Елена Рыхлова живет в Кандалакше. По профессии она журналист, а по призванию - поэт. Ее первая книга "Родился сын - Савелий!" увидела свет в 2000 году. За этот сборник Елена стала лауреатом областной литературной премии им. К. Баева-А. Подстаницкого. Сегодня мы представляем вашему вниманию ее новые стихи.

* * *

Люблю предсмертный хрип гитар,

Когда голосовые связки

Вдруг сдавит пальцев нервный жар,

От жизни требуя развязки.

И я такая - тем звонка,

Что бьют наотмашь,

Тем, что душат.

Придет погибель, а пока

Я вырвусь песнею наружу!

В прихожей, темной как стезя,

Когда твой вздох, заметный еле,

Сквозь тристозубое "нельзя"

Внезапно подогнет колени -

Не отступлю! Про все забыв,

Под жар ладоней выгну шею,

За этот гибельный порыв

Я жизнь, как миг пропеть сумею!

* * *

Из бурелома страшных фраз,

По шаткому "прости"

Я все же вышла бы, смеясь

И глаз не опустив.

Ожглась бы вдруг о пару строк,

Дробился б от тоски

Полузадушенный гудок

В тисках моей руки.

Но нет, не так отрекся ты,

Мне казни худшей ждать:

Не зная имени беды,

С ней ночи коротать.

Но там, в краю чужих квартир,

Где глохнет смех живой,

Ты замолчал - и целый мир

Заговорил со мной!

* * *

В одиночестве - праздника миг,

Духового оркестра звучанье.

Этот год будто сдавленный крик,

Ни укора в душе, ни печали.

Раньше было - вся жизнь наугад,

Щедрой радости рыжее пламя.

Я не знала, хорош ли, богат

Мой избранник с веселыми снами.

И услышала окрик судьбы,

Да любя, ничего не просила.

Зелень августа. Звуки трубы.

И улыбка нездешняя сына.

* * *

Нагулялась вдосталь,

Улеглась пурга.

Черно-белым оттиском

Сосны да снега.

Синий вечер мокнет,

Хлопьями паря.

Низенькие окна

В соке янтаря.

Месяц паутинкой

Прячется у звезд.

Скрытою тропинкой

Почтальон да пес.

Путь туманом устлан

Где-то далеко.

От того так грустно.

От того легко.

* * *

Ожиданье беды так жестоко.

Время гонит нас ветром в дома.

Отошли дерева раньше срока,

Раньше срока сошли мы с ума.

Холод в желтых стенах. Утро серо.

Нет вины нам - и в этом вина.

И безумно горька наша вера.

И надежда на что-то страшна.

И разлука, разлука, разлука!

Частой гостьей кружит по двору.

На ветру стынут сжатые руки.

И деревья молчат на ветру.

* * *

Никого я так любить не стану...

Нет, я чахлой веткой не завяну -

Отойду, срастусь с землей сильнее,

Увлеку, от смелости пьянея.

Будут мне, как серебру - рады,

Подмахнут любовные контракты,

Укрепят любовные удобства...

А сама любовь - легко бьется.

Ты найдешь себе других женщин,

Будет все у тебя - без трещин.

А вернешься, уподобясь чуду,

И тебя я так любить не буду.

* * *

Старая сказка, Ивана спасти нам успеть ли?

В ярких картинках - под соусом хитреньким снедь.

Почести скруджам заморским как шейные петли -

Что ж дураку средь гостей иноземных сидеть.

Кот-Котонай да Яга собирают котомки,

Хмурится нежить в лесах, узелки теребя.

Страшно не то, что понять нас не смогут потомки,

Страшно, что русскими помнить не будут себя.

* * *

Зое Маляренко

Полдня блуждая в новостройках,

На снежный набрела пустырь.

И померещилось мне: тройка,

Ямщик и дальний монастырь.

О ширь степей! Нет доли краше!

Взыграет русское - и вот

С разбега - в снег! Там, разметавшись,

Глядеть на звездный небосвод!

Как в свежепостланной кровати

Раскинуть девичьи красы...

- Очнитесь, женщина! Вставайте!

И марш со взлетной полосы!

* * *

Прищепки. Таз. Рубашечки с колготками -

Вывешиваю жизни подноготную.

Старушки на скамеечке сидят,

Как раз по всей длине ее подогнаны.

Наверное, уже все пальцы загнуты,

Кем вечера мои и мысли заняты.

В глазах пытливый корчится вопрос,

Точь-в-точь как у доцента на экзамене.

И, грея косточки, все моют кости мне:

Стареют скатерти, ветшают простыни...

Куплю-ка галстук, вынесу во двор.

Так не поверят же! Решат, что родственник.

* * *

Представь, приснился сон.

Село в снегу. И ни души.

Но я иду, я верю,

Что из сугробов вырваться смогу

И окажусь перед открытой дверью.

И чудом - ты.

Глядишь, смеясь, в окно.

И голос мой перекрывает ветер.

И будто вместе быть нам суждено

Когда не станет нас уже на свете.