1. Ставка на «дальние патрули»
29 июня 1941 года на Кольском полуострове началось крупномасштабное наступление группы армий «Норвегия». Одновременно по двум основным направлениям: Мурманскому и Кандалакшскому. Но между ними было еще одно, Рестикентское. Интересно, что здесь не было регулярных частей противника. Наступали финские пограничники из отряда Er. Os. P под командованием майора Антти Пеннанена. На моторных лодках по реке Лотта финны скрытно подошли к границе, а 29 июня начали движение в направлении поселка Мурмаши.
Из показаний пленного финского капрала известно, что конечной целью похода была Кировская железная дорога. Финнам здесь удалось продвинуться вглубь нашей территории на 55 км, до поселка Усть-Лотта. Из-за неблагоприятных обстоятельств здесь сделали вынужденную остановку.
В финских архивах есть рапорт командира роты, в котором он указывает причину задержки: не успели подвезти продукты и боеприпасы. Эта остановка финнам обошлась дорого. Наши пограничники 82-го погранотряда под руководством начальника штаба майора Немкова Я.А. провели перегруппировку и разгромили финский отряд.
Наша область, как и все прифронтовые территории, в это время бросила все силы на эвакуацию людей и материальных ценностей. В первые дни наступления немцев было непонятно, смогут ли наши 14-я и 52-я дивизии остановить врага.
Руководство области и Государственный комитет обороны СССР считали, что часть Кольского полуострова враг может оккупировать. Близость вражеских частей к Кировской железной дороге заставляла руководителей края и страны принимать срочные меры. Обком партии начал формировать партизанские отряды и готовить базы с продовольствием, одеждой и боеприпасами.
Одновременно полным ходом шла эвакуация: и оборудования, и населения. Всего область покинули более ста тысяч человек.
Защитники Советского Заполярья летом и осенью 1941 года смогли сдержать вражеское наступление на Кольском полуострове, восстановить грузоперевозки по Кировской железной дороге.
Все попытки немецкого 5-го военно-воздушного флота нанести по ней мощный бомбовый удар не давали желаемого результата. Погода осенью на Кольском полуострове неустойчивая, авиацию можно было использовать далеко не всегда. И противник сделал ставку на диверсантов абвера, которых готовили в разведшколе в Рованиеми: «Разведывательную работу на Мурманском, Кестеньгском и Кандалакшском направлениях ведет Лапландское отделение фингенштаба, дислоцируемого в Рованиеми. Возглавляет отделение разведки капитан Паатсало, он же известен агентуре как капитан Карра и капитан Райло...».
Нужно сказать, капитан Харри Паатсало руководил еще одним подразделением: «Osasto Paatsalo» (Os.P) - отрядом Paatsalo. Это одно из четырех финских диверсионно-разведывательных подразделений «дальних патрулей», подготовленных специально для работы в глубоком советском тылу. При подготовке этих диверсантов учитывалось, что им придется противостоять войскам НКВД. Основное направление их действий - Кировская железная дорога, северная Карелия и наша область.
В Рованиеми абвер держал и свое немецкое диверсионное подразделение: 15-ю роту четвертого батальона полка «Бранденбург-800». Командир 15-й роты - 30-летний немецкий лейтенант Тромсдорфф из Берлина. Рота не имела тяжелого вооружения и называлась «легкая». Специализация данного подразделения - минно-подрывное дело. Основное направление: подрыв сложных железобетонных конструкций на территории противника: мосты, дамбы, промышленные здания и сооружения.
Была одна проблема - бойцы из этого элитного подразделения родом не с Севера: украинцы, белорусы, немцы с Поволжья и немцы с Балкан, из Тироля, австрийцы. На лыжах ходить они, конечно, умели, но выжить в безлюдной тундре зимой для них было непросто. Поэтому с первых дней прибытия в финскую Лапландию бойцов 15-й роты начали обучать финские специалисты. Немцам на Кольском полуострове нужно было хорошо подготовленное диверсионное подразделение. Осенью 1941 года бойцы 15-й роты полка «Бранденбург-800» прошли хорошую подготовку в своем учебно-тренировочном лагере под Берлином и на базе финских «дальних патрулей» под Рованиеми, в поселке Курсункиярви.
