Пять лет назад даже близким людям затея североморского предпринимателя Андрея Козлова казалась, мягко говоря, сомнительной - не то время, чтобы браться за долгосрочные, масштабные и дорогостоящие проекты. Сейчас ведь как: уж если вкладывать деньги, то так, чтобы вложенный утром звонкий рубль к вечеру захрустел в кармане десятирублевой купюрой, а еще лучше - сторублевкой!

Проект Козлова коммерческой выгоды явно не сулил, ведь неисправимый романтик (или авантюрист?) задумал в Загородном парке "закрытого" города Североморска сделать зону отдыха, подобную той, что была здесь четверть века назад. Семья Козловых жила в те годы на улице Восточной, примыкавшей к парку, и большинство детских и юношеских воспоминаний Андрея связаны именно с этим местом. С друзьями он бегал по бесчисленным лабиринтам дорожек, катался на аттракционах и ходил в комнату смеха, участвовал в спортивных соревнованиях и пел под гитару да гармошку. Североморцы любили отдыхать здесь семьями. Но в конце восьмидесятых годов прекратилось финансирование, сократили штат сотрудников, и парковое хозяйство стало приходить в упадок. Вскоре о былых временах напоминали лишь остатки разбитых скульптур вдоль заросших тропинок.

Городские власти отдали Козлову Загородный парк в аренду. Но тем не менее когда в 2000 году он приступил к реализации задуманного проекта, нашлось немало ревностных охранителей парка, блюстителей экологии и чистоты. Вспомнили, что в реке Ваенге, которая протекает тут, нерестилась семга, а значит, эта зона должна контролироваться особо. И невдомек было, что уже давно упавший в воду мост перегородил семге путь на нерест. В итоге, чтобы получить разрешения на деятельность, Козлову пришлось дойти до инстанций в Москве.

Он вывез восемь грузовых машин мусора, почистил русло реки, поднял упавшие в воду мостки, восстановив переход, построил еще один мост, отсыпал два с половиной километра парковых дорожек, установил беседки с мангалами. С бригадой из пяти, иногда десяти человек строил корабль - копию фрегата "Петр и Павел" в натуральную величину. Такой фрегат в 1697 году на голландской верфи возводил русский плотник Михайлов, под фамилией которого, как известно, скрывался Петр Первый. Царь Петр, осваивая корабельное дело, пять месяцев усердно трудился под руководством лучшего мастера Ост-Индской компании Класа Поля. Предприниматель Андрей Козлов своими руками на свои деньги строил в течение пяти лет и четырех месяцев по чертежам, найденным в книгах и в Интернете, а также по образцу маленькой фабричной модели фрегата, которую собственноручно склеил в далеком детстве. Сейчас Андрей Борисович считает, что именно корабль и спас проект в Загородном парке - различные комиссии приезжали закрывать стройку несчетное число раз. Инспекторы видели, что что-то получается, и уезжали.

Основой для фрегата стали бревна с десятка старых североморских двухэтажных "деревяшек", которые предприниматель купил у владельцев. Дерево, несмотря на солидный возраст, оказалось отменно крепким, без червоточинки.

Строили, как в старину, без единого гвоздя, на деревянных чопах - такой постройке время не страшно. Лишь внешняя обшивка корабля за пять лет строительства обветрилась и приобрела налет благородной старины. Три корабельные мачты высотой 18, 20 и 27 метров втроем поднимали вручную. Фонари, такелаж и паруса ладили в точном соответствии с историческим прототипом, да так, чтобы все находилось в рабочем состоянии. Если бы не стоял корабль на каменном фундаменте, хоть сейчас распускай паруса и - вперед по неспокойным водам Ваенги.

Отделку на фрегате сделали побогаче, чем была в старину, - его украшают резьба и множество скульптур из ценных пород деревьев. У каждой фигуры свой смысл. Два огромных осьминога, по морскому поверью, охраняют корму - самое незащищенное место корабля. Такая же цель у 18 морских коньков, но у них есть и другая, утилитарная задача - быть основой перил на верхней палубе. По легенде, 10 маленьких ветродуев при отсутствии ветра помогают кораблю двигаться по морю, а в данном случае - охраняют мачты от коварных заполярных ветров. Деревянная рыба, установленная на носу корабля, устремлена вперед, чтобы вовремя заметить, какие препятствия ожидают на пути. А вот главной фигуры на форштевне пока нет. Парящего Ангела с шестиметровыми крыльями в размахе планируется вырезать этим летом, а сейчас огромная деревянная чурка находится на просушке.

Резьбой по дереву Андрей Козлов и его товарищи занимаются сами. Первые их опыты были простейшими, резьба как будто сделана неловкой детской рукой. Ее, как память сохранили на дверях на верхней палубе. Освоить азы деревянной скульптуры помог случайный гость Юра. Профессиональный резчик, участник международных выставок, он показал любителям-мастеровым основные приемы работы.

На изготовление каждой скульптуры уходит от одной недели до нескольких месяцев. Дракона на левом борту, например, вырезали полтора месяца. А как вырезали, оказалось, что ему нужна подруга. Иначе, гласит легенда, будет он вечно скитаться по морским просторам. Автор желал дракону другой судьбы - стать охранником домашнего уюта в кафе, что разместилось внутри фрегата. Внутреннее убранство помещений еще не завершено: стены также будут украшены деревянными скульптурами и барельефами на морскую тему. Но в последний день ушедшего года Андрей Козлов без традиционных церемоний открыл кафе.

- Надоело мне, что в последнее время вместо "Здрасте!" чаще говорили: "Ну, когда?!". Вот и поспешил, - объясняет хозяин.

Что испытывает человек, который долго идет к намеченной цели и наконец достигает ее? Кто-то - разочарование. Кто-то - пустоту. Андрей Козлов говорит, что нет ни того, ни другого. Есть радость, потому люди вернулись в Загородный парк, стали приезжать на отдых с детьми и стариками. В мае, например, в каждый праздничный день тут бывало до тысячи человек. Но он признается, что мечту свою воплотил лишь наполовину, хочет сделать так, чтобы круглый год здесь "все кипело и двигалось". В течение следующих двух лет у озера намерен поставить несколько семейных коттеджей, справить три настоящих русских баньки. Планирует создать базу снегоходов и построить конюшню. Лошади будут катать взрослых и малышей по проложенным по парку маршрутам к смотровым площадкам. Мечтает смастерить настоящую свадебную карету, чтобы привозить молодоженов к подвесному мосту - он и его планирует построить. К слову, у североморских новобрачных уже появилась традиция приезжать после регистрации в Загородный парк, фотографироваться на фоне мачт фрегата. Андрей Борисович даже исследование провел: узнал в ЗАГСе, сколько заключено браков, и сопоставил с числом свадебных кортежей, побывавших в парке. Цифры совпали!

"Мечтаю обустроить сад камней - семь больших валунов так причудливо разбросаны неподалеку от фрегата. Мечтаю построить ветряк, чтобы раз и навсегда отказаться от услуг электросети. Есть задумка небольшой банкетный зал сделать в стиле каюты капитана Блада - в шелках и позолоте..." - за полетом его мыслей едва успеваешь. Что это, прожекты? Но фрегат тоже когда-то казался прожектом, а вот ведь, гордо стоит над рекой и, словно дразня, красуется на его борту надпись на латыни: "И это дело надо сделать, и того не упустить". Девиз экипажа старинного корабля стал девизом жизни Андрея Козлова: не упустить возможности сделать хорошее дело. Как говорили на Руси, Бог в помощь!

Лариса Головина, Североморск