Николай КОЛЫЧЕВ
Знаешь, отчего
светлеют дали?
Зреет в них весеннее
веселье.
Скоро зацелует - до проталин
Солнышко
заснеженную землю.
Я прошу тебя,
представь попробуй
Звонкие весенние аллейки.
Мы идем с тобой -
а из сугробов
Прорастают синие скамейки.
Снег и солнце!
Снега - много-много!..
Заставляет свет
глаза прищурить.
Испугался старый дом
за окна,
Прикрывает пятерней
сосулек…
Не гляди ты так на двор
заснеженный,
Лету щедрым быть,
коль много света.
А весна на свете -
неизбежность,
Так же, как любовь
для человека.
* * *
Ни листа на ветвях
не сыщешь,
Только грозди рябины алой.
На стене -
календарь-врунище!
По нему - октября начало.
В темном небе -
снежинок россыпь,
Вьюга сутки не утихает.
Если там, за окошком - осень,
Значит - очень она плохая.
Пол-России почти что в лете,
Пусть не в лете,
но в чем-то вроде.
А по Мурманску белый ветер
В полумраке на ощупь ходит.
Я хочу у тебя остаться,
Верю я, ты поступишь мудро.
На часах-то, взгляни -
три двадцать!
И не ночь уже, и не утро.
Я устал, я простыл, я болен!
Ну куда я сейчас поеду?
Хоть бы свет отключили,
что ли…
Ты ж боишься одна,
без света.
Вызываешь такси? Обидно!
Сам дурак!
Подарил мобильник…
Погоди, на площадку выйду -
Отрублю на щитке рубильник.
И - останусь!
Счастливый узник!
Ты ж без света, одна -
не можешь…
Темнота - молодым союзник,
Да и тем, кто постарше - тоже.
Пол-России почти что в лете,
Там не знают полярной ночи.
А по Мурманку - белый ветер,
В полумраке, как я, на ощупь…
Михаил ЗВЕРЕВ
ОСТРОВ ЛЮБВИ
Средь моря дел,
среди штормов проблем,
В теченье времени,
бегущем очень быстро,
Есть остров, знаменитый
только тем,
Что там для нас двоих
есть в бухте пристань.
Там все, как было
много лет назад,
Как будто ничего
не изменилось.
Часы наклеены на стену
и стоят...
И жизнь на два часа
остановилась.
Там на поляне
белых простыней
Сплелись в одно два наших
жарких тела,
И нет на свете
нас с тобой грешней…
И чище нет на свете
этом белом.
На острове безумно хорошо,
Нам не страшны
людской молвы наветы,
Не день, а час, не час,
а миг прошел -
Не существуют для любви
запреты,
И о душе не стоит горевать,
Она найдет потом
успокоенье.
Зачем нам рай
на небесах искать?
Он там, где мы.
И вечность, и мгновенье.
Виктор ТИМОФЕЕВ
Ты вся осталась позади,
и все - что не было и было -
охапкой желтых листьев
сплыло - такие шли
тогда дожди.
Я все забыл. Не в пору мне
ворочать память поминутно,
и не в обиде дело - нет! -
тебя лишь добрым
помянул бы, -
но жил я белкой в колесе,
меня порой ломало, било -
и все, что не было и было,
теряло вес, теряло след...
И я теперь живу ровней...
Но вдруг - в троллейбусе,
случайно - тот запах,
смутно различаемый,
с других волос придет ко мне, -
и что-то давнее в виски
ударит с клекотом и громом,
как будто над аэродромом
распалось небо на куски...
И губы сдвинутся, черствы,
и что-то начинает
жечь меня - и я тревожно
в каждой женщине
ищу знакомые черты.
Дмитрий КОРЖОВ
Подошла неслышно,
тихо-тихо,
Пожелала доброго пути...
А над нами плыло безъязыко
Облачко,
незримое почти.
«Не грусти, любимый,
это враки,
Будто мне в разлуке
не прожить,
Будний день придет
в столичном фраке -
Живо приневолит-закружит.
Да и ты, печальный
небожитель,
Господине всемогущий мой,
Да и ты, судьбы моей
вершитель,
Тоже возвращаешься домой.
Там грустинку легкую
остудишь,
Что же, что расстались -
не беда.
Долго помнить обо мне
не будешь,
Завтра же забудешь
навсегда...»
Так она чуть слышно
говорила.
Я - молчал.
Все выслушал до дна.
На четыре света отпустила,
Все простив заранее,
сполна.
Так-то вот, два странных
человека,
Расходились мы по сторонам.
...Дома у меня библиотека,
Черный кот и кофе по утрам.
А она сама библиотекарь -
Между книг,
как пчелочка, кружит,
Нежный мой,
зеленоглазый лекарь,
Светлая и тихая, как жизнь.
Зря с небес
прекрасного далека
Все наши дороженьки-пути,
Растворилось
в воздухе высоком
Облачко,
незримое почти...
