Финский консул Мартти Руококоски известен в Мурманске не только как дипломат, но и как продвинутый саксофонист-любитель. Не раз он выходил на сцену с мурманскими музыкантами, но в минувшую среду вывел в большой джазовый свет и своего 14-летнего сына-гитариста, приехавшего к папе погостить из Хельсинки.

Североморский десант

Традиционная среда в джаз-блюз-кафе гостиницы «Парк Инн Полярные Зори» так и называлась по-тургеневски - «Отцы и дети». Но в отличие от классика русской словесности никому и в голову не приходило противопоставить старшее и младшее поколения. Напротив. Ведь у многих мурманских музыкантов сыновья и дочери пошли по отцовским стопам. Или по материнским.

Так, к примеру, Елена Гостинская, преподаватель вокала из Североморска, вывела на сцену свою дочь Владу, студентку колледжа искусств, и семейный дуэт в старом добром стиле всласть попел неувядающую джазовую классику.

Замечаю за одним из столиков Дмитрия Акманова, художественного руководителя ансамбля песни и пляски Северного флота. Ну зашел и зашел известный музыкант в популярное джазовое кафе… Однако потаенная цель визита сразу открылась, как только ведущий объявил номер студентки дирижерско-хорового отделения колледжа искусств Александры Акмановой. Ага, пришел взглянуть на джазовый дебют дочки! И девушка, переключив тембры синтезатора на акустическое фортепиано, спела несколько песен собственного сочинения. Одна, безо всякого ансамбля, тонко подыгрывая себе на клавишах, словно великие джазовые старушки Нина Симон или Роберта Флэк…

И вообще, как остроумно подметил ведущий вечера Роман Мурачев, «у нас сегодня высадился североморский десант». Сначала публику подогрел дуэт «Джайв» гитариста Николая Клименкова, преподавателя детской школы искусств из поселка Росляково, и певицы Натальи Мищенко, педагога детской музыкальной школы из Североморска. А затем на сцену высыпали их воспитанники мал мала меньше.

Публика неистовствовала

Когда на специальную табуреточку на подмостках уселся 8-летний росляковец Максим Сенаторов с культовой электрогитарой «Гибсон» в руках, я опешил. И мальчонка дал джазу, вполне узнаваемо исполнив «Атласную куклу» старика Дюка Эллингтона в сопровождении детского ансамбля «Jazzmin». Но тут к нему на сцену робко вышла 9-летняя североморочка Маша Шварц, взяла в руку микрофон и запела что-то родное, хрестоматийно-джазовое и - буквально преобразилась. Куда только робость делась! Если я скажу, что публика неистовствовала, то ничуть не переборщу.

Сменивший мелкоту, тоже смешанный росляковско-североморский состав ансамбля постарше «Бриз» продолжил тему семейных джазовых ценностей. Грамотно отыграли гитара и бас-гитара - братья Юрий и Ростислав Пархомчуки, пятнадцати и двенадцати лет. Особенно удалась интерпретация гениальной песни Антонио Карлоса Жобима «Девушка с Ипанемы», которую хорошо поставленным голосом спела юная Лена Гришина, чем-то напомнив в интонациях первую исполнительницу этой самбы 1963 года Аструд Жильберто.

К слову, Ипанема - это пляж в Рио-де-Жанейро, а композитор Жобим в Бразилии почти святой. Знакомый мурманчанин, побывавший в прошлом году в городе-мечте Остапа Бендера, говорит, что портреты Жобима там на каждом углу и в моде черные футболки с белыми нотами великой мелодии.

О том, что эта «пляжная девица» - неумирающая классика и самая исполняемая на сегодня в мире джазовая композиция, напомнила мурманчанка Вероника Комарницкая. Но теперь это была чисто инструментальная аранжировка, и студентка педагогического колледжа вдохновенно отбарабанила ее на ксилофоне вместе с детским ансамблем ударных инструментов под руководством педагога Сергея Зайкина.

