Общеизвестно, что император Александр III и его сын Николай II, продолжая исправление совершенных первыми Романовыми ошибок, провели железную дорогу к берегу Баренцева моря и заложили Мурманск.

Менее известно, что основания для этого строительства былине только военные и экономические, но, прежде всего нравственные…

Когда в конце XIX века возник вопрос, где основать главный морской порт, императора Александра III настойчиво убеждали, что единственно возможное место для этого Либава.

Мнение это, как показала история, было глубоко ошибочным.

Император Александр III соглашался, что в Либаве может быть устроен приличный морской порт, но делать главной морской базой залив, в котором все военно-морские силы могут быть блокированы противником? Этих сомнений не могли развеять аргументы морского и военного министерств, лоббирующих проект, сулящий им немалые личные выгоды.

Вот тогда-то, как вспоминает С. Ю. Витте, у императора Александра III и возникла мысль устроить порт в таком месте, где бы, с одной стороны, была гавань, не замерзающая круглый год, а с другой стороны, гавань эта должна была быть совершенно открыта, и из нее можно было бы выходить прямо в море.

«Императору говорили, что подобный порт можно найти только на Мурманском берегу, т. е. на нашем дальнем Севере, - пишет С. Ю. Витте. - Вот император и поручил мне поехать на Север, познакомиться с ним и узнать, нельзя ли найти там такого рода незамерзающую гавань, где можно было бы строить большой военный флот, такую гавань, которая послужила бы нам главной морской базой…

Когда я отправлялся туда, то император указывал мне на то, что когда был голод на Севере, то было очень трудно бороться с голодом, и многие умирали только из-за невозможности доставки туда хлеба; при этом император высказывал мне такого рода мысль - свою мечту, - чтобы на Север была проведена железная дорога, чтобы край этот, интересы которого он принимал очень близко к сердцу, не был обделен железными дорогами. Он говорил мне о том, как бы он был рад, если бы ему удалось видеть там железные дороги, которые обеспечили бы этому краю подвоз хлеба на случай будущих голодовок»…

Свидетельство чрезвычайно интересное.

Император Александр III ставит сугубо военно-стратегическую задачу, и уже сама постановка ее подразумевает абстрагирование от человеческих частностей, от людских неудобств и горестей, но именно эти частности и выдвигаются как самые важные в обосновании задачи: «было трудно бороться с голодом», «чтобы край не был обделен железными дорогами»…

С точки зрения приверженцев Петра I, Ленина или Ельцина, логика императора Александра III выглядит нелепо. Но ведь вышеназванные правители и осуществляли все свои переустройства и реформы только ради самих реформ. Какой ценой предстоит заплатить за это народу, их не интересовало. Более того, не очень интересовало их и то, что станет после этих своевольных переустройств со страной.

Император Александр III являл собою тип совершенно другого правителя. Он демонстрировал образ благоверного служения, где пути устроения, развития и защиты Отечества совпадают с путями спасения собственной души и нравственное не только не противоречит государственному, но помогает найти верные в стратегическом плане решения…

Увы…

Реализовать план строительства порта в Екатерининской гавани на Мурмане Александру III не удалось. Незадолго до своей кончины он сделал соответствующую резолюцию на докладе Витте, но издать необходимые указы не успел.

20 октября 1894 года в Ливадии оборвалась его жизнь.

«Не плачь и не сетуй, Россия! - записал в этот день святой праведный Иоанн Кронштадтский. - Хотя ты не вымолила у Бога исцеления своему царю, но вымолила зато тихую, христианскую кончину, и добрый конец увенчал славную Его жизнь, а это дороже всего!»

Исполнил волю отца император Николай II, но - Сергей Витте считает, что это было сделано по настоянию великого князя Алексея Александровича, воспользовавшегося мягкостью и неопытностью молодого государя, - с опозданием на два десятилетия, с затратой огромных денег на сооружение абсолютно ненужных России сооружений в Либаве…

Николай КОНЯЕВ.