- Я имел честь пятнадцать лет руководить коллективом Оленегорского ГОКа, но давайте сегодня говорить о городе, - предложил Петр Иванович Зеленов на встрече в клубе «Земляки». 82-летний москвич приезжал на юбилей заполярного города, который считает родным и с которым связывает лучшие годы своей жизни. Этого человека в Оленегорске любят и по праву считают градостроителем. С 1970 по 1985 год он был генеральным директором ГОКа, и ему есть что вспомнить.
- ГОК был построен как рудная база для Череповецкого металлургического завода. Здесь открывались месторождения, строились карьеры, обогатительная фабрика - словом, все, что требовалось для выпуска железорудного концентрата. К ЧМЗ были также привязаны Ковдорский и Костомукшский ГОКи. А рядом развивался город. «Рос и хорошел», писали тогда газеты про строящиеся молодые города, - начал рассказ Петр Иванович. - Но все стройки начинались одинаково - с бараков. Вокруг станции Оленья стояли сплошь «деревяшки». В середине 70-х годов они были подключены к отоплению и водоснабжению, но оставались без канализации. С бараками мы покончили только в начале 80-х. Правда, это случилось уже после того, как в Оленегорске построили Ледовый дворец спорта. И теперь могу признаться, я боялся. Когда возводили Ледовый, большинство горожан жило в нормальных домах с хорошими условиями, правда, оставалось еще около тридцати бараков - хотя и не полностью, они были заселены. Так что мы провели определенную агитацию, откровенно разговаривали с земляками: мол, можно построить стоквартирный дом, а можно - Дворец спорта. Согласны ли вы подождать? Жилье обязательно возведем, но через год-два. Решили строить Дворец спорта. Вышло так, что не поступило ни одной жалобы. Меня в обкоме партии спрашивали: почему нет жалоб? На что я отвечал: вы же научили нас агитировать людей! Вот нам и удалось убедить их.
Центр города раньше был в другом месте - маленький, какой-то неуютный, застроенный разнотипными домами, - продолжил рассказчик. - Поэтому у моего предшественника Виктора Ивановича Панкрушина возникла идея о его переносе - для начала решено было «посадить» на нынешней площади здание комбинатоуправления. За архитектурный образец взяли управление комбината «Апатит». А потом начали создавать все остальное, «с изюминкой».
Для молодых поясню: тогда было время типовой застройки - здания горкомов и обкомов, школ и больниц, столовых и ресторанов, жилого фонда в разных городах выглядели одинаково. Помню, тогда даже песенка, язвительная такая. была по этому поводу.
В Оленегорске весь центр застроен по индивидуальному проекту, что строжайше запрещалось. На каждый объект требовалось получить разрешение. И не где-нибудь, а в Госстрое Союза. СССР был огромен, и попасть в Госплан или Госстрой считалось большой проблемой. Мы умудрились, пройдя по московским кабинетам, доказать, что за счет экономии сможем построить Дворец спорта. Хотя чиновники возмущались: «Какой вам Ледовый дворец спорта! Да еще на Крайнем Севере!» Посчастливилось привлечь хороший ленинградский институт экспериментального проектирования - таких по всему Союзу было всего пять-шесть. Заключили договор. Там был талантливейший архитектор Владислав Марцинкевич - этот человек вложил в наш Ленинградский проспект, можно сказать, душу. Причем его идеи далеко не всегда разделяло архитектурное начальство Мурманска. Но Марцинкевич стоял на своем и занимался проектом вопреки мнениям свыше. За что мы ему благодарны.
Молодежь на встрече в клубе поинтересовалась у Зеленова: а зачем, мол, вам было так упираться? Почему решились на эту нетиповую застройку?
- Труд горняков крайне нужен стране, но он очень тяжелый. И в годы моей работы он был таким, и сейчас, - признал Петр Иванович. - А теперь ведется выработка и под землей, я побывал на подземном руднике ГОКа. И еще раз убедился: правильно мы тогда упирались, люди заслуживают того, чтобы жить в красивом городе. Чтобы Оленегорск не был городом временщиков, а здесь хотелось жить. И чтобы людям в глаза можно было смотреть.
