«Хибинские зори» - так назывался первый джазовый фестиваль, который прошел в Мурманской области в далеком 1980 году. По тем временам для наших краев событие весьма неординарное - о джазе за полярным кругом, конечно, знали, но энтузиастов, играющих его, было немного. Тем не менее «Зори» прижились, через некоторое время переместились в Мурманск и стали «Арктик-джазом». Именно под этим названием международный фестиваль и проводится уже в течение десятилетий. Очередной, девятый по счету, отзвучал в минувшие выходные.

В истории фестиваля были и взлеты, и периоды затишья. Время от времени нас баловали визитами признанных звезд, например, Гараняна и Голощекина, иногда формат джазовых встреч становился более камерным. Как раз камерностью и отличался минувший «Джаз». Все свои - так можно его охарактеризовать. Среди своих - старейший в регионе диксиленд «Норд» из Кировска, выступление студентов эстрадного отделения Мурманского колледжа искусств, программа музыкантов мурманского джаз-клуба «Метроном» - именно они стали организаторами нынешнего фестиваля. Вместе с ними сыграл Мартти Руококоски, заведующий Мурманским отделением Генерального консульства Финляндии в Санкт-Петербурге. Последнего можно тоже отнести к завсегдатаям местной сцены - выступал с нашими джазменами уже не раз.

Из гостей как самая яркая звезда анонсировался Кенни Вашингтон, американский певец, выступающий в составе трио москвича Алексея Черемизова. Черемизов, выдающийся пианист, знаком нашей публике, бывал здесь с гастролями. Были и гости из Финляндии и Словакии. А ведущим концертов по давней и доброй традиции стал Владимир Фейертаг, известный критик и популяризатор джаза в России. Он практически неизменно выступает в роли конферансье на заполярных фестивалях - начиная с самого первого, хибинского.

- У джаза как у музыкального направления есть самые разные формы, - отметил Владимир Фейертаг. - Есть экспериментальный современный джаз, есть классика жанра, есть легкие вещи. Фестивальная программа тем и хороша, что дает возможность собрать все богатство современной палитры, обрисовать некую панораму, которую накопил джаз за сто лет своего существования. Вообще в России джаз весьма успешно развивается и в целом неплохо себя чувствует, несмотря на совсем не общую к нему любовь народа. Да и вряд ли она может быть общей, ведь джаз собирает музыкантов с ярко выраженной индивидуальностью, которую они и стремятся раскрыть публике. Если публика готова это принять, если сама достаточно свободна и открыта новому - то контакт состоится. А если хочет слышать только то, к чему привыкла, только знакомые вещи - не будет никакого взаимодействия.

К счастью, фестивальная программа позволила мурманчанам в полной мере насладиться нестареющей классикой и услышать что-то новенькое. К чести северян, они именно к новому оказались более чутки и восприимчивы - речь о студентах, которые как-то на удивление легко и свободно завели зал и заставили его искренне рассыпаться в аплодисментах. А ведь играли ребята в основном вещи собственного сочинения, не так чтобы попсовые (насколько это слово применимо к джазу), требующие умения не просто слушать, но и услышать. Судя по всему, их свежий взгляд, тяга к импровизациям и здоровая амбициозность пришлись по вкусу публике.

- У ребят есть потенциал, - отметил Фейертаг. - Пожелать им остается одного - продолжать развиваться творчески, заканчивать учебу - а потом в Москву. К сожалению, это так. Почитайте биографии известных джазменов: они все начинаются со слов «в таком-то году приехал в Нью-Йорк»...