В январе 1942 года в Финляндию вылетел начальник управления «Абвер-заграница» при штабе Верховного командования Германии адмирал Канарис. Его сопровождали начальник разведки (отдел «Абвер-1») генерал-лейтенант Ганс Пиккенброк и начальник отдела контрразведки генерал-лейтенант Франс Бентивеньи. В Финляндии руководители Абвера согласовали с финским военным руководством планы совместных действий.
Сразу после этого визита больших начальников 15-ю роту «Бранденбурга-800» решили усилить финскими спецами диверсионной работы: в их базовый лагерь возле Рованиеми с фронта из-под Ростова-на-Дону привезли шестерых финнов-добровольцев из состава 6-SS Gebirgs-Division.
Кроме этого в состав 15-й роты полка «Бранденбург-800» передали взвод финских дальних патрулей из «Osasto Paatsalo».
Большие возможности немецкой армейской разведки позволили в кратчайшие сроки из бойцов «Бранденбурга» сделать мощное диверсионное подразделение, укомплектованное самыми новейшими техническими разработками, которые были на вооружении немецкой и финской разведок.
Для связи использовалась финская радиостанция «Kyynel» М-4 (передатчик), М-7 (приемник) (на снимке). На тот период она считалась одной из лучших в мире. Имела большую степень секретности и была на вооружении только в спецчастях. Наши радиостанции, да и оружие, которым пользовались пограничники и партизаны «Севера», были намного хуже.
Диверсионные группы противника для минирования железной дороги применяли мины с вибрационными и часовыми взрывателями. Для отрыва от преследования диверсионные группы использовали прыгающие мины Sprengmine 35. У нас их обычно называли либо «мина-лягушка», либо на немецкий манер «шпрингмина», финны называли их «мины для лыжни»: закопанная мина выбрасывалась из земли на высоту до 1,5 метра через 4,5 секунды после срабатывания взрывателя. При взрыве 365 стальных шариков шрапнели и осколки корпуса разлетались в стороны и поражали все живое на 15-20 метров вокруг.
У нас ничего подобного не было. Разминировать такие мины было сложно. Они могли использоваться как мина нажимного или натяжного действия с двумя взрывателями.
У диверсантов «Бранденбурга-800» было много спецсредств: жидкость для обработки следов (собаки не могли по запаху взять след), газовые горелки для обогрева и приготовления пищи, самовоспламеняющийся порошок (для диверсий на складах), приборы бесшумной и беспламенной стрельбы, оптические прицелы и приборы ночного видения и даже снегоступы.
Для перевозки грузов были подготовлены 40 ездовых собак и необходимое оборудование. То, что диверсант очень хорошо одет и обут, видно на фотографии из журнала. Лыжи не «на валенках», как у наших пограничников, думаю, тоже видно.
В феврале 1942 года бойцы «Бранденбурга-800» вместе со своими финскими друзьями из «дальних патрулей» пошли в дальний разведывательный рейд до Колы. Отрабатывали маршрут предстоящей диверсионной операции.
В наших архивах сохранились документы, подтверждающие, что весной 1942 года готовилась крупномасштабная немецко-финская наступательная операция на Рестикентском направлении. В «Боевой характеристике боевой и оперативно-служебной деятельности 82-го пограничного стрелкового полка войск НКВД по охране тыла Карельского фронта на Рестикентском направлении» сказано:
«В начале апреля месяца 1942 года немецкое командование усилило шестой отдельный погранбатальон батальоном отборных немецких войск, имело намерение внезапным ударом, используя почти тройное превосходство сил, уничтожить подразделения полка и своим продвижением вдоль реки Лотта, Нот-озеро, реки Тулома, демонстрируя угрозу гор. Мурманску, отвлечь часть сил Красной Армии с других направлений».
Шестой отдельный погранбатальон - это финские «дальние патрули».
