"Смотри назад, но не оглядывайся"

Дневная тишина - обычное состояние внутри областной филармонии. Редкий посетитель заглядывает сюда в эти часы, чаще всего по служебной надобности.

Поднимаясь на четвертый этаж по запасной лестнице, что за сценой концертного зала, я невольно замедлил шаг. Откуда-то сверху разлилось между пролетами этажей сильное и ровное пение. Последние репетиции, скоро премьера "Чио-Чио-Сан", подумалось мне. Только какой же приглашенный тенор появился в Мурманске аж за несколько дней до премьеры? Странно... А голос все лился и лился из-за двери. Было хорошо, и я не осмелился прервать пение стуком. Незапертой оказалась одна из соседних дверей, в подсобное помещение. Кто это поет, тихо спросил находившуюся внутри пожилую женщину. "Сергей Георгиевич репетирует", - ответила она. Так и стоял я под дверью еще несколько минут. Бывают мгновения, когда не надо торопить события. И пусть дела, даже самые неотложные, подождут...

Есть люди, которые несут в себе некую загадку, словно бы это выбранная ими линия жизни. Рассудочно можно объяснить все, в том числе их поведение. А загадка при том остается и притягивает к человеку словно магнитом. К числу таких людей я отношу художественного руководителя Мурманской областной филармонии заслуженного артиста России Сергея Гиваргизова. Знакомы мы не один год, а вот понять его не могу. И ведь уже ровно 20 лет работает и живет он в Мурманске, из них десять - художественным руководителем учреждения, название которого с древнегреческого переводится как любовь к гармонии.

По-моему, гармония в жизни - это способность прийти к согласию с самим собой. Об этом мы беседуем с Гиваргизовым, давно позабыв о формальных причинах встречи - его мурманских юбилейных датах. И в какой-то момент я начинаю понимать: ничего случайного нет, даже если жизнь представляется сотканной из случайных непредсказуемых событий. Только бы почувствовать, понять, в чем твое предназначение на Земле. Только бы...

Гиваргизову не надо задавать вопросы. Он исподволь сам задает их себе, разматывая нить прожитого. И делает одно за другим открытия, которые, может быть, и не замечает. Я не завидую, я радуюсь в душе от того, какой захватывающей, всепоглощающей вещью может быть жизнь.

ГОСПОДИН СЛУЧАЙ

Давайте послушаем самого Сергея Гиваргизова. Прослушивался в Пермский оперный театр. Очень хороший театр. И меня взяли туда, должен был дебютировать Водемоном в "Иоланте" Чайковского. Но случилось то, чего никогда не ждешь...

На руках был билет в Пермь, а за два дня до отъезда жена попала в больницу, с тяжелой операцией. Мог ли я уехать? Есть ситуации, которые не обсуждаются. Иначе себя перестанешь уважать...

Потом все благополучно разрешилось, но время ушло. И здесь объявили конкурс-набор артистов в Украинскую академическую капеллу "Думка". Меня приняли солистом-тенором. С "Думкой" объехал десятки стран мира, по 4 месяца в году были за границей. Но это не главное. Я встретился с божественной музыкой, которая перевернула сознание. В опере громче и зычнее спел - уже хорошо. Но как можно Баха и Генделя кричать? Кантатно-ораториальная музыка оберегает от форсировки голоса, дает возможность мыслить - о чем и как ты поешь. Произведения ее овеяны библейскими образами - ты не можешь петь просто так. Ты должен пропустить их через свое сердце...

НЕВОЗМОЖНОГО НЕТ

В 9 лет я попадаю в кинотеатр и смотрю фильм "Молодой Карузо". Не путайте с фильмом "Великий Карузо" с Марио Ланца. Молодой - это Марио дель Монако, тоже выдающийся итальянский певец.

Мой папа - киношник. Взял меня за руку и отвел в зал, чтобы чем-то занять, пока он решает свои дела. Я слушаю Марио дель Монако, и теперь все остальное для меня потеряло смысл. Какое счастье слушать - эта песня "О, Мари". Неужели я смог бы исполнить ее?

Уроки пропускаю, чтобы еще раз посмотреть фильм. Сейчас, спустя 51 год, расскажу вам его по кадрам. А тогда - прихожу домой, забираюсь на тахту и начинаю изображать пение. И вдруг происходит чудо - у меня прорезался голос.

Конечно, о чем поет дель Монако, я не мог понять. Начал изучать итальянский язык. В Ереване ни учителей, ни самоучителей не было. Знакомая была, у которой папа дипломат. У него выпросили самоучитель итальянского для дипломатов... За три года выучил. В 15 лет итальянским я уже свободно владел...