Финские мотивы

И вот, значит, когда палочки Вероники бегали по клавишам ксилофона, на сцену незаметно сбоку поднялся финский консул Мартти Руококоски и принялся подыгрывать девушке на саксофоне.

- Мы всего лишь раз накануне порепетировали с ним «Ипанему», но я сразу почувствовала, какой изумительной бархатности добавляет в мелодию его саксофон, - открыла мне потом секрет юная ксилофонистка.

А тенор-саксофон у Мартти знатный, коллекционный французский «Анри Сельмер» 1959 года выпуска, купленный по случаю с рук за 10 тысяч долларов. На нем дипломат играл в джаз-клубах Лондона, Стокгольма, Петербурга, Москвы, где служил до приезда в Мурманск.

Но есть и другая подоплека трепетного отношения финна к бразильской «Девушке с Ипанемы». В 1963 году на первой грамзаписи этой песни певице Аструд Жильберто подыграл на тенор-саксофоне великий Стен Гетц - любимый исполнитель консула Руококоски.

Второй раз заведующий Мурманским отделением Генерального консульства Финляндии в Санкт-Петербурге вышел на сцену подыграть джазовому трио «До-ми-но» в составе Сергея Зайкина (ударные), Вячеслава Иващенко (клавиши) и Юрия Мельника (бас-гитара). Эти мужчины в возрасте и любят битловские мелодии. Зал замер от их утонченных джазовых импровизаций на темы «Здесь, там и везде», «Мишель», «Вчера». Но Мартти добавил саксофонной томности только в бессмертную мексиканскую мелодию «Бесаме мучо».

«…А сыновья уходят в джаз»

И вскоре стало ясно почему. Мартти приберег битлов для дебюта на сцене нового мурманского ансамбля «Back in the USSR». С осени на квартире финского консула на улице Старостина начали репетировать известные местные музыканты Сергей Филиппов (электрогитара), Александр Анисимов (акустическая гитара), Сергей Курлучан (вокал), Сергей Будюхин (ударные). Но в минувшую среду место за ударной установкой занял вместо приболевшего Будюхина опытный Сергей Зайкин.

Сам же Мартти взял бас-гитару. В таком составе команда энергично исполнила пару песен из битлов и роллингов. И тут произошло неожиданное. Мартти пригласил на сцену худощавого невысокого юношу-подростка. Сын Йоел! Ученик музыкальной школы по классу классической гитары и одновременно студент поп-джазовой консерватории Хельсинки по классу электрогитары. Приехал погостить к отцу за полярный круг.

Отец отдал сыну свою бас-гитару, а сам взял саксофон. Что тут началось! Йоел явно неравнодушен к классике нашей молодости. Он грамотно вел партию бас-гитары в лирической песне Элвиса Пресли и в блюзе Мадди Уотерса. Но апофеозом стала «Зеленая река» старинной группы «Криденс». Филиппов увлеченно «пилил» соло на гитаре, Анисимов чеканил на гитаре ритм, Курлучан хрипел в микрофон, Зайкин трещал очередями по барабанам и тарелкам, Мартти вклинивался на саксе рок-н-рольными заходами. Средний возраст этого ансамбля 53 года!

И только юноша Йоел спокойно, с каменным лицом, безо всякого напряга выдавал знакомые до боли риффы на бас-гитаре. Школа. Джаз-консерватория. Сын. Семейная традиция.

Публика уже не сидела за столиками. Старые поклонники вечнозеленой, нестареющей музыки, как в юности, пустились в пляс.

И глядя на 62-летнего Мартти и 14-летнего Йоела, я почему-то вспомнил строчку Высоцкого: «Мы не успели, не успели, не успели оглянуться…».

Фото: Вишневский Павел
Мартти Руококоски и Вероника Комарницкая.
Фото: Вишневский Павел
Максим Сенаторов.
Павел ВИШНЕВСКИЙ