Конец осени - для геологов пора особенная. Заканчиваются полевые работы, наступает время подводить итоги, приниматься за обработку собранных в долгих походах данных. А у мурманских геологов на эти дни приходится еще одно событие - пусть не круглая, но все же весомая дата, 35-летие создания Морской арктической геологоразведочной экспедиции (МАГЭ). И это достойный повод поговорить о пройденном пути и завершенном полевом сезоне. Правда, поскольку наши геологи особенные, морские, то и понятие "полевые работы" применимо здесь лишь как устоявшееся словосочетание: ведь эти "поля" находятся под толщей морской воды! Их изучению мурманские ученые посвятили без преувеличения всю жизнь. В общем, почти как в песне - подводные поля навсегда.

Геолог с косой

Чего только не довелось испытать сотрудникам МАГЭ за эти три с половиной десятка лет. Во время плаваний они спасали терпящие бедствия суда и открывали подводные горы, закрашивали "белые пятна" на географических картах и находили богатейшие месторождения нефти ("Мурманский вестник" уже неоднократно публиковал на своих страницах яркие истории, рассказанные морскими геологами). А начало деятельности предприятия было довольно скромным. И хотя изучение геологии Баренцева моря стартовало раньше, чем поиск полезных ископаемых непосредственно на Кольском полуострове, решение о создании в Мурманске научно-производственного предприятия для изучения шельфа северных морей было принято лишь в 1972 году. Им стала Комплексная морская арктическая геолого-геофизическая экспедиция (КМАГЭ, несколько позднее - МАГЭ), созданная в составе НИИ геологии Арктики. Ее первым начальником был назначен офицер-гидрограф в отставке, потомственный магнитолог Николай Трубятчинский, возглавивший группу энтузиастов, не имевших в то время ни собственных судов, ни аппаратуры.

К концу 1972 года экспедиция приобрела два рыболовных траулера, которые нуждались в модернизации и оснащении, заказала научное оборудование. Быстрому развитию способствовали талант и целеустремленность сотрудников. Так, геологи собственноручно изготовили сейсмическую косу - устройство в виде длинного кабеля с датчиками для изучения строения земной коры. Следующее десятилетие стало для КМАГЭ периодом расцвета. Изучение шельфа северных морей с перспективой открытия месторождений нефти и газа было для государства в числе приоритетных вопросов, и средств на науку оно не жалело. Флот МАГЭ вырос до десяти судов, как новых, так и весьма заслуженных, среди которых одно время был даже ледокол "Красин" (ныне он, переоборудованный в музей, стоит у набережной Петербурга). Появилось и собственное здание, стройная девятиэтажка на пересечении улиц Софьи Перовской и Папанина: обработка и систематизация полученных "в поле" данных - дело трудоемкое и кропотливое, и здесь без оснащенной "базы" никак не обойтись.

В то время работать в мурманской экспедиции мечтали выпускники ведущих вузов страны. Здесь находился передний край науки, здесь была романтика. И штат в доперестроечные годы составлял свыше 800 человек.

Увы, кризис 90-х привел МАГЭ, как и многие другие отечественные научные учреждения, на грань развала. Волна сокращений прошлась и по высококлассным специалистам, штат уменьшился до 300 человек, резко упали объемы работ. Но вопреки всем трудностям экспедиции удалось удержаться на плаву. В середине 90-х прошло акционирование, экспедиция стала именоваться ОАО "МАГЭ". И самое главное, здесь сохранился костяк коллектива, научный потенциал не был безвозвратно утерян.

- То, что у нас остались квалифицированные кадры - одно из наших главных достижений переходного периода, - считает главный инженер МАГЭ Игорь Заяц. - Сейчас уже чувствуется уверенность в завтрашнем дне, а платформа для роста у экспедиции есть. Коллектив устоявшийся, сработавшийся. К слову, наш нынешний генеральный директор, Геннадий Казанин, - третий руководитель предприятия за 35 лет, что также является признаком стабильности.

И перспективы действительно видны. За последнее время штат пополнился молодыми специалистами - выпускниками мурманских и иногородних вузов, в том числе из Петербурга. Пример МАГЭ наглядно показывает: разговоры о том, что в науку и производство не вливаются новые силы, уже не соответствуют действительности.

"Титаник" - не пример

В целом же за 35 лет работы по части достижений Морская арктическая геологоразведочная экспедиция даст фору многим научным институтам. Заниматься изучением морей Северного Ледовитого океана ей, как говорится, сам бог велел, прочие же, казалось бы, не должны интересовать арктическую экспедицию. Но нет, мурманские морские геологи работали и в Атлантике, и в Индийском и Тихом океанах - то есть фактически по всей планете! Отдельная страница связана с изучением морей Антарктики.

