В минувшем году мы отметили сто лет со дня рождения видного деятеля военно-морского флота Николая Кузнецова (1904-1974).
Эта дата отмечена сразу двумя книгами. Первая - "Флотоводец", составлена родственниками адмирала, издана в Москве. Автор второй книги - известный архангельский историк Владимир Булатов, его труд называется "Адмирал Кузнецов: Архангельский Север в жизни и судьбе флотоводца". Кузнецов - человек удивительной судьбы, в 33 года - командующий флотом, в 34 - народный комиссар ВМФ, он один из трех морских офицеров, кто имел высшее воинское звание адмирал флота Советского Союза.
Две области считают Кузнецова своим уроженцем. Он родился в деревне Медведки Вологодской губернии, ныне это селение - на территории Архангельской области. Нам, мурманчанам, он тоже близок. Единственный российский авианосец его имени - в составе Краснознаменного Северного флота. Это не все.
В книгах масса биографических сведений. В той, что составили родственники, опубликована хронология основных событий жизни, государственной и общественной деятельности адмирала. Мы узнаем, что за четверть века, с 1920 по 1946 годы, Кузнецов побывал в Мурманске 9 раз.
Однажды курсантом ходил сюда на крейсере "Аврора". Перед войной приезжал в должности наркома, когда на Северном флоте сменился командующий; с контр-адмиралом Арсением Головко смотрели боевое хозяйство Севера. В годы войны бывал ежегодно, когда решались важные вопросы взаимодействия флота и армии, флота и Главсевморпути, контактов с союзниками, усиления флота за счет ленд-лиза и перевода кораблей с Дальнего Востока.
Важная часть биографической хронологии - это директивы и приказы, подписанные Кузнецовым в годы войны. Здесь мы находим немало сведений, относящихся к Северному театру военных действий, к оперативной зоне Северного флота, а она охватывала огромное пространство, до моря Лаптевых. Впрочем, Кузнецов болел душой за все флоты? за несколько часов до начала войны объявил высшую боевую готовность № 1, благодаря чему в первый военный день мы не потеряли ни одного корабля.
Биография Кузнецова обыкновенна и необычна. Как многие высшие офицеры советского времени, он - выходец из глубинки, из простой семьи. За 20 лет прошел все ступени роста - от краснофлотца до адмирала, руководителя огромного ведомства. Его миновали репрессии тридцатых годов, но он вместе с маршалом Жуковым попал в иную мясорубку - чиновничьих интриг. С несколькими адмиралами испытал суд чести и обычный суд, был разжалован до контр-адмирала. Потом новый взлет - в начале 50-х был военно-морским министром. При Хрущеве - снова падение, разжалован до вице-адмирала и уволен в отставку. Неугоден стал. Имел свое мнение, отстаивал иную концепцию кораблестроения и развития флота. Заметим, при Кузнецове начал зарождаться атомный флот, он причастен к этому, подписал проект опытного подводного атомохода.
О взаимоотношениях Кузнецова с высшим руководством - Сталин, Булганин, Хрущев, Жуков - немного сказано в книгах. Видимо, данная тема продолжится, тут есть что добавить. Как и о непростых взаимоотношениях с людьми, которые в трудный час отвернулись, не подали дружеской руки (адмиралы Абанькин, Горшков, Трибуц), с которыми в одно время учился.
С другой стороны, будучи наркомом Кузнецов сумел спасти из застенков НКВД нескольких однокашников, что говорит о высоком чувстве товарищества и порядочности человека. В то же время был весьма строг к недисциплинированным и выпивохам, несмотря на боевые заслуги и дружеские с ними отношения. Не панибратствовал, на службе с друзьями держался в рамках Устава.
Необычность кузнецовской биографии еще в том, что юноша при поступлении на флот прибавил себе два года, иначе бы не приняли. В 15 лет он стал участником Гражданской войны на Севере. Выяснилась эта приписка потом, после смерти адмирала, в результате просмотра метрических книг в архиве. Архангелогородцы по документам составили также родословную рода Кузнецовых с XVIII века, создали Дом-музей Н. Г. Кузнецова в деревне Медведки.
На родине и в больших городах работа по увековечиванию памяти адмирала флота Советского Союза Кузнецова продолжается, о чем свидетельствуют две новые биографические книги. Вышли они такими тиражами - 100000 (московская) и 2500 экземпляров.