Возможно, уже в самое ближайшее время промысел камчатского краба в Баренцевом море придется на какой-то период запретить полностью. К таким неутешительным для краболовов выводам пришли специалисты ПИНРО в ходе завершившейся на днях научно-исследовательской экспедиции.
Основная ее цель - оценка распределения краба по районам моря и общего его запаса в водах, омывающих Кольский полуостров. За август-сентябрь ученые ПИНРО успели провести водолазно-ловушечную съемку в прибрежной части Баренцева моря и траловую - подальше, в традиционных местах промышленного лова этого ценного гидробионта. «Штаб» ихтиологов находился на борту СРТМ «Миргород», еще четыре специализированных краболовных судна для их полноценной работы любезно предоставила одна из мурманских добывающих компаний. Впрочем, судовладельцы не меньше ученых заинтересованы в получении оперативной и всеобъемлющей информации о состоянии популяции краба. В ходе промысла капитаны краболовных траулеров воочию убеждаются, что «урожай» становится все беднее. И последние изыскания ученых Полярного института подтверждают их худшие опасения.
Подобные исследования специалисты ПИНРО практикуют с 1994 года. Раньше они проводились два раза в год. Теперь, в связи с сокращением финансирования, только осенью. Тем не менее тревожную тенденцию ученым проследить удалось. По словам начальника рейса, научного сотрудника института Михаила Пинчукова, в последний раз с уверенностью говорить о том, что краб активно размножается, можно было в 2003 году. Тогда численность его популяции достигла максимального уровня. С той поры промысловый запас краба постоянно уменьшается.
Как считают ученые, изменения климата на планете пока существенного влияния на биологический цикл крабов не оказывают. Да, благодаря некоторому повышению температуры арктических вод в последние годы отдельные концентрации краба сместились от западной оконечности Кольского полуострова (район Рыбачьего) на обычно более холодное мурманское мелководье и далее по побережью на восток. Но как пришли, так и могут вернуться обратно. Кстати, уже в ходе нынешних исследований отмечено пусть пока и незначительное, но снижение температуры в придонной части моря. В текущем году происходит аномально поздний выход краба из 12-мильной прибрежной зоны, где находятся основные места его икрометания, размножения и нагуливания веса до необходимых кондиций. Так что с глобальным потеплением, неизбежность которого нам упорно предрекают, придется подождать. Рано или поздно все возвращается на круги своя. Матушка-природа прекрасно умеет поддерживать равновесие внутри своего «организма». Если, конечно, нет агрессивного вмешательства извне. А вот с этого места придется поподробнее.
Первопричиной всех бед специалисты называют слишком интенсивный и слабо регулируемый промысел краба. Если еще точнее, практически не поддающийся пока контролю браконьерский его вылов. Об эффективности действий силовых структур и пограничников можно судить по непрекращающимся сообщениям о фактах массового контрабандного вывоза ценного продукта из мест нелегальной его переработки. Правоохранительные органы как могут пресекают такие попытки. Но нелегко охватить контролем протяженное малолюдное побережье Баренцева моря, а соблазн сорвать быстрый и немалый куш для браконьеров достаточно высок, чтобы снова и снова идти на риск.
Наука в данном случае бессильна. Единственное, что могут сделать ученые в сложившейся ситуации, - рекомендовать различным правительственным структурам, устанавливающим объемы общедопустимого улова того или иного вида морских биоресурсов, снизить их размер. Либо, учитывая уровень опасности для популяции краба, вовсе запретить его промысел на определенный восстановительный период. Правда, пострадают при этом в первую очередь как раз добросовестные крабодобытчики, ведущие промысел открыто и по закону.
Что интересно, именно они, чей интерес, казалось бы, в как можно большем вылове, выступают в данной ситуации союзниками ученых и поднимают во всех инстанциях вопрос о необходимости уменьшения квот на добычу краба в Баренцевом море. Но ни те, ни другие пока поддержки своей инициативы официально не получили. Более того, в отдельных ведомствах их еще и подвергают критике за «паникерские настроения». В столице ненавязчиво настаивают на дальнейшем увеличении промысла краба. Хотя, по словам Михаила Пинчукова, открытого давления на мурманских ученых никто вроде не оказывает. Но часто подготовленные ими по результатам морских исследований рекомендации так и остаются не востребованными, а на переговорах по квотам, в том числе и на международных, чиновники озвучивают совсем иную точку зрения. Цифры ведь в умелых руках так легко поддаются «корректировке».
Ученые традиционно осторожны в своих прогнозах, но все же признают, что крабовой популяции в Баренцевом море потенциальную опасность сможет представлять соседство с газовиками, осваивающими Штокмановское месторождение. Пусть влияние это будет локальным, но полностью избежать его будет нельзя. В частности, в районе Териберки, где по дну пройдут нитки трубопровода. Как раз в тамошних теплых прибрежных водах молодь краба развивается и живет первые 7 лет, и только потом мигрирует дальше в открытое море. Там же, на териберском мелководье откладывают икру самки краба. Малейшее загрязнение окружающей среды в тех местах неизбежно скажется негативно на будущих поколениях так вроде уже комфортно прижившегося в арктических водах дальневосточного «пришельца». Потому особенно отраден тот факт, считает Михаил Пинчуков, что представители нефтегазовой отрасли с готовностью идут на открытый контакт с учеными ПИНРО, принимают к сведению их рекомендации при проработке своих проектов. Глядишь, сообща и удастся сохранить популяцию северную разновидность камчатского краба в объемах, достаточных и для его безпроблемного дальнейшего существования, и для промышленного лова.