Выдающийся культурный деятель России, ученый-энциклопедист, академик. Во многих отраслях знаний Ломоносов был крупным знатоком, преуспел также в литературе. Историк, географ, химик, физик, художник, филолог, поэт…

Легенды и автографы

Наш человек, северянин. Как у многих видных деятелей прошлого, у Ломоносова существовали белые пятна в биографии. В литературе упоминались годы рождения - 1709, 1711, 1712 и даже 1715-й, месяцы - июль, август, сентябрь, ноябрь. Исследователи до середины ХХ века определялись с точной датой, так и не определились, но пришли к общему знаменателю - родился великий помор 19 ноября 1711 года по новому стилю в семье крестьянина Василия Дорофеевича Ломоносова. А вот где? Долгое время называлась деревня Денисовка Куростровской волости близ уездного города Холмогоры. Но там не жили люди с такой фамилией, а вот рядом, в деревне Мишанинской, согласно ревизским сказкам издавна были Ломоносовы. Именно на этих землях, где находились вышеназванные деревни, ныне расположено село Ломоносово - в нескольких километрах от нынешнего районного центра Холмогоры Архангельской области.

Вторая легенда его биографии - бегство из дома на учебу в Москву, нашедшая яркое отражение в литературе и изобразительном искусстве. Этот момент жизни благодаря новонайденным документам со временем тоже упорядочили. А вот что не вызывало споров и возражений в научной среде, так это поездки на Мурман с отцом, промысловая работа в Баренцевом море, знакомство с жителями и природой Кольского Заполярья. Здесь Ломоносов мужал, познавал мир, формировалось мировоззрение, многие кольские наблюдения позднее отразились в его научных трудах.

В конце 60-х годов минувшего века, будучи студентом Литинститута, на зимних каникулах я занимался в Архангельском госархиве, листал документы по истории старой Колы. В один из дней в читальном зале случился небольшой переполох - местный историк-краевед обнаружил автограф молодого Михайло Ломоносова, неизвестный науке. То-то было шума и поздравлений - со стороны работников архива и посетителей. Занятый своими разысканиями, фамилию краеведа и суть автографа я не запомнил, но тот праздник, случившийся в архангельском архиве, у меня до сих пор перед глазами.

Возможно, автограф юного Михайло, а их ныне известно несколько десятков, относится к нашему краю. Семья Ломоносовых на Мурманском берегу имела промысловый стан в районе реки Рынды, в становище Кеккурское. Отец будущего ученого Василий Дорофеевич, крепкий хозяйственник, предприимчивый мореход-промысловик, на ладье с десяти лет летом и осенью брал сына на мурманские промыслы или на перевозку в Кольский острог грузов для тамошнего гарнизона; однажды вывозил из Кольской таможни монеты в мешках. Таких крестьянских детей, рано привлекаемых к морю, называли зуйками. После реформы поморского судостроения, когда рыбопромышленники по указу Петра I стали вместо ладей и кечей заказывать «новоманерные» суда (европейских типов), для Ломоносовых в 1727 году мастер Медведев построил гукор «Святой архангел Михаил». Одномачтовое судно грузоподъемностью 90 тонн, длиной чуть более 15, шириной - 5 метров. За отличные мореходные качества оно получило домашнее прозвище «Чайка». По тем временам это приличное судно, которое могли позволить себе состоятельные люди. По словам ученого, состояние и благополучие родитель нажил кровавым потом. В конце 20-х годов ХVIII века Василий Дорофеевич обучался гарпунерскому делу в Кольской китобойной компании, бил китов и белых медведей, несколько раз плавал к берегам Шпицбергена. Ленинградский историк Михаил Белов в одной из своих работ вопрошал: а не участвовал в столь дальних плаваниях и сам Ломоносов?

В Колу отец с сыном с 1722 по 1729 годы плавали постоянно, дружили с зажиточным жителем из стрельцов Новоженовым, также промышлявшим на побережье, иногда совершались общие сделки. В Архангельской таможенной книге 1725 года есть запись за 27 сентября о продаже груза трески, подписанная 13-летним Ломоносовым: «По велению Григория Новоженова куростровец Михайло Ломоносов руку приложил». Не учась в школе, грамоту он познал рано от местного дьячка Семена Сабельникова, «охоч был читать в церкви псалмы и каноны», имел красивый почерк. Всегда тянулся к знаниям. Земляки братья Дудины давали юноше читать «Арифметику» Магницкого и «Грамматику» Смотрицкого, эти книги своей юности Ломоносов назвал «вратами учености». Но путь «к учености», по словам того же дьячка Сабельникова, лежал через латинский язык, а выучить его можно в Славяно-греко-латинской академии в Москве…