Командование Карельского фронта об этом знало. «… 21.01.1942 г. Получили из Центра разведывательные данные о том, что немцы готовят наступление на Мурманск и Кандалакшу. Чтобы перерезать Кировскую железную дорогу и организовать наступление, перебрасывают 5-ю и 7-ю горно-егерские дивизии и дивизию (СС)...» - читаем в дневнике главы областного комитета партии Максима Старостина.
После пяти дней упорных боев с 8 по 12 апреля 1942 года трехтысячная немецко-финская группировка противника не смогла сломить оборону бойцов 82-го пограничного полка войск НКВД по охране тыла Карельского фронта, хотя их было всего 997 человек.
По нашим данным: « В результате боев с 8 по 12.4. 42г. потери противника - убитыми и ранеными до 340 человек. Потери полка - убито 87 чел. Ранено - 48 чел., пропали без вести 5 человек».
Однако в своих отчетах командующий 19-м горнострелковым корпусом генерал-лейтенант Шернер, который лично готовил эту операцию и руководил ею, все свои просчеты переложил на командиров подразделений и погоду: «7 апреля 1942 г. выпал снег, а 8 апреля 1942 г. наступила оттепель…»
Не буду подробно описывать события, происходившие в апреле 1942 года на реке Лотта, скажу лишь, что 15-я рота полка «Бранденбург-800», усиленная финскими «дальними патрулями», численностью 108 человек под командованием лейтенанта Тромсдорффа, задание по блокированию Кировской железной дороги не выполнила. За что в конце апреля 1942 года была отправлена на фронт, а лейтенант Тромсдорфф навсегда покинул это элитное подразделение с формулировкой: «по состоянию здоровья».
18 мая 1942 года ГКО принял решение восстановить никелевое производство на Кольском полуострове. Это стало вторым рождением и города Мончегорска, и комбината «Североникель». Начали возвращаться эвакуированные металлурги, горняки, проектировщики. Тогда же в город прибыл зенитно-артиллерийский дивизион. Орудия и пулеметы были установлены вблизи цехов, рудника и в самом городе. На временном аэродроме разместили эскадрилью истребителей.
Немецкое командование тут же на это отреагировало. Уже в июне 15-я рота «Бранденбурга-800» снова появилась в финской Лапландии в городе Рованиеми. Теперь ее возглавил лейтенант Хеттингер, хорошо говоривший по-русски. Новый командир знал не только язык, но и нашу армейскую структуру.
Теперь в роте было много диверсантов с русскими корнями (бывшие белые эмигранты и военнопленные). Это позволяло им находиться на советской территории в относительной безопасности, так как, в зависимости от обстановки, можно было переодеться в гражданскую одежду (лесорубов, железнодорожных ремонтников и т.д.) или в форму бойцов Красной Армии. Для усиления данного подразделения абвер ввел в состав роты почти всю национальную эстонскую сборную команду по стрельбе из мелкокалиберной винтовки, победившую в 1939 году на чемпионате мира в Швеции.
Первоначально планировали сбрасывать диверсантов к железной дороге на парашютах, а после выполнения задания забирать гидросамолетами. Технически это возможно, малозаселенная территория Мурманской области и Карелии для этой цели очень подходила. Однако возникла проблема, к которой немецкое руководство было не готово. Финские диверсанты отказались прыгать с парашютом. Предложили использовать водный транспорт - моторные лодки. На том и остановились.
Гитлер требовал от командующего немецкими частями в финской Лапландии генерал-полковника Эдуарда Дитля провести совместно с финнами крупномасштабную военную операцию по блокированию железной дороги. Дитль предложил провести одновременно наступление на Кандалакшу и Беломорск, чтобы большой участок Мурманской железной дороги оказался оккупированным.
Операция получила название Lachsfang - «Ловля лосося». 21 июля 1942 года Гитлер директивой № 44 утвердил план мероприятий. Согласно договоренности между Германией и Финляндией в операции должны были участвовать силы обеих стран. С немецкой стороны войска 19-го горнострелкового корпуса - шли на Кандалакшу, с финской стороны 5-я горная дивизия - на Беломорск. Операцию наметили на осень.
(Продолжение следует.)
