Далекие и близкие

Десятый форум-фестиваль поэзии и литературы малых форм «Капитан Грэй», проходивший в непростой обстановке пандемии, оказался тем не менее рекордным как по количеству участников, так и географически, ибо в режиме онлайн его участниками стали не только представители России, но и соседней Украины. Своего рода рекорд, на мой взгляд, принадлежит и поэтессе Ирине Четверговой из Омска, второй год подряд из сибирского далека прибывшей в Мурманск для участия в форуме-фестивале.

Еще одна отличительная черта минувшего «Капитана Грэя» - приезд большой группы столичных поэтов и писателей, представляющих жюри собственно «Осиянного слова», что, несомненно, также существенно повысило и формальный рейтинг мероприятия, и его профессиональный уровень. Но самое отрадное, пожалуй, это качество поданных к рассмотрению жюри конкурсных работ, оказавшееся зачастую весьма высоким.

Все авторы, чьи произведения опубликованы в двадцатом номере альманаха, достойны внимания и упоминания, однако не стану превращать этот небольшой экскурс в подобие реестра или некоей ведомости. Лишь обмолвлюсь, что на страницах альманаха вполне органично соседствуют проза мурманчан Владимира Белошеева, Юлии Боднарюк и, например, представляющей Воронежскую область Ирины Соляной, и произведения маститых экспертов - от москвича Игоря Михайлова до нашего земляка Ильи Виноградова. Всех авторов роднит трепетное отношение к родной речи, к слову, к родине, к человеку.

Особо выделил бы стихи Алексея Шмелева, одного из ярчайших представителей современной поэзии. Вот вам навскидку, чтобы не быть голословным:

Все тебе не хватает чего-то,

все меняешь за городом город.

И работа тебе - не работа,

да и повод, как будто не повод...

Эта женщина рядом с тобою -

есть красивее, кто бы спорил...

Да и то, что зовется судьбою,

лучше было бы встретить у моря.

И понять - нет любви безответной,

потому что любовь - есть служенье,

и что только движенье бессмертно,

потому что рождает движенье...

Оглянись на себя не во гневе -

в этом городе ты еще не был.

И расти, как растут деревья:

одновременно в землю и в небо.

Составители альманаха - люди в этом деле искушенные, поэтому содержание второй части также весьма контрастно и охватывает немалый творческий период, начинающийся с Виталия Маслова и тех самых Первоучителей, которым посвящен очерк Дмитрия Коржова. Как всегда интересно и мастерски пишут Михаил Орешета, Владимир Блинов, Дмитрий Ермолаев, Александр Рыжов.

Есть и новое имя - поэт Алексей Башкиров. Его подборка несколько выбивается из общего ряда, пожалуй, не дотягивается до заданной другими авторами планки. Да нет, и там стихи есть, и хорошие! Но в том и незадача, что соседствуют они с откровенно проходными, заурядными. Плюс технические огрехи, которые, к сожалению, заметны не только профессионалам, как, например, в стихотворении «На юг»:

А быть может, все бросить и тихо свалить на юг?

От несметных твоих признаний? Твоих подруг,

Что в глаза, как собачки, глядят, вопрошая: «И?»

Просто взять верх плацкарта и тихо туда свалить...

Запастись огурцами, колбаской и парочкой «Шато-блан»,

Попросить проводницу скорее подать стакан.

И забыть навеки все то, что ты мне плела,

Иногда просыпаясь, себе ухмыляться: «Да-а-а!»...

И от этой свободы хмелеть, и лететь, и петь,

Мне не нужно будет больше тебя терпеть...

Но, как цепью прочной, сковала меня зима,

Я по сердцу скальпелем снова пишу слова:

«Уходя, прощайся, возврата былому нет...»

Но судьба, заливаясь, смеется опять в ответ...

И в который раз я читаю твои слова:

«Ты, наверное, меня не любишь? Ведь я права?»

Но ответом будет тебе паровозный крик...

Я уже на юге. И больше меня не жди....

Ну вроде бы все неплохо: и история рассказана толково, с деталями, и героев мы видим - живые они, настоящие. Но что с концовкой-то произошло? Она, мягко говоря, незамысловатая, лобовая, а ко всему еще и «крик - жди»... Это рифма? Ошибочка ученическая, что выдает отсутствие у автора должной поэтической школы. Башкиров, конечно, актер - артист театра Северного флота, если вы не знали. Спрос, возможно, иной. Но все же, как говаривал классик, тщательнЕй надо бы, тщательнЕй...

Вадимир ТРУСОВ, поэт, Мончегорск.

 Торжественный финал

Альманах явился органичным продолжением и торжественным финалом фестиваля. Как издатель, я понимал, какая ответственность лежит на мне, чтобы передать его дух и атмосферу. Хотя вроде бы предстояло всего лишь объединить тексты участников и членов жюри фестиваля. Здесь стоит особо отметить роль редакторов альманаха - Ильи Виноградова, Марины Чистоноговой и составителя - Дмитрия Коржова.

