Имя Леонида Львовича Брейтфуса сегодня вряд ли известно многим северянам. В честь него не называли улиц и кораблей, ему не возводили памятников. Более того, нет этой фамилии и в российских энциклопедиях и справочниках. Лишь в библиографическом указателе, изданном Мурманским книжным издательством в 1979 году, имеются некоторые сведения о нем.

Между тем во многих энциклопедиях мира рядом с именами именитых полярных исследователей он значится как выдающийся ученый, занимавшийся анализом и систематизацией географических открытий на Севере, решавший практические вопросы промыслового освоения Русской Арктики, много сделавший для улучшения жизни поморов Мурманского берега.

ЧТОБЫ В МОРЕ НЕ ТОНУЛИ КОРАБЛИ...

Родился Брейтфус 1 декабря 1864 году в Петербурге в семье немцев-протестантов. В ней было шестеро детей, старший - Леонид. Он хотел стать морским офицером, но во флот не попал. В 1889 году поступил в университет в Берлине, практику проходил на морских биологических станциях Европы. Затем работал в Берлинском музее, где познакомился с лучшими биологами мира, в том числе с основателем русской промысловой океанологии Николаем Михайловичем Книповичем.

Это время было тяжелым для населения Русского Севера. Отечественные рыбные и зверобойные промыслы приходили в упадок, много судов гибло, тогда как норвежские, оснащенные современными по тем меркам оборудованием и орудиями лова, приносили больше прибыли. В 1894 году у берегов Кольского полуострова утонули 25 возвращавшихся с промысла поморских судов, не один десяток рыбацких семейств осиротели.

Эта катастрофа стала поводом к тому, чтобы власти страны наконец обратили внимание на бедственное положение местного населения. В результате был образован Комитет для помощи поморам Русского Севера. А затем - Мурманская научно-промысловая экспедиция. Ее начальником назначили Н. М. Книповича. Брейтфус, в то время работавший ассистентом в зоологическом музее Петербургской Академии наук, стал его заместителем, охотно приняв приглашение работать на Севере.

ДОКТОР БЕЗ ХАЛАТА

Начальник высоко ценил своего помощника, отмечая старание и самоотверженность. В одном из отчетов он, в частности, пишет: "Весьма выгодное впечатление производит период пребывания на Мурмане доктора Л. Л. Брейтфуса, который сделал сравнительно много. В конце января оказалось необходимым, чтобы доктор Брейтфус вернулся скорее в Петербург. Получив телеграмму, Л. Л. Брейтфус попытался на шлюпке пройти в Колу. (Тогда отправиться по суше на юг возможно было только отсюда. - В. К.)

В это время в Кольском заливе образовалось значительное количество льда. Затруднительность перехода увеличивалась туманом и большим морозом... Когда удалось подойти близко к Коле, путь оказался прегражденным льдом. До Колы оставалось несколько верст, Брейтфус мог бы дойти пешком. Но обстоятельства этого плавания были настолько тяжелы, что даже привычные поморы растерялись. Ввиду этого Брейтфус не нашел возможным оставить команду и вернулся. Спустя некоторое время Брейтфус возвратился в Петербург через Финляндию".

В 1902 году начальником экспедиции на ближайшие шесть лет стал Леонид Брейтфус. Сделано им было немало.

В 1902 году Брейтфус и корабельный инженер генерал-майор А. К. Боярский заключили в Норвегии контракт на постройку ботов "Великая княгиня Ксения Александровна" и "Великий князь Александр Михайлович" для спасательных станций в Териберке и Рынде. Лично Брейтфус создал первую батиметрическую (описывающую особенности дна) и гидрологическую карту Баренцева моря. Он написал пособие для производства специальных анализов морской воды, издал монографии о поморских промыслах, спасательной службе на Мурмане и телеграфной связи в Арктике. Ему принадлежит более 30 научных работ и отчетов на русском языке, касающихся деятельности Мурманской научно-промысловой экспедиции. Помимо этого Леонид Львович занимался историей исследования Северного морского пути и проблемой его использования.

Много внимания уделял Брейтфус и быту русских поморов. С его подачи на Кольском побережье стали появляться школы, училища, строились общественные бани.

