Что почитывал на досуге последний российский император Николай Второй? К каким жанрам и авторам питал особое пристрастие? И какими специальными знаками помечались книги, составлявшие богатейшую императорскую библиотеку? Ответы на эти вопросы мурманчане могут получить на новой выставке, которая на днях начала свою работу в областной научной библиотеке.

- Книги, которые в свое время принадлежали царской семье, в том числе и самому императору, хранятся в нашем фонде уже несколько десятков лет, - рассказывает Елена Кузнецова, заведующая сектором редких книг. - Их немного - всего несколько десятков из семи тысяч редких изданий, составляющих наш фонд. Каждая из них является предметом особой важности и ценности: прикасаясь к этим страницам, мы словно восстанавливаем связь времен, ощущаем ход истории.

Издания, отмеченные специальными знаками - царскими экслибрисами, - начали поступать в мурманские фонды в послевоенные годы из центральных хранилищ страны: Российской национальной библиотеки, столичной государственной библиотеки и других. Причин тому было несколько - от обычной нехватки библиотечных площадей для хранения до необходимости распорядиться дуплетными экземплярами: многие из редких книг существуют в нескольких изданиях. Вот их и рассылали по всей стране, в том числе и в наш город.

Кстати об экслибрисах: мы привыкли называть этим словом изображение, отмечающее принадлежность книги определенному владельцу, нанесенное в виде штемпеля. Однако раньше часто встречались так называемые ярлыки, накладные экслибрисы - их печатали на плотной бумаге, затем вырезали и наклеивали на книжные страницы. Именно такими помечены многие царские книги. По виду они тоже делились на разные «картинки» - те, что попроще, выглядели как обычные штемпели с указанием места хранения, вплоть до номера шкафа и самой книги. Ну а те, которые вызывают наибольший интерес у исследователей, представляли собой рисунки с изображением царской короны и вензелей начальных букв имени владельца. Именно эти знаки часто тиснением наносили и на переплеты книг.

У каждого члена императорской семьи был свой знак, однако сильно они друг от друга не отличались.

- Разнились детали, ну и сами инициалы, - уточняет Елена. - Все экслибрисы объединяет строгость и сдержанность дизайна. Разрабатывали их специально. Автор более чем пятидесяти экслибрисов последней царской семьи, например, барон Армений Фелькерзам. Он занимал должность хранителя отдела драгоценностей Эрмитажа - звучит, согласитесь, серьезно! В конце XIX - начале XX века он изготовил ярлыки для дочерей, сына, брата императора и еще для большого числа родственников. Для того чтобы установить владельцев книг, уточнить исторические детали, мы у себя в библиотеке ведем большую работу. Сейчас, когда основные исследования закончены, планируем создать каталог всех книжных знаков нашего редкого фонда, в том числе и изданий, принадлежавших дому Романовых.

У Николая Второго было аж двенадцать библиотек. Они располагались в императорских дворцах - Зимнем, Аничковом, Александровском, Ливадии и других. Самая большая была в Зимнем, а в целом в этих хранилищах имелось более 70 тысяч книг. Как отмечается в исторических хрониках и воспоминаниях современников, чтение в императорской семье было любимым занятием и лучшим отдыхом. В семье обожали читать вслух, расположившись вечером у камина. Сам император прекрасно читал на нескольких иностранных языках - книги на них составляют половину общего фонда царских библиотек. Из любимых жанров - исторические произведения, как серьезные труды, так и книги о приключениях, мемуары, жизнеописания. Из русских писателей фаворитами были Гоголь, Жуковский, Толстой. Как отмечается в некоторых хрониках, книги были с императором до последних дней его жизни - даже перед самым расстрелом он читал рассказы Конан-Дойля, на тот момент одну из самых популярных книжных новинок…

«Секрет Жози», автор Люсьен Биар - держу в руках одну из книг, отмеченных вензелями последнего русского царя. Чистой воды беллетристика, правда, шикарно изданная - в роскошном переплете, с золотым тиснением на обложке, с золотым же обрезом. Оформление неуловимо напоминает популярнейшую приключенческую серию советских времен - не припомнить уже ее названия, но она непременно имелась почти в каждом доме, да и поныне у многих хранится Майн Рид и Жюль Верн именно этих изданий. В эпоху СССР, разумеется, о золотых обрезах речь уже не шла, но общий принцип оформления, как ни странно, явно был навеян солидными изданиями дореволюционной поры. Еще одна книжица, изданная попроще и порядком зачитанная, - «Скетчи», некоего Роберта Морриса, на английском. Изданы обе вещи во второй половине XIX века в Париже и Лондоне соответственно.

- Многие авторы нам не то что незнакомы - упоминания о них нам не удалось отыскать ни в одном из доступных источников, - улыбается Елена Кузнецова. - Что же, беллетристики всегда хватало.

«О картофельном жуке», «О происхождении видов у животных», «Об оспопрививании», «О народном образовании» - такие статьи публиковались в альманахе «Труды вольного экономического общества», изданном в 1876 году, который тоже почитывали в царской семье. Столько лет прошло, а проблема зловредного картофельного жука свежа, как прежде. С другой стороны, про оспопрививание этого уже не скажешь - и слава богу. Журналов в библиотеках хранилось немало, их переплетали в кожаные обложки и читали, возвращаясь к определенным темам не по разу. В мурманском фонде имеется, например, специальный выпуск альманаха «Русский вестник» - он вышел вскоре после «убиения царя-освободителя», как там написано. Очередное покушение на Александра Второго закончилось убийством, и журнал восстанавливает хронику событий. Тут же - главы из свежего романа Мельникова-Печерского «На горах», стихи, публицистика.

- Можно будет увидеть на выставке и издания, принадлежавшие сыну Александра Второго, Владимиру Александровичу, - продолжает Елена. - Для нас эта персона интересна особо, поскольку он побывал в наших краях, сопровождал российского писателя и этнографа Константина Случевского в его поездке на Мурман и добрался аж до Териберки. Его книжица - роман ирландской писательницы Марии Эджуорт «Франк». Примечательно, что тут имеются пометки на полях, подчеркивания и запись - «чтение окончено в Царском Селе 26 ноября 1859 года». Тогда Владимиру было 12 лет, а книга, видимо, была чем-то вроде обязательного внеклассного чтения.

В мурманской библиотеке хранятся издания раритетные, однако к роскошным их не отнесешь. Между тем в царской библиотеке были настоящие сокровища - подарочные, или поднóсные, книги, которые дарились по случаю и были богато украшены. Они представляли собой не только историческую, но и немалую материальную ценность. Большая их часть была после революции и в последующие годы продана ради пополнения бюджета нового государства.

Князья, бароны, герцоги и императоры, читавшие эти книги, перелистывавшие когда-то страницы у каминов, давно стали историей. Книги эту историю продолжают творить.

- На меня большое впечатление произвел девиз одного из отпрысков царского рода, правнука Павла Первого герцога Георгия Мекленбург-Стрелицкого, - говорит Елена. - Он звучит очень просто: «Мы были и есть». Да, действительно, они - были… Но история все изменила. А вот книги - они действительно были и есть. И будут! В этом можно не сомневаться.

Фото: Ещенко С. П.
Фото: Ещенко С. П.
Фото: Ещенко С. П.
Фото: Ещенко С. П.
Юлия МАКШЕЕВА