ВСЕ ТЕБЕ ПОМОГУТ

Пропадаю в опере, благо живем в Ереване напротив оперного театра. 50 раз прослушал "Аиду", по 40 - "Тоску" и "Риголетто". Билетерши ко мне привыкли и беспрепятственно пропускают.

В театре есть очень хороший певец Сергей Данелян. Боюсь к нему подойти и по пятам хожу за ним на улицах города. Но вот набрался наглости - попросил послушать. И он начинает со мной заниматься в музучилище. А мне всего 14 лет и учусь еще в 7 классе обычной школы. Через три года он приходит к моему отцу и говорит: "Надо, чтобы сын поступил в консерваторию". Отец против: сам технарь, он и меня видит в техническом институте. В общем, по-своему он был прав. Я поступаю в политехнический институт, но музыкой продолжаю заниматься частным образом.

В Ереван приезжает Евгения Мирошниченко, народная артистка Советского Союза. Вечер с шашлыками после спектакля. "Кто этот молодой человек, - спрашивают дорогие гости Данеляна. - Пусть споет".

Потом Мирошниченко задумчиво произносит:

- Тебе надо переезжать в Киев, учиться в консерватории.

Я молчу, но уже знаю, что делать. Старший брат учится в киевской аспирантуре. С ним втайне от отца мы договоримся. Евгения Мирошниченко приведет меня к прекрасному украинскому тенору Константину Огневому. Но в тот год я в консерваторию не поступил, опоздал. На следующий прошел "на ура", хотя 446 претендентов на шесть мест теноров... А какие украинцы голосистые - известно...

Институт позади - я работаю программистом-математиком на заводе - почтовом ящике. И пою в оперной студии. И еще не знаю, чему отдам свое сердце.

Это Костя Огневой посоветовал - езжай в Пермь, на время. А пока в Киевском оперном созвездие своих народных артистов - он сам, Гуляев, Мирошниченко, Чавдар, Бэлла Руденко, Дмитрий Гнатюк, друг мой Соловьяненко - царство ему небесное...

Мне слава не интересна. Я хочу научиться петь так, чтобы в душе была гармония. Все повторяю слова Александра Македонского: "Меня хоронить будете, чтобы через гроб ладони были видны. Покажу своим гражданам, что завоевал полмира, а с собой ничего не уношу".

"МУЗЫКА ПИД НОТАМИ"

Человек в этот мир приходит развиваться, а не копить. Я люблю репетиции - можно сразу исправить... А в концертах лишь вдогонку сожалеешь - не получилось... Репетиция для меня праздник. А иные артисты любят праздность - софиты, аплодисменты. Сейчас перевожу на русский воспоминания Карузо. К нему люди - со словами восхищения после спектакля, а он утра ждет, не дождется. Чтобы в классе весь спектакль пропеть заново...

Мне профессор-дирижер говорил: "Музыка пид нотами. Шо вы дывитесь на них, в нотах правды нэма..." Еще говорят: архитектура - застывшая музыка. По-моему, музыка - это вечная архитектура, которая все время обновляется чьей-то душой. Ноты - каркас здания, и ты должен в него войти и расставить мебель, как твой вкус позволяет. Ведь миллион раз все сыграно-пропето. А ты сделай так, чтобы эти семь нот прозвучали по-твоему, по-новому! И тогда твое искусство будет нужно людям.

"Думка" преобразила: мысль об оперном театре меня абсолютно оставила. Даже характер начал меняться. Но опять несчастье...

Апрель 1986 года. Чернобыль. 9 мая проходит велогонка Мира на Украине. Жарко. Люди в Днепре купаются, ничего не подозревая. Только 11 мая говорят правду. Я парторг в "Думке", о чем не жалею и партбилет до сих пор храню. Для меня нет вопроса, когда приходят и говорят: вы должны ехать в Славутич и выступать перед людьми. Мы едем, хотя ничего еще не понимаем. Выступаем в местах проведения аварийных работ и возвращаемся в гостиницу (бывшую школу) в Славутиче. Знакомлюсь с Велиховым, председателем государственной комиссии. Кстати, он большой любитель пения. Евгений Павлович отводит меня в сторону и тихо говорит: "Сережа, ты должен уехать из Киева, иначе потеряешь голос..."

