Когда он впервые приехал в Новгород, тут же, на вокзале, его задержала милиция - препроводила в милицию для выяснения личности. Что же показалось подозрительным доблестным блюстителям порядка в человеке, ставшем несколько десятилетий спустя почетным гражданином города, где с ним поначалу столь недобро обошлись? Милиционер в старинном Новгороде счел странным и опасным прохожего в исконно русской одежде - косоворотке, плисовых шароварах и смазных сапогах. Трудно поверить, но это так. А человеком этим был некто иной, как один из лучших русских прозаиков XX века - Дмитрий Балашов. В мае увидел свет номер научно-практического журнала "Наука и бизнес на Мурмане", посвященный памяти писателя.

Эпизод, с которого мы начали наш разговор, - из очерка Станислава Панкратова "Прощание с Дмитрием Балашовым" - центрального материала нового "НиБ". Панкратов - последний редактор журнала "Север", ушедший из жизни в нынешнем апреле, подружился с автором "Государей московских" еще тогда, когда того никто не знал, - они познакомились в Варзуге, куда Балашов приехал как фольклорист, за сказками да старинами поморскими.

Судьба побаловала: мне посчастливилось знать Дмитрия Михайловича, одно из последних своих интервью он дал мне - корреспонденту "Мурманского вестника" в Славянском ходе Мурман - Черногория, но и мне, человеку подготовленному, работа Панкратова (как и, в целом, весь журнал) открывает множество интереснейших, дотоле неизвестных подробностей жизни и личности Балашова, целую россыпь ситуаций и черточек, что позволяют лучше понять и самого писателя, и его книги.

Хорош очерк Владимира Поветкина, директора новгородского центра музыкальных древностей. Чего стоит описание Балашова после поездки в Приднестровье в 1996 году. Как пишет Поветкин, писатель вернулся оттуда едва живой, "бледный, как в сундуке перележавшее полотно, не на шутку прошептал: "Помираю". Но - выстоял, выжил, и помогла в этом не только воля к жизни, которой в Балашове было с избытком, но и литература. Всю ночь он читал друзьям очерк о едва не убившей его поездке и словно ожил.

Большую и очень значимую часть в жизни Дмитрия Балашова занимал Кольский край, в первую очередь, конечно, Терский берег, Варзуга. Помню, с каким восторгом, с искренним восхищением говорил писатель и о ней, и о людях, что живут там, и об уникальной Успенской церкви. О роли поморской деревни в судьбе и творчестве писателя, их - Балашова и Варзуги, взаимоотношениях, рассказывает читателям "НиБ" радиожурналист Дмитрий Ермолаев.

Безусловно, интересны и заметки писательницы Надежды Большаковой - хорошего друга автора "Государей московских", составителя этого номера "Науки и бизнеса". Здесь мы узнаем о происхождении фамилии, под которой был известен писатель. Оказывается, отец, склонный к футуристическим выходкам, носил фамилию Кузнецов, сменил ее на Гипси, а сына назвал Эдвардом. Но Эдвард Гипси, когда получал паспорт, взял свое крестильное имя Дмитрий, а фамилию выбрал просто: ткнул пальцем в справочник и стал Балашовым.

В одном из писем женщине, в которую был влюблен, он как-то заметил, что "в жизни надобно ездить на лошади и иметь любящую жену, все остальное - надстройки и манихейский бред." Не знаю, как насчет "надстроек и манихейского бреда", но первый тезис, думаю, вполне справедлив. Что ж, на лошади Дмитрий Михайлович ездил замечательно: и в прямом (в журнале несколько фото, где он верхом), и в переносном смыслах - уж писательским-то своим ремеслом он владел отменно, как мастер. Да и любовью женской обделен не был, как никак три жены, двенадцать детей. Как пишет Большакова, "да как же не рожать от такого? Не страшно с ним, надежно, вот и рожали женщины, и любили его..."

Как показалось, журнал "Украсный мир Дмитрия Балашова" получился очень интересным. Он еще и прекрасно, стараниями художника Виктора Жаркова, оформлен: здесь и выходившие в Мурманске книги Дмитрия Михайловича, и его рисунки (он очень неплохо, профессионально, рисовал), и множество фотографий разных лет, в том числе очень редких (ну кто из нас помнит его двадцати-, тридцатилетним? а на фото вот остался - молодой, незнакомый).

Дмитрий КОРЖОВ