Настоящие охотники - лучшие защитники природы. Парадокс? Вовсе нет. Чтобы убедиться в этом, стоит прочесть недавно выпущенную книгу «Лесными тропами». Ее автор - известный ученый-дендролог, сотрудник Полярно-альпийского ботанического сада-института, заслуженный лесовод РФ Лерий Казаков. Сборник очерков продолжил прервавшуюся традицию издания популярных книг о природе Кольского края. Как говорят знающие люди, предыдущая вышла в Мурманском книжном издательстве в 1974 году - это были «Рассказы зверового охотника» Алексея Васильева. Лерий Александрович также заядлый охотник, именно этому увлечению главным образом посвящена его книга. Охоте и фауне северного леса. Наш сегодняшний разговор с автором - о том же.

- Лерий Александрович, чтобы написать такую книгу, надо пройти немалый путь: накопить опыт, все взвесить, сделать выводы...

- Все идет еще из детства. Родом я из Варзуги, любовь к природе привил дед Прокопий Архипович Кривоногов - потомственный помор, рыбак и охотник, его памяти и посвящены «Лесные тропы». Кроме того, я работал лесничим и главным лесничим в Зашейковском лесхозе, директором Терского лесхоза, потом - в ботаническом саду. Любимый писатель - Михаил Пришвин, вот кого еще я назвал бы своим учителем. Наконец, в моем распоряжении не только опыт и воспоминания, но и охотничьи дневники, которые веду уже 55 лет.

- Итак, вы доказываете, что охотник - вовсе не варвар, а самый настоящий защитник природы.

- Действительно, мы заинтересованы, чтобы зверей и птиц было много. Кстати, у финнов, у которых в лесах с дичью все в порядке, по статистике на каждые семнадцать человек приходится один охотник, у нас же - на сорок. Около 20 тысяч северян имеют охотничьи билеты, но только один из пяти по-настоящему охотится (не считая, правда, браконьеров). Проблему создает не количество людей с ружьями, а варварские методы отстрела животных - с применением современных мощных снегоходов, вертолетов, из окон автомобилей вдоль трасс. Тут охотник и зверь заведомо поставлены в неравные условия, животному не приходится рассчитывать на силу и выносливость, шансов на спасение не остается. В Скандинавии, скажем, такие методы строжайше запрещены. Поэтому я и предлагаю в своих заметках ввести кардинальные меры для восстановления численности охотничьей фауны, а также цивилизованные формы отстрела диких животных в Кольском крае.

- Культурные охотники бьют тревогу?

- Да, поскольку неблагополучно обстоят дела. Так считаю не только я. На презентациях моей книги выступали, например, сотрудник ботанического сада Сергей Руденко, бывший охотинспектор Александр Сибелев. По их словам, учет численности зверя сейчас практически не ведется - поэтому никто не знает, сколько в наших лесах осталось лося. Мало - вот и все. А медведя как-то все же посчитали, и вышло, что его популяция достигла тысячи животных. Оттого и участились встречи с человеком, что перестал косолапый бояться. Раньше, когда его количество регулировалось отстрелом и измерялось 200-300 «душами», такой проблемы не было. Превышение численности оленя также не несет ничего хорошего. Прежде всего самим животным: они вытаптывают ягельные пастбища и страдают от бескормицы. Так что здравый взгляд на охоту как средство поддержания экологического равновесия на пользу всем.

- По-моему, именно ваши рассказы о том, как вести себя при встрече с медведем, вызывают у слушателей и читателей наибольший интерес.

- Нынешним летом медведи многих напугали. Охотников на этого зверя сейчас мало, медведи видят людей всюду, привыкают и теряют врожденный страх перед ними. Хотя прежде каждый косолапый, попавшийся человеку на глаза, был приговорен к выстрелу, поскольку мужики в лес без ружья не ходили в любое время года. Теперь нахождение в лесу с ружьем в неохотничье время приравнивается к браконьерству. И это абсолютно справедливо, ведь лес настолько оскудел дичью, что сама охота может скоро потерять смысл. Медведей же, как я уже сказал, напротив, становится все больше. А отстрелу подвергается менее трех процентов популяции хищников, что не позволяет поддерживать ее на оптимальном уровне. Раньше-то Главохота РСФСР определяла размер добычи медведя до десяти процентов от учтенной численности.

В такой ситуации человеку без ружья действительно надо учиться правильно вести себя при встрече с косолапым. За грибами и ягодами отправляться небольшими группами, перекликаясь затем друг с другом, зверь в этом случае не покажется. Нельзя оставлять в лесу, на берегах водоемов остатки пищи, в том числе закапывать в землю. Медведи нынче стали настоящими помоечниками и тянутся к местам, где бывают люди. При чистке рыбы отходы тоже лучше выбросить в воду, их съедят чайки. И конечно, нужно помнить, что лес для медведя - дом, а мы там всего лишь гости. Право зверя на нормальное существование в своей экологической системе неоспоримо, и он, безусловно, подлежит такой же охране, как и другие представители животного и растительного мира.

- И регулированию все-таки тоже...

- Безусловно, с помощью регулярной профессиональной охоты, чтобы поддерживать в звере врожденный страх перед человеком. Я также пишу об этом в книге. Стоит подумать о возрождении традиционных медвежьих охот, на которые можно приглашать людей, способных платить за такой адреналин деньги и тем окупать затраты. А они потребуются, и немалые, поскольку должны быть организованы профессиональные группы охотников-медвежатников. Нужно восстановить линии собак-медвежатниц, обеспечить охотников современным нарезным оружием и транспортом.

- Вы давно известны в нашем крае как специалист по рекультивации кузоменских песков, как лесовод, теперь неоспорима и ваша роль как проводника в мир природы, для многих из нас незнакомый. Правильно ли я понимаю, что эти очерки - не только способ творческого самовыражения, а еще и позиция пропагандиста?

- Можно сказать и так. Помимо публикаций в прессе и издания книги (кстати, в начале наступившего года планируется выпуск дополнительного тиража сборника) хотелось бы действовать и в других направлениях. Юннатское движение в стране затухло, охотничьи общества прекращают свое существование... Надо что-то делать! Есть у меня задумка: создать экологические обучающие тропы на базе Апатитского дендрария северных и высокогорных видов. Сюда можно было бы приглашать на экскурсии школьников и студентов, чтобы они увидели следы птиц и зверей, понаблюдали за фауной. Ведь такого количества гнездящихся птиц, как у нас в дендрарии, больше не увидишь нигде в окрестностях Имандры. Общение с природой развивает и обогащает, а потому нельзя упускать эту возможность, воспитывая детей и молодежь.

Зоя КАБЫШ, Апатиты