Действительно, через две недели после командировки у меня пропал голос. Подсказала выход Валентина Петровна Залавская. Мы давние партнеры, вместе пели в квартете "Думки". В 1986 году она сразу уехала к дочери в Североморск. Нельзя было оставаться в Киеве с заболеванием крови. Узнав, что у меня появились аллергические реакции, проблемы с горлом и голосом, решительно предложила: Мурманской филармонии нужен тенор! Кто-то скажет: странные люди, с юга на север жить поехали...

И ТЫ ПОМОЖЕШЬ ВСЕМ

В Мурманске нет традиции. И ее надо создавать. Постепенно филармония превращается в Храм. Я поражаюсь, сколько молодых людей теперь к нам приходит.

Человек, который с малых лет слушает музыку Чайковского, Рахманинова, Верди, смотрит картины Рафаэля, Микельанджело, Серова, Васнецова, он никогда не сможет стать преступником. В него уже вошла божественность. Тратим огромные средства на наркоманию. Вместо того чтобы изначально приобщать к высокому.

Сегодня у нас есть абонемент-программа "Классическое музыкальное наследие нашим детям". Когда-то начинали ходить в детские сады, прогимназии, школы - во фраках, с классической музыкой, от Баха до Чайковского. Приносили в класс живой звук и приучали детей к тому, что есть иная, высокая музыка. Сейчас даем более двухсот концертов в год. За 18 лет, я посчитал, дали более четырех тысяч концертов. Эта работа не видна. И не нужно. Добро не для того, чтобы свою роль подчеркнуть. Склони голову по-христиански и делай свое дело - это мой девиз. Не по-рабски, по-христиански склони!.. Добро само к какому-нибудь берегу приведет. В троллейбусе окликают: "Здравствуйте! Не помните меня? Вы десять лет назад в нашей школе неаполитанскую песню пели. С тех пор я люблю пение". Уже дети детей с нашего абонемента ходят на концерты...

В 1998 году Владимир Пастер, директор филармонии, предложил мне стать художественным руководителем. Я поставил условие: совмещать должность с пением. Довольствуюсь очень малым. Пою в абонементе. Ежемесячно десять концертов. Пою для детей и волнуюсь больше, чем на аудитории целого зрительского зала. Дети чисты. Они сразу фальшь от искренности отличают. И для меня честь - петь для них.

НЕВАЖНО - ГДЕ, ВАЖНО - КАК

Я решил здесь реализовать эстетику, которую приобрел. Мечтал, чтобы у филармонии появился свой оркестр. Он появился в 1999 году. Мечтал оперы ставить в концертном исполнении - и они появились. Не нынешние шлягерные, а великие, старой школы. Того хамства, которое сейчас процветает в искусстве, тогда не было. С 2001 года много над этим работали с бывшим директором филармонии Александром Баранниковым и другими. В загранкомандировках иные шмотки покупали, а я клавиры. "Травиатту" мы с дирижером Дамианом Йорио ставили по клавиру, в котором были пометки рукой самого Верди - 1868 год! Ставили так, как Верди хотел. И я решил: какой бы крупный проект не был, один концерт мы обязательно должны показывать на периферии в области. Оперу "Служанка-госпожа" повезли в Ревду. Не представляете, что там творилось! Вот будет "Иоланта" - думаем повезти в Гаджиево.

Много времени и сил отнимает педагогическая работа. Не только в Мурманске. Из Финляндии ко мне сюда приезжали. А теперь приглашают на работу к соседям. Много предложений. Четыре месяца работал в Австралии, и сейчас зовут туда. Родные говорят: ты "крэйзи". Австралия прекрасная страна, где бог создал рай. А я понял: главное - не где жить, а как жить. Можно и в Париже прозябать.

За эти годы создали такую основу, от которой трудно уйти. В филармонии у нас нет ни лилипутов, ни циркачей... И билеты не дороже 150 рублей. За это получаем по голове. Но мы сказали: извините, наш зритель - среднеимущий, к сожалению, человек. Но это самые лучшие люди. Наш народ очень духовный, а особенно северный. Как его оставить без Баха, без Генделя, Чайковского, Моцарта... Настоящее, оно всегда доходит до людей. А моя артистическая стезя еще впереди. К осени готовлю свой сольный концерт в филармонии. Я давно понял: никогда ни о чем не жалей. Смотри назад, но не оглядывайся.

Фото: Федосеев Л. Г.
Сергей Гиваргизов.
Фото:
Сергей Гиваргизов. Фото из архива С. Г. Гиваргизова.
Фото:
Сергей Гиваргизов. Фото из архива С. Г. Гиваргизова.
Фото:
Сергей Гиваргизов. Фото из архива С. Г. Гиваргизова.
Разговор записал Владимир БЛИНОВ