Фотографию этой женщины можно увидеть в мончегорском общественном музее "Дети Великой Отечественной войны". Скорбный взгляд ясных глаз молодой солдатки с ребенком на коленях. Бережно обнимают дочку ее крепкие натруженные руки. А девочка совсем не заинтересована в "птичке" фотографа - глядит с грустью куда-то в сторону. Под снимком дата - 1944 год.
- Когда мы собирали документы и материалы для музея, - рассказала мне его директор Лариса Батракова, - я сразу выделила именно эту фотографию в семейном альбоме нашей землячки Раисы Грицаенко, дочки изображенной на снимке женщины. Мы ее увеличили и дали название "Мадонна Великой Отечественной".
- А я запомнила маму совсем другой, не такой, как на фото. Она была веселой, улыбчивой, - рассказала мне при встрече Раиса Грицаенко. Разговор наш получился обстоятельным, так что лучше начать по порядку...
Испытаний на долю семьи Грицаенко выпало немало. Мама Раисы, Марфа Федосеевна, родилась на Украине в 1922 году. Судьба ее родителей не была необычной для того времени - отца ее, имевшего крепкое и большое хозяйство на Херсонщине, раскулачили и отправили по этапу на Север. Жена его с четырьмя детьми долго скиталась по родственникам.
Деду, можно сказать, повезло. На пункте пересылки встретил своего друга - служили вместе еще в царской армии. Тот уберег товарища от ссылки на Соловки, которая была ему предназначена, - сказал, что сгниет он там. И все сделал, чтобы туда его однополчанин не попал. А попал он на лесоповал - на участок от Кеми до Кандалакши. Спали ссыльные у костра в лесу. Примерзали, утром приходилось друг друга от земли отрывать. Выжил. Как сам потом говорил, потому, что не курил. Давали тогда работникам на день кусок хлеба и пачку махорки. Курящие меняли хлеб на махру, а дед - наоборот.
В 1932 году попал Федосей на поселение в Хибиногорск. Оттуда передал жене через людей весточку: "Забирай детей и приезжай". Так и Марфа на Север попала. Поселили их в больших палатках, бараки еще только строились. Однажды лавиной сорвало такую палатку, было много погибших, Захаровы чудом остались живы. Семью тут же разместили в недостроенный барак. Жена Федосея не выдержала северных морозов, простудилась и умерла, оставив мужу трех сыновей и младшую дочку - одиннадцатилетнюю Марфу. Помыкавшись, решил Федосей отдать Марфу на выучку в детский дом. Попросил работниц - вы ее научите готовить, стирать, в доме хозяйка должна быть.
Так попала девочка в "республику ШКИД". Когда появился этот фильм, она сразу сказала:"Это про нас!". Через год вернулась в семью, вела хозяйство и училась в школе. Когда ученица Марфа Захарова приходила в школу, учительница первым делом просила ее показать руки. А они от постоянной стирки - в цыпках, опухшие.
- Ты сегодня можешь не писать, - разрешала учительница, жалея девочку.
В 1940-м Марфа закончила школу, устроилась на работу в магазин. Перед самой войной уехала на Украину к родственникам в село Любомировка.
- Дядя ее был председателем сельсовета, - вспоминает мамины рассказы Раиса Петровна. - А у Марфы в паспорте 58-я статья: дочь кулака. Увидел это родственник, побледнел, помолчал, потом сказал - пиши, мол, заявление, что потеряла паспорт.
Только она успела получить новый паспорт, как началась война. Но правильно говорят, война любви не помеха. А молодость берет свое.
- Какая песня их соединила? Не знаю, - продолжает рассказ дочка Марфы, у которой сегодня уже шестеро внуков. - Голос и слух у мамы были исключительные. А Петр Грицаенко и на гармошке, и на гитаре играл, и тоже, мама говорила, пел хорошо. Познакомились, приглянулись друг другу. А поскольку немцы незамужних стали угонять в Германию, они быстренько в сельсовет - расписались.
Через некоторое время молодой боец отправился воевать, а Марфа осталась - да не одна, уже с дочкой. Работала в колхозе. Мужики все на фронте, а на полях бабы да подростки. В каждом доме тогда стояла специальная корзина, в которую складывали остатки недоеденного хлеба. Люди боялись, знали, что их в любой момент могут угнать в Германию. Для того и припас - котомку на плечо и пошел. Забрали и Марфу с двухмесячным ребенком. Шли большой колонной, с заплечными мешками, с короткими передышками. Как-то поздно вечером остановились на отдых. Она, обессилевшая, спиной к тыну прислонилась и слышит шепот сзади:
- Снимай котомку.