В 1976-м Оленегорск стал уникальным городом области - открылся Дворец спорта с искусственным льдом. Участники встречи с удовольствием вспоминали, как на выступления известнейших коллективов страны приезжали люди из разных уголков нашего края. Московский и Киевский государственные балеты на льду, ВИА «Верасы» и «Дружба», государственный академический ансамбль народного танца под управлением Игоря Моисеева, артисты цирка - вот только некоторые из гастролеров. А большой хоккей! Земляки наверняка помнят встречи команд ЦСКА и «Горняк» Оленегорского ГОКа. Это были незабываемые баталии. Ледовый первенец Кольского края скрашивал жизнь северян.
Кстати, в ходе подготовки к нынешнему юбилею города у местных жителей появилась идея переименовать Ленинградский проспект, назвать его в честь руководителя-градостроителя. С чем Петр Зеленов категорически не согласился. Поблагодарил, конечно, за оказанную честь, но предложение отклонил: проспект проектировали ленинградцы, таким он и должен оставаться.
- Мы в советское время жили в идеологизированном государстве. Для нас это являлось своеобразной религией, любое начинание имело идейную подоплеку, - продолжил старый горняк. - В конечном счете это становилось привычкой, порой излишней, дурной. Но не так однозначно жили люди. Например, в Доме культуры был прекрасный ансамбль «Оленегорочка», и я не помню, чтобы звучала какая-то песня типа «партия - наш рулевой». «Оленегорочка» - это всегда что-то нежное, пушистое, прекрасное. Замечательные мелодии и исполнение. Ну а к обилию лозунгов, явному их перебору привыкли до того, что уже не придавали значения.
Вспоминаю базу отдыха «Лапландия» - радио там не было, а радиоузел был: и не гимн исполнялся, а ставились любимые пластинки. Ездили в «Лапландию» в основном не коллективом, а семьями, с детьми. И находились там не только клуб, столовая и баня, а еще стадион, лыжные подъемники, зимний сад, краеведческий музей, библиотека, чердак русских народных сказок и многое другое. Кстати, в основном все это было создано во время субботников, а экспонаты музею подарены.
- Перелистывая в памяти те годы, больше вспоминаешь не миллионные тонны концентрата, а людей, которые работали рядом, на которых всегда можно было положиться, - признался бывший гендиректор. - Вот отмечали мы в 1972 году 50-летие образования СССР. Чтобы проиллюстрировать нерушимую дружбу народов, умудрились собрать во Дворце спорта всех нерусских - где-то около четырехсот человек. Даже японку нашли. На сцене красовалось табло с именами-фамилиями и национальностями приглашенных - абсолютно независимо от того, какую должность человек занимал, передовик он или нет. Все прошло замечательно: всех поздравили, руки пожали и т. д. Недели через две мне доложили, дескать, на руднике мужики ворчат, что на том вечере на сцену не вызвали ни одного русского. Чем мы хуже? Мы что, не работаем на ГОКе?
И я понял, что допустил ошибку. Не в том, что не вызвал на сцену все пять тысяч русских работников комбината, это невозможно. А в том, что в своем коротеньком приветствии даже словом не обмолвился о вкладе русских людей, считая это само-собой разумеющимся. Полагая, что основная, титульная нация правильно меня поймет: ведь это заслуга именно русских, что среди них хорошо живут все остальные. Позже, на селекторе или в газете, объяснился - ничего, мол, страшного, я сам русский и ни в коей мере не считаю, что ничего для города и комбината не сделал. Люди поняли и простили меня.
...Почетный гражданин Оленегорска Петр Зеленов рассказывал о времени и о себе, слушал земляков, каждый из которых хотел поделиться своим сокровенным о той эпохе. Вечер воспоминаний в городском музее продолжался, пока на улице не зажглись фонари. А освещение на остатках полярного лета включается поздно.