- В 1986-87 годах мы оказались первыми, кто пришел в Южный океан на научно-исследовательском судне, до этого там проводились только попутные работы, - вспоминает заместитель генерального директора по флоту Николай Сидоров. - На НИС "Геолог Дмитрий Наливкин" добрались до моря Росса, выполнили исследования комплексом методов. Фактически МАГЭ стала пионером подобных работ у берегов Антарктиды, которые проводились СССР в рамках масштабной программы исследований самого южного материка. Там, в окружении айсбергов и пингвинов, мы провели почти полтора месяца, а все плавание вместе с переходом из Мурманска и обратно заняло полгода. Впервые физические объемы работ в этом удаленном районе достигли уровня подобных исследований таких стран, как США, Германия и Италия.

Всего за 27 лет работы в МАГЭ Николай Михайлович в море проходил около пяти лет.

- Что больше всего запомнилось во время плаваний - дружба всего экипажа, научного и морского составов, - говорит он. - Было ощущение, что мы делаем одно общее дело, поэтому вместе старались трудиться как можно лучше, вместе радовались успехам, и работа казалась очень интересной.

"Соленые волны, соленые дни..." - этого в достатке было в жизни практически всех сотрудников МАГЭ, в том числе и у ее генерального директора Геннадия Казанина и других руководителей. В последние годы география интересов мурманских геологов сузилась. Тем не менее одно из судов экспедиции, НИС "Профессор Куренцов", трудилось не только в Арктике, но и в водах теплого Индийского океана. Другое, "Геолог Дмитрий Наливкин", постоянно работает в "чужих морях" по заказам зарубежных компаний. А вот третье судно МАГЭ, "Геофизик", в основном занято на исследованиях северных морей. Кроме того, у экспедиции есть катер "Янтарь", который занимался экологическим мониторингом Кольского залива.

- Сейчас мы модернизируем суда, - рассказывает Николай Сидоров. - Оснащаем новым оборудованием, в основном импортным, так как отечественные производители, увы, сильно отстали. Все наши суда имеют международные сертификаты, благодаря чему могут работать в любых морях и заходить в любые порты.

Государство ставит на карту

Сплоченность, техническая подготовка, грамотное руководство - все это позволяет коллективу Морской арктической геологоразведочной экспедиции успешно развиваться и уверенно держаться в авангарде геолого-геофизических работ, проводимых на шельфе северных морей.

- Недавно мы закончили и отправили в Российский геологический фонд отчет о комплексных геолого-геофизических исследованиях на Западно-Шпицбергенском шельфе, проводившихся по заказу Федерального агентства по недропользованию, - рассказывает главный геолог МАГЭ Сергей Шкарубо. - В этом году выполнены работы по изучению нефтегазоносности морей Баренцева и Лаптевых. Кроме того, продолжали составление Государственной геологической карты России третьего поколения для Белого моря, которая включает электронную базу данных - разностороннюю информацию о земной коре.

Речь пока что идет не об открытии новых месторождений. Это так называемый региональный этап работ: сейсморазведка по довольно редкой сети позволяет закрасить "белые пятна" на геологических картах мелкого масштаба и дает лишь общие представления о строении земной коры. За ним последует поисковая стадия, когда будут изучаться локальные структуры, оцениваться возможные запасы полезных ископаемых. И лишь после этого на участки смогут прийти конкретные недропользователи, нефтегазовые компании. Так что процесс этот довольно протяженный во времени, он может длиться (как, например, произошло в случае со Штокманом) несколько десятков лет.

Но поскольку возраст МАГЭ уже вполне зрелый, то среди обнаруженных мурманскими морскими геологами перспективных районов есть и уже разведанные, где подтверждено наличие крупных месторождений. Так, в свое время "мелководная партия" МАГЭ, в которой Сергей Иванович работал геологом, приложила руку к открытию известных Обского и Каменномысского месторождений.

- В 1984-86 годах мы проводили работы в Обской губе и выявили там крупные нефтегазоносные структуры. Потом именно там провели детализацию, пробурили скважины и открыли эти два месторождения. Район очень удобный - недалеко от берега, на мелководье.

Не удивительно, что работа наших ученых весьма востребована. Об этом говорят и многочисленные заказы, в том числе и от иностранных компаний, которые поступают в МАГЭ, несмотря на довольно жесткую конкуренцию в данной сфере. Признаны заслуги земляков и на официальном уровне. Не так давно несколько сотрудников Морской арктической геологоразведочной экспедиции были удостоены премии правительства Российской Федерации в области науки и техники. Высокую награду специалисты получили за разработку, научное обоснование и внедрение прогрессивных технологий для создания эколого-геологических основ недропользования на Западно-Арктическом шельфе России.

Что ж, исследование арктических морей для России вновь становится весьма важным направлением, и работы здесь, несомненно, будут продолжены. И можно с уверенностью сказать, что в современном наступлении на Арктику сотрудники МАГЭ останутся на передовой.

Илья ЛЕОНИДОВ