Само имя Познер - это уже бренд и на ТВ, и не только. Книги телеведущего (а их у него уже больше десятка) разлетаются многотысячными тиражами. На днях, например, он представил своим читателям и почитателям новую книгу «Английская тетрадь. Субъективный взгляд» (16+). Нам удалось побывать на ее презентации и задать автору вопросы - и про эту, и про другие книги тоже.
«Они - другие люди»
- Ваша новая книга «Английская тетрадь. Субъективный взгляд». Как возникла идея писать в таком формате?
- Это третья и последняя книга из серии «тетрадей». Первая - «Немецкая тетрадь» (12+), вторая - «Испанская» (12+) и вот эта - «Английская» (16+). Первая появилась совершенно случайно. Делая свои фильмы, беря интервью у человека, всегда спрашиваю: «Можно, я вас сфотографирую, сделаю ваш портрет для своего архива?» И все, конечно, говорят: «Пожалуйста». У меня накопилось много таких фотографий в компьютере. Я как-то пролистывал их и попал на фотографию бывшего полковника вооруженных сил ГДР. Когда мы говорили, ему было 83 года, сейчас за 90, если он жив. И его поручение было охранять Берлинскую стену, следить за тем, чтобы никто не перелезал, не убегал на Запад. Довольно жесткая должность, там была пролита кровь не один раз. И я его спросил: «Как вам спится?» На что он мне ответил: «Мне спится прекрасно: я солдат, я выполнял свой долг». У меня возник вопрос: если солдат выполняет приказ - жуткий, античеловечный, преступный, - он сам преступник или нет? Ведь он подчиненный и обязан выполнять приказ, он же не может сказать старшему по званию: «Нет, я не буду». Я стал об этом думать, показалось, что тема довольно интересная. Смотрел на эти портреты под таким ракурсом: фотографии, которые сделал я - и какие-то мои размышления по поводу человека на них. Так родилась «Немецкая тетрадь» (12+). Мне это понравилось, увлекся и написал «Испанскую тетрадь» (12+). И вот так перешел на третью - «Английскую», которая далась с большим трудом…
- Почему?
- Потому что оказалось, что англичане менее понятны, чем французы, немцы и итальянцы. Я это знал, но, когда ты про это пишешь, это немного другое. Англичане - это островитяне. Они другие люди. Например, от японцев ты это ожидаешь, а от них нет: вроде они такие же, как и в других странах Европы. Но они не такие. Например, если англичанин вам скажет: «Это очень интересно!» - значит на самом деле это предельно скучно. Или если он скажет: «Я вас услышал», - это значит, что он не хочет с вами разговаривать. И таких вещей миллион! Но ты ведь этого не знаешь...
- Вы сказали, что эта книга - последняя из серии. Почему приняли такое решение?
- Потому что запал вышел. Я сделал эти три книги. И четвертой тетради, скорее всего, не будет. Я большой поклонник Льва Николаевича Толстого, который когда-то сказал: «Если можете не писать - не пишите». Если бы многие придерживались этого правила, было бы замечательно. Потому что есть столько книг, которые читать не надо. Так вот, я пишу только тогда, когда очень хочется, когда преследует это прекрасное чувство. Но хочу сказать, что бывает трудно. Бывает, что ты не можешь писать. Сидишь - и не идет, хоть ты тресни! А потом вдруг - бом! - что-то происходит, и ты каждый день это делаешь…
Качество жизни - не главное
- Но можно ведь и про Японию тетрадь выпустить? Зрителям очень понравилась ваша серия передач «Япония. Обратная сторона кимоно» (12+), которая вышла в январе нынешнего года…
- Делать эту передачу было очень трудно - не могу вам даже передать, насколько. Был момент, когда хотел сказать: «Мы не будем это здесь делать, давайте уедем!» Потому что ничего не получалось. Никак не возьмешь интервью у японца! У каждого японца есть два начала. Одно - твое представление о том, каким тебя хотят увидеть, каким ты должен быть в глазах других. А второе - то, каким ты сам хочешь быть. Идет постоянная борьба. И это одна из причин стрессов у японцев. Ты берешь интервью, а человек в это время думает: что бы ответить, чтобы мне это подходило? Но меня это не устраивает совершенно, я хочу, чтобы он высказал свое мнение! И ты прорываешься через это, и не дай бог тебе сказать японцу что-то не так - тут же появляется маска, полное отсутствие каких-либо выражений, и в итоге получается ноль… И вот пока я не стал немного японцем, ничего не удавалось. Зато теперь я знаю, как надо с ними разговаривать, как кланяться: одному - в пояс, другому - на 45 градусов, третьему - на 15. Кивать головой - это оскорбление, и руки не подают - не положено…
