать мысль не пришла ни разу,

И ежели не рок судьбы, то не придет.

...Там есть еще несколько строф, но, пожалуй, главное уже сказано.

Игорь АРИСТОВ