Звонок из Москвы на время оторвал от забот текущей жизни. Звонил Владимир Корельский. Землякам постарше это имя хорошо известно: свой, мурманчанин, с палубы рыбацкого судна взошедший по ступеням на самый верх, пять лет возглавлявший всю рыбную отрасль страны? И меня вдруг повело на воспоминания.
1969 год, транспорт "Башкир", ночная вахта, прозванная на море "собачьей", и ночное чаепитие в кают-компании, ключом от которой распоряжается молоденький, коренастый штурманец с пухлыми губами. Штурманец скромен, в разговоре смущается: разница в возрасте большая, аж восемь лет, да и в образовании тоже. Он закончил "архаровскую среднуху", то бишь Архангельскую мореходку. У меня столичный вуз, учеба в Литинституте, публикации. Близких отношений за тот рейс не сложилось, и, может быть, совсем бы он выпал из памяти, если бы лет через пятнадцать я не признал бы его в новом начальнике нашего ?Севрыбхолодфлота?.
Плавсоставу с большим начальством редко приходится общаться. За время, когда Корельский командовал флотом, мы так и не встретились. Он продолжал шагать вверх и скоро превратился в начальника всего главка "Севрыба". Тут-то и посоветовал мне молодой бизнесмен и небезнадежный литератор Юрий Савин, обратиться к нему за рыбой. Перестройка шла полным ходом, в издательствах писателей уже не печатали, нужно было самому доставать деньги для изданий. А Савин завел хорошие контакты с целлюлозобумажным комбинатом в Карелии и предложил мне за вагон мойвы полвагона бумаги, которых должно было хватить на издание полновесной книги.
Корельский встретил приветливо. Вспомнили "Башкир". Странно, но он помнил совсем не то, что я. Как бы между прочим сообщил, что заочно окончил "вышку" и только что - Академию при Совете министров с отличием, даже защитил кандидатскую диссертацию. В планах на будущее уже просвечивала Москва. Говорил он так по-свойски, что я решил попросить за своего товарища Витю Балалайкина, начальника механико-судовой службы. Альберт Леванов, начальник флота, намеревался его увольнять. "Что он, совсем с ума сошел?! - возмутился Корельский. - Такими кадрами бросаться!" - "Витя сказал, что собирается в море." - "Почему же он ко мне не обратился?" - "Он гордый, постеснялся?" - "Пусть не глупит. Не бойся, мы Виктора Васильевича не отпустим. Такие специалисты нам самим нужны."
Вопрос с рыбой он решил сразу, стоило только заикнуться; похоже, ему удовольствие доставляло прийти на помощь. Книга, правда, так и не появилась, ленинградский издатель меня нагрел без стеснения. Я остался и без книги, и без бумаги. В то время такое надувательство было почти что нормой. Учиться надо было новым отношениям, варежку не разевать...
Следующее наше общение было заочным. Я пригласил его в Художественный музей на презентацию книги воспоминаний Георгия Бородулина, организатора и первого начальника "Севрыбхолодфлота", который сам, к сожалению, ее не дождался. Корельский к тому времени уже года три работал в Москве и, конечно, не приехал. Но в разгар вечера вдруг вбежала в зал взволнованная директриса музея Римма Мурадян и вручила правительственную телеграмму из Москвы, подписанную Корельским, который возглавлял комитет по рыбному хозяйству. Он поздравлял с выходом книги. Георгия Михайловича Бородулина многие рыбацкие флотоводцы искренне уважали и считали своим наставником.
Прошло много лет, и вдруг этот телефонный звонок. А через неделю на моем письменном столе лежала великолепно изданная книга под названием "Вселенная моря, или На волнах судьбы". Изданная немалым тиражом, с цветными фотографиями автора в окружении первых людей России, часть которых, правда, со временем утратила былой блеск и авторитет. Есть в книге фотографии и с Папой Римским Иоанном Павлом II, и с героическим Нельсоном Манделой; вот Патриарх Алексий Второй награждает автора, а вот фото короля и королевы Норвегии, красотой которых можно залюбоваться... Такие вот снимочки иллюстрируют жизненный путь коренастого архаровского штурманца, выходца из Холмогор, который когда-то разговаривал, потупя взор от стеснения. Удивительное дело, как много люди могут успеть за свою достаточно короткую зрелую пору. Да, кстати, и называется этот том так: "Вселенная моря, или На волнах судьбы".