- Многие хвалят тамошнее качество жизни, кто-то мечтает там жить…
- Расскажу одну историю. Я очень люблю спорт. Когда был пацаном, то среди прочих вещей занимался боксом. Любил этот вид спорта, хороший бокс я прямо обожаю. И сейчас мне предложили комментировать несколько легендарных боев, которые уже прошли, для «Матч ТВ». Много мы уже записали, но еще осталось несколько программ. Так вот, я записывал комментарии к бою Кости Цзю с англичанином Рикком Хаттаном. И пришел на эту запись сам Костя. Я его спросил: «Что для вас было главным в боксе?» И он ответил по-английски: «Pride!» Гордость и флаг. Я говорю: «Одну минуточку. В этом бою вы же за Австралию были. Получается - австралийский флаг?» На что он мне сказал: «Нет. Флаг - это сердце». И вот отношение к тому, где ты живешь - в сердце… А вот: «там лучше, а вот там еще лучше» - не в этом дело. Самое высокое качество жизни, которое я встречал, было в Скандинавии. Это Норвегия, Дания и Швеция, ну и еще Финляндия, хоть это и не Скандинавия. Там качество жизни выше, чем в других странах. Но жить бы я там не хотел. Это не мое. Я себя чувствую лучше всего во Франции, но не потому, что там хорошее качество жизни, а потому что я там родился, моя мама француженка, потому что в этой стране я чувствую себя дома, насколько могу. Потому что я все равно «разорванный» человек: я и в Америке долго жил, и в России уже долго живу. Для меня дело не в качестве жизни. Для меня это важно, но не является решающим фактором…
«В общем, меня уговорили…»
- Скоро, как я знаю, вы отправитесь по Волге снимать серию документальных передач про Россию…
- Меня часто спрашивали: «А когда вы сделаете фильм о России?» И я всегда говорил, что не буду делать фильм о России. Почему? Потому что у меня глаз замылился. Для меня это не новое все, для меня все это привычно… В качестве иллюстрации: ко мне в гости приехал мой внук Коля. Он родился в Германии, такой немецкий мальчик, говорит по-русски с ошибками. Ему было лет десять, мы поехали с ним на дачу. Он смотрит в окно и спрашивает: «Почему столб кривой?» Там телефонный столб на дороге стоял с наклоном. Он на это обращает внимание, потому что в Германии все столбы стоят, как положено. Поэтому он это увидел. А для меня этот столб стоит и стоит. Кривой, да - ну, нормально, что там! Поэтому я и говорил, что не буду этого делать. Или надо, чтобы с нами поехал какой-то иностранец, который будет спрашивать: «Почему это так, а вот то - вот так?» У нас был перерыв, последней отсняли Японию, и, как я уже говорил, это было тяжело. И вот я тогда решил: заканчиваем с этим. Мы сделали Америку, Францию, Италию, Германию, Израиль, Англию, Испанию, Швецию, Норвегию, Данию, Финляндию, Японию - 12 стран. Ну сколько можно?! И решил, что все, хватит.
Но мы как-то сидели с Ваней Ургантом и со съемочной группой (мы всегда вместе одной и той же группой делаем все выпуски по разным странам). И Ваня говорит: «Давайте уже что-нибудь сделаем про Россию. Например, поедем по Волге». И все как-то сразу встрепенулись, а я как-то не очень… В общем, меня уговорили. Нам продают корабль, мы поплывем по Волге, будем останавливаться в восьми городах (Волгограде, Саратове, Самаре, Казани, Нижнем Новгороде, Городце, Костроме и Рыбинске. - Прим. авт.), будем встречаться с людьми, которые являются интересными, которые родились и выросли в этом месте. Будет восемь серий - по количеству городов. Мы пока называем эту передачу «В поисках русского характера». Но, наверное, название в конечном итоге будет другим, поскольку в этих городах живут не только русские люди. Что из этого получится, не знаю. И получится ли… Потом, понимаете, когда мы рассказываем о других странах, это одно восприятие. Когда о своей стране, то тут у каждого есть мнение, и каждый знает, как на самом деле все должно быть. Это будет намного сложнее. Кроме того, возникают всякие возможности провалиться… Так что это такое непростое дело. Но назад дороги уже нет.
