Когда мужчина встает на каблуки, он, видимо, тут же впадает в шок. «Посмотри, как женщины на них ходят - как желе на пружинках!» - одна из бессмертных фраз одного из бессмертных фильмов - «В джазе только девушки». Цитатами из него, а также из «Тетки Чарлея» и даже из шекспировской «Двенадцатой ночи», где тоже не обошлось без переодеваний и перевоплощений, полна пьеса современного американского драматурга Кена Людвига «Примадонны».

Премьера «Примадонн» состоялась в мурманском театре Северного флота. Сразу после первого показа стало ясно - мурманская публика полюбит этот милый пустячок трепетно и искренне. Аншлаги на уже далеко не первом по счету представлении только подтверждают этот факт.

А как не полюбить? Кен Людвиг цитирует ставшие классикой бродвейские мюзиклы и американские комедии совершенно беззастенчиво, определяя такой способ написания пьес как свой творческий метод. Нет, кажется, ни одного испытанного комедийного приема, который не был бы использован в «Примадоннах». Чего здесь точно нет - так это желания поучать и воспитывать, которым наших зрителей, похоже, перекормили. А еще в новой постановке нет помпезных декораций, сложных костюмов и серьезного драматического конфликта - зато есть подкупающий азарт артистов, получающих искреннее удовольствие от игры. И это не могло не понравиться зрителям.

Когда несколько лет назад «Примадонн» впервые поставили в России, да еще где - в московском МХТ имени Чехова, оплоте академизма, - и спектаклю, и артистам досталось. Мнения народа и критиков диаметрально разошлись. В бочку зрительского восхищения была добавлена увесистая ложка дегтя - упреки в примитивной развлекательности и потакании низкому вкусу публики. Но «локомотив истории» было уже не остановить - за эти несколько лет «Примадонн» поставили, пожалуй, в каждом российском городе, где имеются театральные подмостки. И всюду аншлаги, а это что-то да значит.

Сюжет комедии движется по проторенной дорожке. Двое незадачливых актеров, имевших большой успех в шекспировских постановках, оказываются на мели. Случайно они вычитывают в газете, что в городке, куда их занесло, готовится отойти в мир иной старушка-миллионерша. Свое состояние она завещала потерянным много лет назад племянницам. Лео (актер Алексей Гудин) и Джек (Алексей Макаров) решают перевоплотиться в девушек, благо с собой у каждого по чемодану театральных костюмов и грима. Эффектное появление двух «эксцентричных англичанок» в доме болезной бабули - это, безусловно, сильное зрелище, заставляющее лишний раз убедиться в том, что красота - это воистину страшная сила. Максим-Лео и Стефани-Джек по части сногсшибательности настолько далеко задвигают племянницу миллионерши Мэг (Елена Балакирева) и ее подружку Одри (Юлия Блохова), что все прочие персонажи тут же оказываются у них под каблуком. Включая бабушку - так что свой план красавцы могли бы воплотить в жизнь легко и играючи. Однако они влюбляются в девушек, и все становится еще запутанней. Невероятные ситуации громоздятся одна на другую, создавая многомерность происходящего на сцене, а нескончаемый поток гэгов и уморительных шуточек не дает зрителю ни на минуту отвлечься от действия.

Исполнителям главных ролей пришлось непросто. Одно то, что на протяжении двух с лишним часов в очень жестком темпе приходится менять грим и костюмы, при этом танцевать, скакать и прыгать, может свести с ума. Оба Алексея справились не только с повышенной физической нагрузкой - они играючи удерживали внимание публики, не уставая поражать и удивлять, чем без конца срывали аплодисменты. Если Гудин скорее напоминал Тони Кертиса из «В джазе только девушки», то Макаров - это скорее Александр Калягин из «Здравствуйте, я ваша тетя!». Так и ждешь подсознательно, когда же прозвучит нетленное «Я тебя поцелую. Потом. Если захочешь», тем более что по сюжету эта фраза была бы уместна. Но тогда изящные аллюзии переплавились бы в плагиат, а это и для актеров, и для режиссера Юзефа Фекеты недопустимо никак даже в таком водевиле.

Каждый из персонажей - характер, не убоимся этого слова. Пусть шаблонный, пусть действующий в рамках вековечных комедийных традиций - зато яркий и искрометный. Пастор-зануда (Сергей Сорогин) теряет сознание при слове «секс», но готов на любую подлянку, лишь бы Мэг, наследница теткиных миллионов, вышла за него. Причем мысль о деньгах так ему приятна, что он временами отжигает изумительный танец, в котором нашли отражение все пляски мира - от «Хава нагила» до «Яблочка». Циничный пройдоха доктор (Виктор Смольков) не знает сложней лекарства, чем клизма, зато так падок на женскую красу, что бедной Стефани приходится бегать от него по всей сцене. А бабуля (заслуженная артистка России Наталья Долгалева) просто сводила зал с ума, при том что появлялась в гомеопатических дозах - хорошей актрисе довольно и эпизода, как известно. Мэг и Одри бросают своих скучных кавалеров, превращаясь из простушек и просто хороших девочек в женщин, готовых «решительнее доставлять себе удовольствия». Так что в финале все обретают любовь и уже не так много думают о деньгах - причем к зрителям это относится в первую очередь. «Понравился спектакль?», спросила у знакомого, которого встретила в зале с дамой. «Да! Такой… эротический!» - и посмотрел на спутницу как-то плотоядно.

В театре КСФ комедию назвали «антикризисной», и она действительно получилась неким лекарством от проблем и плохого настроения. А упреки в пошлости просто смешны в мире, где, например, ненормативную лексику, как и многие другие безобразия, практически узаконили в телеэфире. Беззаботное зрелище, напоминающее публике, что не все так плохо, как порой кажется, надо просто чаще вспоминать о приятном. Думается, спектакль обеспечил себе долгую жизнь на подмостках.

Фото: Ещенко С. П.
Максим (Алексей Гудин) очаровала публику.
Юлия МАКШЕЕВА.