Сняла.
- А теперь давай ребенка...
Она тихонечко из-под локтя отдала. Калитка рядом открыта была, она и сама туда попятилась. А колонна ушла дальше: темно, кто там ночью считает? Эти люди ее спрятали, спасли. Потом возвращалась назад ночами, днем спала в скирдах соломы...
Дома вновь отправилась в поле. Муж ее был ранен несколько раз, лечился в госпиталях. И как-то раз, будучи на лечении недалеко от родных мест, написал: "Марфа, приезжай!"
- Мама была молодая и отчаянная, - вспоминает дочь. - Она рассказывала, как добиралась. Представить это невозможно! Мне было семь месяцев. Завернула меня в одеяльце, села в какой-то вагон с углем на товарняк и поехала в Днепродзержинск. Поезд на нужном полустанке не останавливался, так она со мной и вещмешком спрыгнула на полном ходу. И ничего - встала и пошла...
Месяц, который мама пробыла с отцом в госпитале, был последним счастливым временем для них. Дочке тогда было семь месяцев. Через полгода пришло извещение, что отец умер от ран, полученных в Ясско-Кишиневском котле, в Молдавии...
Марфа очень тяжело пережила гибель мужа. Да еще маленькая Рая разболелась, родственники говорили - на ладан дышит. И молодая женщина решает вернуться на Север, в Мончегорск. Родня просила оставить дочку - мол, не вынесет дороги. Но Марфа настояла на своем. И что удивительно: стоило отъехать от родных мест, Рая начала приходить в себя. В Москве, где пересаживались на поезд, идущий в Заполярье, ребенка осмотрел врач.
- Куда вы ее везете? - спросил.
- На Север...
- Там вы ее спасете!
Слова доктора оказались верными, в Мончегорске Рая поправилась, окрепла. К тому же бывший кулак Федосей и на Севере сумел завести небольшое хозяйство - огород и козу, что, конечно, помогало семье выжить, прокормиться. А на Украине после войны начались голодные годы. Так что Марфа спасла и себя, и ребенка.
- В 1953 году, сразу же после смерти Сталина, семья поехала в отпуск на Украину, - вспоминает Раиса Петровна. - И заехали в то село Батурино в Херсонской губернии, где деда раскулачивали 20 лет назад. Я очень хорошо помню этот момент. Все нарядные. Мама в крепдешиновом платье, в туфлях на каблуках, я - с бантами, дед - красивый, в шляпе, хорошем костюме, с тростью. А село - нищее. Дом наш растащили по кирпичику. Те, кто раскулачивал, так и остались голодранцами. Сидят на земле в позе лотоса, в заплатанных брючишках. Дед купил ящик вина, собрал этих мужиков и говорит:"Ну что? Вы богаче стали?" Это был апофеоз...
Раиса Петровна замолкает, как бы заново переживая тот момент и вспоминая добрым словом и деда, который похоронен в мончегорской земле, и маму, которой не стало всего два года назад. 30 лет проработала Марфа на почте, ее хорошо знали многие в городе как человека отзывчивого, доброжелательного, веселого.
- Часто думаю об отце, - продолжает моя собеседница. - Он мне снился все время, пока я не побывала на его могиле. Даже во сне я эту могилу искала. Потом мы ее с мамой нашли, в Молдавии, в селе Сагайдак. Сначала она съездила, потом я с семьей, а теперь я там раз в 5-10 лет обязательно бываю. В прошлом году внуков свозила.
Раиса Петровна протягивает мне школьную тетрадь. Открываю - письма с фронта! Бережно развернутые солдатские треугольники, плотно исписанные химическим карандашом. А в них - годы жизни на войне. Подробное описание военного быта, беспокойство за родных, забота о родителях, жене и дочке. Аккуратно, с выделенными припевами - слова песен: "На позиции девушка провожала бойца", "Вьется в тесной печурке огонь", "Темная ночь". Здесь же - извещение о смерти, в котором сообщается, что "Грицаенко Петр Сергеевич в бою за Социалистическую Родину, проявив героизм и мужество, был тяжело ранен и от ранения умер 27.08.44 года".
63 года бережно хранятся письма солдата в семье. Из поколения в поколение передается история любви, прерванной войной. А в музее "Дети Великой Отечественной войны" теперь есть и земля с братской могилы, где похоронен красноармеец Грицаенко. Ее полгода назад привезла в Мончегорск дочь.