ТАЙНА ПРОПАВШЕЙ ШХУНЫ

В одном из отчетов Брейтфус пишет: "Те шесть лет, которые я провел безвыездно на Мурмане, послужили для меня хорошей морской практикой и позволили познакомиться с тем, что приходится на долю моряка на небольшой палубной яхте в зимнее и осеннее плавание, в крепкий шторм со снегом и морозом". Он тепло отзывается о людях Мурманского края, отмечает их отзывчивость, доброту, трудолюбие, любовь к своей земле.

В 1912 году Брейтфус был назначен заведующим гидрометеорологической службой Главного гидрографического управления России. Он берется за создание первых четырех полярных станций в Карском море, поддерживает идею экспедиции на ледокольных пароходах "Таймыр" и "Вайгач".

Начальник Мурманской научно-промысловой экспедиции оказался одним из немногих, кто безоговорочно признал огромное значение снаряженных на частные средства полярных экспедиций Г. Л. Брусилова, В. А. Русанова, Г. Я. Седова.

Он одним из первых изучил принесенные в сентябре 1914 года штурманом Альбановым гидрологические данные, собранные за время дрейфа шхуны "Св. Анна", и "Выписку из судового журнала", составленную капитаном ее Г. Л. Брусиловым, и настаивал на их издании. (Об этом стартовавшем из Александровска трагическом походе в Арктику, история которого легла в основу романа Каверина "Два капитана", "Мурманский вестник" уже рассказывал. - Ред.) И в конце 1914 года приложением к 38-му тому журнала "Записки по гидрографии" с предисловием Брейтфуса эти материалы были опубликованы.

Автор предисловия считал, что "экспедиция Брусилова имеет немалую заслугу перед наукою и практикою. Мы обогатились целым рядом морских промеров в районах Карского моря, где никогда еще не плавало ни одно судно, а также непрерывными метеорологическими наблюдениями".

В марте 1917 года Альбанов, который познакомился с Брейтфусом еще до своего героического похода, когда работал на пароходах Архангельско-Мурманского срочного пароходства, обращается к Леониду Львовичу теперь уже с просьбой обработать материалы дневниковых записей, которые вел в ледовом походе.

И в ноябре 1917 года в Петрограде приложением к 41-му тому журнала "Записки по гидрографии" под названием "На юг, к Земле Франца-Иосифа!", с очерком Брейтфуса об экспедиции дневник Альбанова увидел свет.

НА КРЫЛЬЯХ НАД АРКТИКОЙ

В 1914 году Леонид Львович подал очень смелую по тем временам мысль - использовать на Российском Севере идею директора аэрологической обсерватории в Линденберге (Германия) профессора Гергезелля о применении самолета для географических исследований и поиска пропавших экспедиций. Так в экспедиции 1914 года, снаряженной на поиски экспедиции Седова, впервые по инициативе Брейтфуса был применен самолет-гидроплан "Морис-Фарман".

Но ученый на этом не остановился: вместе с Ф. Нансеном они создали международную организацию "Аэроарктика". Он издавал журнал этого общества, активно участвовал и в организации Полярной комиссии Российской Академии наук.

В 1920 году Брейтфуса командировали в Норвегию для оказания помощи унесенному дрейфующими льдами из Индигской губы в Карское море ледокольному пароходу "Соловей Будимирович" с 85 пассажирами. А два месяца спустя президент Академии наук академик А. П. Карпинский адресовал Брейтфусу письмо, в котором выражал признательность за выполненные работы.

Умер Л. Л. Брейтфус в ФРГ на 86-м году, до конца своих дней оставаясь работоспособным и деятельным. В России он имел высокий чин статского советника, был награжден многими орденами и медалями, в том числе Золотой медалью географического общества. Норвежское правительство присудило ему орден Святого Олафа.

Имя этого ученого можно встретить на некоторых морских картах. Хотелось бы надеяться, что географические названия будут не единственной памятью об этом человеке, внесшем столь существенный вклад в освоение и развитие Русского Севера.

Валентина КУЗЬМИНА, член Ассоциации исследователей Арктики