Содержание получилось на загляденье, я же, как тот Данила-мастер, все это просто постарался не испортить и поместить в удобную огранку, чтобы было приятно руке и глазу. Для работы был привлечен в качестве дизайнера и оператора верстки сотрудник «Мурманского вестника» Дмитрий Украинцев. И получилось здорово! Предыдущие девятнадцать номеров «Площади Первоучителей» печатали в Мурманске, и все обложки были сделаны в одной двухцветной гамме, менялся только тон фона. Я сознательно пошел на слом этой традиции и надеюсь придерживаться ее и дальше, если мне доверят эту работу. Оранжевый тон обложки вкупе с цветным плакатом-эмблемой фестиваля создал тот эффект атмосферы праздника, который был на «Капитане Грэе». Номер впервые был отпечатан не в Мурманске, а в Москве.

Несколько слов о второй части альманаха. Особо отмечу подборку Виктора Тимофеева, там ранние стихи, никогда прежде не публиковавшиеся. Замечательна проза опытных мэтров Михаила Орешеты и Владимира Блинова. Для Михаила Григорьевича, увы, публикация стала при жизни последней. Это россыпь коротких историй о войне в Заполярье, главной темы его жизни. Свежий номер альманаха именитый краевед, поисковик и писатель, кстати, увидел и смог полистать, оценить - перед отъездом на остров Партизанский, с которого уже не вернулся...

Широко представлены в альманахе североморские авторы: помимо ушедшего из жизни Евгения Гулидова, это и наши современники Вячеслав Черкасов, Анастасия Герасенко, Андрей Кулюкин. Обстоятельство, кстати, показательное. Сдается мне, столица поэзии Кольского Заполярья потихоньку смещается в столицу Северного флота. Желаете поспорить? А попробуйте! Вот вам повод для раздумий - стихотворение Андрея Кулюкина «Дворовый звонарь»:

Убогая жизнь у бродяги

Хоть в март, хоть в июль, хоть в январь.

Бутылками в мусорном баке

Трезвонит дворовый звонарь.

Дзинь-дзинь! В небе утро зевнуло.

Дзинь-дзинь! Просыпайся, народ.

Дежуривший ночью, сутулый

Фонарь с укоризной кивнет.

Из серых домов, как из сита,

Просеялся свет в темноту.

Глядит недовольная сытость

На уличную нищету.

Начнут проклинать и ругаться

Из форточек люди опять.

Но каждая корка - богатство,

Но каждый сухарь - благодать.

И, может быть, в этой юдоли

Средь мусора, грязи и вшей

Есть грань между верой и болью

В пропащей бродяжьей душе.

Быть может, по жизни паршивой

Бредет он, уверенный в том,

Что есть красота в некрасивом,

И святость живет в несвятом.

Подводя итог, хочется сказать, что в череде литературных изданий Мурманской области в нынешнем веке двадцатый, юбилейный альманах «Площадь Первоучителей» займет особо почетное место. Ужасы 2020 года забудутся, а книга и ее авторы останутся.

Олег ДРОЗДОВ, издатель, Мурманск.

 Сестрам по серьгам

Нельзя не отметить кинематографическое мышление молодого прозаика Владимира Белошеева, динамичность, напряженность его текстов. Автор не пускается в пространные рассуждения, дает минимум метафор (хотя названия его рассказов, представленных на «Капитане Грэе», полностью раскрывают суть места действия или общее ощущение), он работает иначе.

В рассказе «Горький снег» читатель по большому счету ничего не знает о причине ссоры героев, но благодаря череде точно подобранных деталей и смене планов (общий, сверхкрупный, крупный) чувствует всю драматургию происходящего. А пожарный в рассказе «Лестница» как будто каждый раз пропускает перед мысленным взором собственную жизнь, чтобы вновь убедиться, что дело свое он выбрал правильно. Или оно его выбрало.

В стихотворениях Марии Плоскинной образы порой перепрыгивают друг через друга, а при попытке собрать текст в единое повествовательное пространство понятен общий смысл, но слова не всегда друг друга поддерживают, они как бы остаются накиданными поверх ситуации с целью ее преодолеть, возможно, высмеяв.

Такая манера писать восходит к фольклорной традиции и подтверждается лексикой, которую использует автор. При этом в стихах Марии - и лексически, и сюжетно - присутствует и мир современный, точнее, он преломляется через фольклор. Как сплав современности и фантастичности, сказочности наиболее удачны стихотворения «Царь Горох», «Молчание» и «Синий город».

Из поэтов - участников семинара наиболее близок к тональности «Площади Первоучителей» Андрей Кулюкин. Это традиционная русская поэзия в чистом виде, при этом вполне отражающая мировоззрение автора, не являющаяся заимствованием. Фольклорные элементы присутствуют в текстах ровно так, как если бы эти стихи принадлежали перу автора XIX или начала XX века, а не в том буйном, непричесанном виде, как в стихах Марии Плоскинной. Можно спорить с посылом некоторых стихотворений, но в целом в них всего достаточно - и пейзажа, и переживаний, и философских рассуждений.

Ирина ЧЕТВЕРГОВА, поэт, Омск.