На моей памяти такого еще не было. Во вторник не вышел "Мурманский вестник" - официальный печатный орган государственной власти области.
О причинах случившегося можно говорить по-разному: спокойно или эмоционально, коротко или неспешно размышляя. К примеру, кому-то будет достаточно и такого объяснения: в одном из микрорайонов Мурманска произошло отключение электроэнергии, форс-мажорные обстоятельства... Другие, попавшие в крайне затруднительное положение из-за остановившихся троллейбусов, невозможности накормить горячей пищей ребенка, холодеющих батарей отопления, возможно, захотят копнуть поглубже, вспомнить прежних и нынешних градоначальников, а также реорганизацию "Колэнерго", во время которой нам объясняли, что хуже не будет.
В принципе о случившемся вообще можно было бы больше не рассуждать - средства массовой информации уже информировали мурманчан о ЧП. Предоставил возможность высказаться вчера некоторым специалистам по этому поводу и "Мурманский вестник". А вновь вернуться к теме меня побудил генеральный директор Мурманской ТЭЦ, который, выступая перед журналистами, не дал гарантии, что подобного не повторится, и заявил, что произошло рядовое короткое замыкание.
Что одни считают рядовым, обыденным, то для других может оказаться потрясением. К числу других я отношу и себя.
Припоминаю историю выпуска газет, в которых мне доводилось работать. Даже в тяжелейших условиях войны газеты исправно выходили. Помимо того, сотрудники, скажем, "Кировского рабочего", ухитрялись дополнительно выпускать листовки на немецком и финском языках. Был задействован мощнейший ресурс человеческих возможностей. А каково чувствовать себя ненужным, беспомощным в мирное время? Прежде, помнится, в подобных условиях газеты печатались в других городах. Сейчас же, с внедрением в жизнь компьютерной техники, при возникновении таких ЧП у нас нет запасных вариантов оперативного выпуска газеты.
А теперь картинка из жизни редакции в понедельник, 23 января. В полдень отключается электричество - пропадает компьютерный набор оперативных материалов, написанных журналистами с утра, замолкает ряд телефонных аппаратов - тех, что питаются от розетки в 220В. К руководству редакции подходят сотрудники: что делать? Кого-то отправляем домой набирать материалы на домашних компьютерах, кто-то звонит в соответствующие службы и спрашивает: когда будет свет? Вразумительных и утешительных ответов нет. Областное радио молчит - его тоже коснулось ЧП. В бойлерной редакции, естественно, не работает электронасос, в батареях отопления падает температура. К вечеру становится прохладно, кое-кто надевает пальто. В темноте умные компьютеры становятся страшноватыми - о них можно набить шишки. В 17 часов при свечах пишется и передается по телефону на областное радио сообщение о том, что газета во вторник не выйдет.
А во вторник приходилось объяснять звонившим нам читателям (кто не слышал объявления по радио), почему не вышел "Вестник".
По нашим прикидкам, от срыва выпуска газеты редакция понесла материальный ущерб в сумме около тридцати тысяч рублей. А кто измерит моральные, а если угодно и политические, издержки? Но в суд мы не пойдем. Как правило, в таких ситуациях оказывается, что виноват фидер. И пишется он в отличие от фамилии человека, виновного в ЧП, с маленькой буквы. Так что со сдохшего фидера не взыщешь.
Короткое замыкание показало нашу незащищенность от энергетических катаклизмов и бездейственность какой-либо системы мер своевременного и адекватного реагирования на подобные ситуации.
В редакции мы сделали кое-какие выводы. Достанем из пыльных ящиков старенькие телефоны, не зависящие от горэлектросети, с уважением будем относиться к опять же старым проводным радиоточкам, закупим большие восковые свечи... Вот только дать гарантию, что все у нас будет нормально и читатели своевременно будут получать газету, как и директор Мурманской ТЭЦ, я не могу. Потому что редакция зависит от той же ТЭЦ и прочих городских служб. И еще потому, что жизнеобеспечению важных объектов у нас не уделяется столько внимания, сколько организации всенародных гуляний, фестивалей, карнавалов.