- Я хочу, чтобы все вы улыбались! Чтоб глаза блестели! - с этими словами Алексей Кузнецов, народный артист России, блестящий гитарист и живая легенда отечественной джазовой культуры поднялся на мурманскую сцену. Для знатоков его приезд был событием из ряда вон выходящим: по уровню мастерства, опыту и мировой известности Кузнецов - настоящая звезда, как его друзья и любимые партнеры по сцене, Георгий Гаранян, Леонид Кролл или Игорь Бутман. Правда, на этот раз в зале филармонии было на удивление много свободных мест - то ли рекламы недоставало, то ли зрителей оттянула проходившая в тот же вечер встреча с Евгением Евтушенко... Впрочем, артист и виду не подал, что немногочисленность публики его задевает: настоящий профи умеет одинаково выкладываться и для сотен поклонников, и для горстки ценителей. Главное, чтоб с залом был контакт.

- Для меня джаз - это в первую очередь общение, - объясняет Кузнецов. - Это ритм, который нужно поймать - и оказаться, что называется, на одной волне с собеседником. Особый пульс - если он у нас совпадает, значит, цель достигнута. Поэтому мне важно видеть глаза слушателей, чувствовать их дыхание...

"Алексей Алексеич" - так, по-домашнему, зовут его члены команды - участники ансамбля, продюсер... Признаются: за годы работы - удивительное дело - ни разу не нашлось повода обидеться на мэтра. Просто это человек такого градуса чуткости, такта, интеллигентности, что каждому с ним тепло. И никакой "звездности" - напротив, к своим многочисленным регалиям и бесспорной славе музыкант относится чуть иронично, словно даже стесняясь их. Так только, к слову, вспомнит, например, как великий Дюк Эллингтон аплодировал его выступлению, - улыбнется... Или как в 1988 году со своим трио в Центре управления полетами играл для космонавтов, находившихся на орбите (так что первой музыкой, которую услышал космос, оказался джаз). Или как на всю жизнь подружился с Вячеславом Тихоновым после записи музыки к "17 мгновениям весны" - это ведь кузнецовская гитара звучала для Штирлица, который с тех пор "подсел" на джаз. Кстати, в Мурманск исполнитель приехал с тем самым инструментом, гитарой "Гибсон", обладающей удивительно глубоким и проникновенным голосом.

- Да, это знаменитая гитара, - кивает артист. - Только она не моя, она государственная! Принадлежит оркестру кинематографии, где я пятнадцать лет работал. Играю на ней, пока играется. Потом вернуть придется. Этот "Гибсон" у меня в руках с 1973 года. Достался мне тогда такой ребенок - и вот я его воспитал, теперь везде со мной ездит, ни разу не подвел. Необыкновенно профессиональный инструмент, второго такого я не встречал. Гитара же как человек: она разговаривает, ты ее голос узнаешь, отвечаешь... А нет со мной гитары - как души нет, будто забрали!

В жизни Кузнецова этот "Гибсон" второй. Первый, 1911 года выпуска, был отцовским, принадлежал Алексею Кузнецову-старшему, гитаристу московского оркестра Юрия Силантьева, по сути - первому учителю моего собеседника.

- Отцовскому инструменту я действительно завидовал, - рассказывает он. - Брать в руки мне его долго не разрешали, пока классе в восьмом я не организовал школьный ансамбль. Там были два аккордеона, гитара и ударные. Играли на вечерах, учились джазу. Вот на один из вечеров мне и разрешили взять тот инструмент. Помню, как гордо я пронес его по всей Ново-Басманной улице, где мы жили...

Училище Кузнецов-младший окончил по классу домры - гитару тогда не преподавали, считая буржуазным инструментом. Но сразу из-за парты молодой музыкант попал в оркестр, сменил отца в силантьевском коллективе - и понеслось... Гастроли, фестивали, собственные команды. Рано сложился свой почерк: никаких спецэффектов и украшательств, чистая гитара:

- У гитары столько обликов, столько возможностей, что надо к ней только прислушиваться, - убежден артист. - Я вот очень люблю бывать в жюри на гитарных фестивалях, где играют и джаз, и классику, и фьюжн, и все-все-все! Там осознаешь, насколько это многоликий инструмент. У меня самого три гитары - и все разные. Жаль, трудно сразу все привезти на гастроли, но когда-нибудь удастся сделать такую программу!

Рассказывать, показывать, знакомить молодых с нестандартной музыкальной культурой - главное дело Алексея Алексеевича. "Общение и просвещение" - его любимые слова. Уже пятнадцать лет каждую среду он приходит в московский салон "Аккорд", чтобы совершено бесплатно давать мастер-классы начинающим исполнителям. Там один на один "прощупывает пульс" заболевших гитарой мальчишек, отвечает на любые вопросы, играет и слушает чужую, еще несовершенную и робкую игру. Никому не отказывает. Помогает. Небывалое дело для "звезды", не правда ли? Но этот самый непубличный человек российского джаза иначе себя не мыслит.

- Так это же нормально - видеть друг друга. Жизнь же не от фестиваля к фестивалю идет, а каждый день! А сейчас и время такое, нужно постоянно говорить с людьми, просвещать... Я и на концертах помимо того, что играю, хочу разговаривать. Пусть не музыкальный это жанр, ну и что?!

Он разговаривает. Отвечает на вопросы слушателей, обещает приехать специально на мастер-класс, просто делится эмоциями: "Вы подумайте, какой это вкусное блюдо - баллада!", "А вот послушайте, какой солнечный пульс!" Седоволосый, худощавый, с длинными "породистыми" пальцами потомственного музыканта, Кузнецов иронизирует над своим возрастом, говоря, что привез в Мурманск "седой джаз", и уверяя, что его молодые коллеги по трио, контрабасист Макар Новиков и ударник Давид Ткебучава - персоны гораздо более востребованные, нежели он: "Это ведь я их по телефону ищу, мол, не согласитесь ли со мной в Заполярье прокатиться?" А еще с улыбкой рассказывает, как исключительно из любви к отечественному производителю по сей день в столичном потоке "Лексусов" и "Порше" ездит на сорок первом "Москвиче".

С виду - очень домашний человек, уютный: четверо внуков, музыка, посвященная им, негромкий голос и мягкий взгляд сквозь очки... И композиции любит мягкие: то качает зал на неспешных волнах свинга, то играет задумчивый блюз. А то лукаво улыбнется - и, разбрызгивая молодую и горячую энергию, выдаст виртуозный джазовый "стандарт", от которого кровь быстрей бежит в жилах, а глаза начинают блестеть. Он в джазе - ровно полвека. И оттого убежден: это не музыка, это его собственный пульс:

- Знаете, "свинг" буквально - это "раскачивание". Вот когда зал вместе с тобой начинает покачиваться, значит, ты добрался до каждого, ключик нашел. Джазом ведь прививку не сделаешь - это просто от Бога...

Фото: Федосеев Л. Г.
Алексей Кузнецов, народный артист России, блестящий гитарист и живая легенда отечественной джазовой культуры. Гастроли в Мурманске.
Татьяна БРИЦКАЯ