Подтверждением правоты мэтра может служить и биография Кенни Вашингтона. Он родился на родине джаза - в Новом Орлеане и начал заниматься музыкой в раннем возрасте: церковный хор, школьный ансамбль, где пел и играл на саксофоне, потом в университете изучал различные стили музыки, от классической до современного джаза и ритм-энд-блюза. А далее, действительно, приехал в Нью-Йорк, где начались и записи дисков, и работа в знаменитых бродвейских шоу, и гастроли по всему миру. Как сообщается в его пресс-портрете, выступал в самых престижных залах Америки, Европы и Азии. Впрочем, Интернет пестрит афишами о его концертах в залах и клубах другой половины мира - а именно постсоветского пространства, которое за последние несколько лет Кенни Вашингтон исколесил вдоль и поперек.

- Это обычная практика последних десятилетий, - сказал Владимир Фейертаг. - В Америке джазовых исполнителей, мягко говоря, немало, и аудиторию они себе ищут по всему миру. Собираются коллективы, которые играют вместе несколько сезонов, затем меняют составы... На мой взгляд, это неплохо и для исполнителя, и для публики.

Критики называют Кенни «виртуозом с диапазоном голоса в четыре октавы, абсолютным гармоническим музыкальным слухом и фантастическим чувством ритма». Мурманчане оценили услышанное по-разному: кто-то после концерта говорил, что «Кен порвал зал», а кто-то признавался, что с трудом досидел до конца. В любом случае темнокожий джазовый вокалист из Нового Орлеана - это, как говорится, классика жанра и для нас редкая и ценная возможность.

А вот диксиленд «Норд» родную северную публику выступлениями радует исправно. Старый добрый джаз, его золотые времена - это всегда приятно, хоть какой по счету раз играй или слушай. Эти пионеры джаза на Кольской земле, возглавляемые Анатолием Грабчаком, продвигали любимую музыку в не самые простые годы. Репетировать, как рассказал Грабчак, приходилось не в зале, а в красном уголке на заводе - в Доме культуры места джазу не нашлось. Для того чтобы получить возможность поиграть на банджо - а без банджо какой диксиленд! - приходилось отрабатывать «трудовую повинность» в других ансамблях. Само название «Норд» тоже вызвало нарекания у партийных чиновников, которые отслеживали деятельность коллектива. Им показалось, что «Норд» - это слишком громко, как-никак название целого региона присвоили себе музыканты. Диксиленду было предложено рассмотреть альтернативный вариант - «Металлист». А что - производственная тематика тогда приветствовалась. А о металле как направлении музыки в те годы на наших просторах и не слыхали еще.

Впрочем, для «Норда», который официально датой своего рождения считает пятницу, 13 марта 1970 года, а местом - квартиру на кировской улице Ленина, в доме номер 13 и в квартире также тринадцатой, козни чиновников - не преграда. Он вполне успешно просуществовал не одно десятилетие, участвовал во многих фестивалях, выпустил диск и продолжает активно выступать.

Однако, по мнению Владимира Фейертага, именно активности мурманским джазменам все же не хватает. По его словам, на джазовой карте России наш город еле различим - а все потому, что музыканты не спешат вложиться в выпуски дисков, недостаточно активно заявляют о себе на фестивалях. Когда журналисты попытались попрекнуть критика тем, что и питерские, скажем, артисты, к нам не больно-то торопятся нагрянуть, он ответил:

- Так не зовете! У вашего джаз-клуба, у филармонии есть наработанные связи, но, может, их стоит расширять? Я много общаюсь с питерскими коллегами-музыкантами, и они рассказывают, что частенько бывают в Мурманске - на корпоративных концертах. Кто зовет - к тому и едут. И очень хорошо, кстати, оценивают вашу публику - всегда, говорят, тепло принимают.

Теплую встречу устроили северяне и нынешнему «Арктик-джазу». А что до джазовой карты страны, так пару-тройку десятков лет назад Мурманска на ней и вовсе не было. Значит, есть прогресс - воспитывается своя публика, появляются музыканты, даже традиции складываются. «Арктик-джаз» - одна из них.

Фото: Федосеев Л. Г.
Гарий Багдасарьян, ударник трио Алексея Черемизова, и Кенни Вашингтон.
Юлия МАКШЕЕВА