Перед тем как погрузиться в чтение, я припомнил изданную четыре года назад книгу Михаила Ивановича Каргина "Рассказы и воспоминания рыбака", рецензию на которую напечатал в "Мурманском вестнике". А до этого была книга "Пожнешь судьбу" Альберта Филипповича Леванова, которую мне довелось редактировать. А еще раньше - упомянутая уже "Ничего, кроме правды" Георгия Михайловича Бородулина. Всё полновесные, значительные тома, написанные людьми, каждый из которых в свое время руководил "Севрыбхолодфлотом".
И неожиданная, чуть ли не мистического свойства мысль пришла в голову: флота нашего нет, спет по нему реквием, но вот, оказывается, начальники, управлявшие им в разные годы, настолько серьезно к нему относились, что каждый оставил свою страницу не только в нем, но и о нем. Каждый на многих листах повествовал о заботах "Холода", вкладывая в эти листы душу и сердце, вкладывая теперь уже навсегда - ведь что написано пером, как известно, не исчезает... Да простится мне корпоративный патриотизм, но мысль, что нет иного рыбацкого флота, о котором написано столько серьезных работ, приносит удовлетворение.
В книге Корельского более шестисот страниц - казалось бы, не жалеет он читателя. Но воспринимается она легко, с интересом, предлагая осмысленный автором обширный жизненный материал. Не только о производстве ведется в ней речь, но и о природе, об увлечених, и о более тонких проявлениях жизни, выраженных в искусстве, будь то музыка или живопись. Все это поднимает текст, отличая его от обычного производственного или автобиографического повествования. Чего стоит неожиданная и тем более интересная глава, посвященная земляку, состоявшему в одном с ним роду Корельских-Ломоносовых, - Михаилу Ломоносову. Основываясь на неопубликованных записках недавно умершего Василия Корельского, автор предлагает своеобразную историческую концепцию, новый взгляд на родословную нашего выдающегося ученого. Думается, взгляд этот должен заинтересовать и профессиональных историков.
Многие страницы книги показывают, что автор свободно ориентируется в пространстве современной культурной жизни столицы. Любит музыку, постоянно посещает труднодоступные концерты Спивакова, бывает на вернисажах, дружит с артистами. Он широко освоил Москву и чувствует себя в ней свободно. Несмотря на занимаемые посты она в его описании предстает перед нами не столько чиновной, сколько культурной.
И все же в основе - дело: экономика, рыбная промышленность, ставшая стержнем судьбы. Вместе с Корельским мы погружаемся в рыбацкую жизнь, шаг за шагом узнаем и осваиваем ее новые территории. Транспорт, плавбаза, управление "Севрыбхолодфлота"... Вот он уже начальник флота, вот - главка "Севрыба", вот - всего рыбного хозяйства страны... Удивляет память автора, точность формулировок. Он доходчиво излагает свои взгляды на переустройство отрасли, и эти взгляды самостоятельны, не всегда они сходятся с точкой зрения сильных мира сего.
Это только с самого низу кажется, что чем выше человек взбирается по служебной лестнице, тем он становится свободней. В действительности чаще бывает по-иному. Уже возглавляя Госкомрыболовства он часто сталкивается с проблемами, которые невозможно решить. Не теряя сдержанности, говорит о своем несогласии с Анатолием Чубайсом в то время, когда тот работал в правительстве и располагал властью, распространявшейся и на рыбную отрасль. Не разбираясь глубоко в ее делах, Чубайс тем не менее утверждал свое мнение, и пользы флотам это не приносило.
Путешествуя с автором по морям, странам и континентам, мы с особым интересом возвращаемся вместе с ним к мурманским берегам. Опираясь на опыт и знания, полученные на посту председателя Госкомрыболовства, он дает свою картину жизни рыбных флотов Мурманска в самую драматичную пору его существования - периода приватизации, превращения плановой экономики в рыночную.
"По сути это было разворовывание общенародной собственности. Но это разворовывание было нелегальным, потому что легальных, законных схем разгосударствления не существовало... Всякий здравый смысл игнорировался открыто и бесстыдно... Примером такой приватизации стал "Мурманрыбпром", чьим трудом в немалой степени создавалась слава рыбного Мурмана. Управляющий флотом Брейхман после продажи значительной части флота скопил себе немалый капитал и проживает теперь в Германии, весьма небедно живет. А коллектив, а моряки?" - задается вопросом Корельский.
Распространенным ответвлением схемы приватизации было создание при предприятии бесконечных дочерних конторок. Очень в этом, по мнению автора книги, преуспел тралфлот, образовавший бесчисленное множество "дочек": "Все это была не собственная приватизация, так как до прямого передела собственности в этом случае не дошло. Но через "дочек" чаще всего проводились мощные финансовые потоки. Экспорт, всякий прибыльный бизнес - все это, как правило, контролировали "дочки", высасывая и опустошая материнское предприятие".
