Разговор о недавнем событии - включении канозерских петроглифов в Единый государственный реестр объектов культурного наследия федерального значения обернулся беседой о новой теории, выдвинутой Вадимом Лихачевым, сотрудником музея-заповедника «Петроглифы Канозера».
Необходимый шаг
Петроглифы - комплекс наскальных рисунков, расположенный на островах Горелом, Еловом, Каменном и «материковой» скале Одинокой в средней части озера Канозера в Терском районе. Датируются они II-IV тысячелетиями до нашей эры. Задокументировано на сегодня около 1500 древних наскальных изображений, главной, но далеко не единственной темой которых стала морская охота на китов. Открыты петроглифы в 1997 году, затем здесь был создан музей-заповедник. И только теперь они официально зарегистрированы как объект культурного наследия и внесены в реестр, приказ об этом издан Министерством культуры России 3 сентября.
Собственно говоря, это должно было произойти уже давным-давно, поскольку значение этого археологического памятника никогда не подвергалось сомнению. Включение в государственный реестр значимо тем, что без этого невозможен следующий шаг, тоже давно ожидаемый, - включение петроглифов Канозера в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Работа над этим в региональном министерстве культуры идет полным ходом.
Новое предположение
Вадим Лихачев вместе с коллегами неустанно выявляет и документирует наскальные изображения с помощью новых методик. А еще он работает в Лапландском университете над диссертацией о петроглифах Канозера и, конечно, изучает научную литературу по этому вопросу.
Постоянное присутствие летом на островах, входящее в обязанности сотрудника музея-заповедника, связано как с проведением экскурсий, так и с выполнением охранных мероприятий. И оказывается хорошим подспорьем в научной работе. Изучая одну из научных статей и будучи при этом на острове Каменном, Вадим Алексеевич обратил внимание на замечания скандинавских исследователей о том, что места заготовки орудий для охоты нередко находят рядом с наскальными рисунками. Это направило мысль специалиста в определенное русло: а может, стоит тщательнее присмотреться к канозерскому памятнику?
- Отложив статью, я подошел к одному из скоплений петроглифов, - рассказал Вадим Алексеевич. - Здесь еще 20 лет назад мы обратили внимание на странные выколы на скале. Ранее мы думали, что это своего рода ступени, позволяющие удобнее подняться от воды, и предположили, что они искусственного происхождения. Но эта гипотеза, несмотря на ее поддержку рядом специалистов, не получила дальнейшего развития. На этот раз я обратил внимание на то, что местные горные породы не могут так раскалываться естественным образом - в виде выщерблин правильной прямоугольной формы, при этом располагаться под разными углами относительно друг друга. Форма и направление выколов противоречили данным о спайности этих кристаллических сланцев. Об их свойствах я узнал, изучая отчеты об исследованиях горных пород острова в 50-х и 60-х годах рядом геологических экспедиций. Природные выколы были бы приближены к треугольной форме и четко ориентированы в определенных направлениях. Также смущало отсутствие подобных выколов на других скалах. Изучение скалы дало дополнительную информацию: обнаружились оконтуренные для выкалывания пласта сланца участки - такие часто находят в каменоломнях (мне вспомнился остров Пасхи, где исследователи находили еще не отделенные в каменоломне заготовки для статуй моаи).
Так появилась новая гипотеза - вероятно, это место добычи каменного материала. По сути, первый рудник на Кольском полуострове!
«Кирпичики»
В общем-то, все «кирпичики» в эту гипотезу укладываются. Выщерблины, а всего их около сорока, расположены в одном месте - на скальном выступе южного берега Каменного острова, который оттаивает от снега уже примерно в феврале-марте и является единственным местом, где весной доступен материал для орудий охоты.
- Возможно, ритуал был такой: на скале выбивали рисунок, как бы посвящая этот камень определенному животному, потом протирали изображение по краям твердым камнем и отслаивали от поверхности. Из него изготавливали орудие, с которым и шли на охоту, - размышляет наш собеседник. - Может быть, петроглиф и не выбивали. Мы нашли разные стадии подготовки такой «выборки» камня, их еще предстоит детальнее изучить. Кстати, эскимосы в недавнем прошлом использовали наконечники из кристаллического сланца для морской охоты, а изображение желаемого зверя или сцен охоты до сих пор украшают орудия разных народов.
В 2018 году благодаря поддержке спонсора музея-заповедника - компании «ФосАгро» Кольская археологическая экспедиция провела раскопки, обогатившие музейную коллекцию рядом уникальных орудий как из «заморского» кремня, так и, возможно, из местных сланцев - это наконечники стрел, ножи, скребло и тому подобное.
Очень важны лабораторные исследования, которые позволили бы сопоставить состав горных пород, из которых изготовлены сланцевые орудия, обнаруженные в результате работ на Каменном острове, а также на других стоянках Канозера.
Посмотрим сверху
Почему вообще появились изображения морской охоты на Канозере, которое является разливом реки Умбы и до моря отсюда далеко? На этот вопрос давно есть ответ: здесь был пункт весенней перекочевки древних племен. Охотники, пользуясь случаем, благодарили за добытых лося и медведя. И, видимо, приносили жертвы, чтобы договориться с высшими силами об удаче в предстоящей охоте на Белом море, используя в том числе мясо обитателей леса. Поэтому среди изображений мы видим кажущееся неожиданным сочетание лесной и морской тематик: развернутые композиции морской охоты, морских животных и охоту лыжников на крупного зверя.
Почему Каменный остров мог быть выбран в качестве места обращения за удачей в добыче пропитания? Возможно, к этому подтолкнула… его форма.
- В свое время бывший научный сотрудник музея «Петроглифы Канозера» Ольга Косторова обратила мое внимание на тот факт, что остров на фотографиях, сделанных с вертолета, похож на кита, - рассказал Вадим Лихачев. - Того самого животного, на которого и шли охотиться древние промысловики. Конечно, у них не было карт и возможности посмотреть на остров сверху, но и при взгляде сбоку, с поверхности заснеженного озера, например, это сходство уловить можно.
О том, что древние люди это сходство, вероятно, улавливали, Вадиму Алексеевичу пришло в голову во время проведения очередной экскурсии. Он сравнил изображение острова и точно так же ориентированный на северо-запад петроглиф в виде бесхвостого кита - одного из двух самых крупных наскальных рисунков такого рода. А с чего бы это млекопитающее изображать без хвоста? И располагать в той же позиции, что и остров? Кроме того, на этого кита никто не охотится, в отличие от других сюжетов. Может, действительно это карта острова?
- Мне важно, как люди осмысляли этот остров, учитывая их тип анимистического мышления, - продолжил Вадим Лихачев. - У древних, как, впрочем, и у современных анимистов, скалы и острова могут считаться одушевленными существами, просто в случае с нашим китом-островом эти сущности очень старые и медленные. Но форма острова меняется, кит плывет в пространстве и времени. И если это огромная китиха, то, возможно, она мать молодых китов. Так почему бы у острова не попросить их для своего пропитания, а заодно не взять здесь материал для орудий охоты? Ведь эти орудия будут уже «освящены» и принесут удачу во время промысла. Я говорю именно о китихе, поскольку у древних существовал культ матерей животных. Мать-моржиха, мать-лосиха…
Повторим, это пока гипотезы. Вадим Лихачев готовит научную статью по этому вопросу. Что-то из высказанного уже имеет убедительные подтверждения, а что-то требует дополнительных изысканий. В любом случае все высказанное вполне сопоставимо с зафиксированными традициями и ритуалами морских охотников на Севера.