От мачех и невест - в Москву

Легенда о бегстве Ломоносова из родительского дома основана на академической биографии 1784 года, приложенной к первому собранию сочинений ученого. Якобы он ночью, «когда все в доме отца его спали, надев две рубашки и нагольный тулуп», прихватив несколько любимых книг, с рыбным обозом добрался до Москвы. Дело происходило не совсем так. 9 декабря 1730 года в Холмогорской воеводской канцелярии он получил паспорт, заплатил соответствующий налог, родители отъезд с рыбным караваном не запретили, 15 января следующего года в Москве поступил в академию. Хотя причины сбежать из дома были. Михайло не ладил с обеими мачехами. Василий Дорофеевич к тому времени третий раз женился - на вдове Ирине Семеновне Корельской (первая жена, родная мать Михайло, умерла, когда тому было 8 лет) и требовал того же от взрослого уже сына, видя в нем наследника, достойного продолжателя своего дела. Даже нашел ему девушку в Коле, вероятно, через Новожилова. Но Ломоносов «жениться не похотел», сослался на несуществующую болезнь. Сватовство отложили. Только через десять лет женился он в Германии, где студентом постигал науки, на дочери пивовара Елизавете Цильх.

Мы, мурманчане, гордимся, что в биографии Ломоносова есть кольские страницы, и воздаем должное - в областном центре имеется улица его имени, в Коле - мемориальная доска. Жаль, задумка начала девяностых прошлого века - поставить памятник - не удалась, уже и деньги собирали, существовал фонд. Надеюсь все-таки, в Коле будет краеведческий музей, которого к стыду нашему до сих пор нет, а рядом - памятник великому помору. Уверен также, в архивах найдутся о нем новые мурманские материалы. Откройте его труды. В исторических и географических работах рассыпаны десятки примечаний и дополнений о нашем крае, почерпнутых не из книг, а в результате общения и наблюдения. Например, о промысле жемчуга: «Недалече от Кольского острога в маленькой речке ловят жемчужные раковины в глубоких местах, где бродить нельзя, с небольших плотов, опускаясь вниз по речке на веревке, которую человек или два за конец держат с одного или с обоих берегов и вниз помалу опускают. Раковины, которые для светлости воды глубже сажени видеть можно, вынимают долгим шестиком, на конце расщепленным, увязивши раковины в росщеп острым краем».

Бывая в Коле, молодой Ломоносов общался с коренным населением. Полемизируя с Вольтером, опровергал его ошибочные сведения о северных народах: «Лопари отнюдь не черны и с финнами одного поколения, равно как с корелами и со многими сибирскими народами». Вспоминал юность: «Я, будучи лет четырнадцати, побарывал и перетягивал тридцатилетних сильных лопарей». Объяснял тем, что лопари редко едят мясо и хлеб, в основном рыбу.

Меж льдами новый путь

В 1763 году Ломоносов составил проект русской полярной экспедиции в Северный Ледовитый океан с задачей через Шпицберген найти проход на восток:

«Колумбы Росские,

презрев угрюмый рок,

Меж льдами новый путь

отворят на восток».

Такая экспедиция на трех кораблях состоялась, возглавляемая капитаном 1-го ранга Василием Чичаговым. При подготовке особое внимание Ломоносов, исходя из собственного поморского опыта, уделял противоцинготным средствам. В перечне продуктов, составленном им, имелись водка, настоянная на сосновых шишках, мед, хрен толченый, чеснок и лук, уксус, морошка («46 ушатов»). Из одежды Ломоносов рекомендовал овчинные тулупы, валенки и меховые рукавицы, на случай зимовки - различные снасти: «сети, уды, ярусы, рогатины для ловления рыб и зверей, которые сами в пищу, а жир в нужном случае вместо свеч и дров служить могут».

Изучению пространства и недр родной земли Ломоносов посвятил всю свою жизнь. В архиве хранится карта Российской империи, где рукой ученого отмечены маршруты будущих экспедиций. Наш Кольский полуостров обведен им полностью: жирная линия пролегает вдоль всего побережья и поперек - от Колы до Кандалакши.

В 50-е годы ХХ века советские полярники в Арктике сделали выдающееся открытие - мощный подводный хребет, пересекающий Северный Ледовитый океан, назвали именем Ломоносова. Символично! Этот топоним подчеркивает размах исследований, широту и глубину научных интересов русского ученого Михаила Васильевича Ломоносова.

Владимир СОРОКАЖЕРДЬЕВ.