Особое внимание уделяет Владимир Федорович, как и следовало ожидать, родному "Севрыбхолодфлоту".
Проработав в "Холоде" с первого до последнего его дня, казалось бы, все уже я о нем знаю, не может быть открытий, касающихся его жизни. Уже и флота нет, уже и владельца его, Альберта Леванова, в тюрьму посадили и из тюрьмы выпустили, и даже успели похоронить, светлая ему память... Помню, несколько человек собрались тогда, в начале 2005-го, в помещении Ассоциации творческих Союзов, которое он помогал ремонтировать, выпили не чокаясь. Вспоминали флот, свои молодые, овеянные свежестью морские годы. А на соседней улице Карла Либкнехта, где располагается холодфлотовское общество ветеранов, которое по-прежнему заботливо опекает Владимир Блинский, возможно, в тот момент встречались другие наши соплаватели и ровесники. И ни мы, ни они не знали тогда последней правды о флоте: кто им в действительности завладел... Но вот открыл книгу, и открытия возникли, да еще какие!
"В середине 90-х транспортный флот "Севрыбхолодфлот" был переведен под управление в США, - пишет Корельский. - Все лучшие транспортные суда, гордость бассейна, перешли под команду посредника - генерального директора. Им стал Леонард Лев".
Я сам тогда ходил на транспортном рефрижераторе "Полярные Зори", который работал на промыслах Дальнего Востока. Мы, моряки, знали, что в Штатах нами управляет Лева Усатый. Так его называли за глаза: с фирмой общались по радиосвязи и самого его не видели. То, что он был импресарио Михаила Шуфутинского и Вилли Токарева, нам тоже было неизвестно. В то время на Востоке сложилась напряженная обстановка в рыбной отрасли: кланы боролись за распределения сфер влияния... Вот что говорит об этом Корельский: "Небезызвестный Япончик, Вячеслав Иваньков, пытался получить долю в экспорте рыбной продукции. Развернулась настоящая бандитская война. Многие сторонники Иванькова были убиты или покинули Дальний Восток. Затем среди нового передела собственности появились очередные претенденты на "Севрыбхолодфлот". В результате Мурманск лишился мощного предприятия".
Беру на себя смелость продолжить цитату (как говорится, сам себя не похвалишь...): "Хорошо про распад флота написал в статье "Реквием по флоту" писатель Борис Блинов в "Мурманском вестнике" от 18 февраля 2005 года". Хоть и находится вдалеке, но читает Владимир Федорович местные газеты, и это отрадно.
В книге приведено письмо капитана, который, называя известные наши суда - "Капитан Лазарев", "Капитан Чурилов", задается вопросом: "Они что, не севрыбхолодфлотовские?" Корельский отвечает, и от слов его становится не по себе: "Да, эти кораблики теперь ходят под флагом Япончика. Так мы теряли суда".
Как говорится, тут ни убавить, ни прибавить: мрачно знаменитый не только в России, но и в США Япончик управляет бывшим "Севрыбхолодфлотом"... Многое теперь становится ясным, в том числе и то, откуда в книге Леванова взялись его снимки с Токаревым и Шуфутинским. Видно, тот самый импресарио и свел, чтобы польстить знакомством с эстрадными звездами... Непонятно только, как мы смогли дойти до жизни такой и что в это время делали власти. Со слов Леванова, вышедшего из тюрьмы, я знаю, что не такое уж безнадежное у него было положение и небольшая помощь помогла бы избежать и ареста, и последовавшего вскоре дробления "Холода". Но прошлого не воротишь. Ни человека, ни флот защитить не захотели - или не смогли... И нет теперь ни того, ни другого.
Но, говорят, снявши голову по волосам не плачут. И не хотелось бы на печальной ноте заканчивать заметки о хорошей книге. Рассказ проницательного и хорошо информированного человека об сложных, переломных временах - он сейчас очень к месту. Чтобы идти дальше, чтобы выбрать верный курс, надо точно знать, где мы находимся и как туда попали. Хотя и не только этим ценна книга. Как я уже говорил, не только моряки, но и многие другие читатели смогут найти в ней для себя немало интересного и важного.
А что ж автор? Где теперь пребывает? А он одной ногой в Москве, другой на Камчатке: в ранге вице-губернатора Владимир Федорович возглавляет представительство этого дальневосточного края в столице? Вот это, пожалуй, жаль. Жаль, что в Москве он защищает Камчатку, а не Мурманск.