Наблюдательные посты ВНОС - воздушного наблюдения, оповещения и связи - были главной составляющей в системе противовоздушной обороны в годы Великой Отечественной войны. На Кольском полуострове основным был 73-й отдельный батальон ВНОС Мурманского дивизионного района ПВО (позднее - Мурманский 1-й корпус ПВО). К началу войны на участке между Мурманском и Кандалакшей батальон располагал 34 такими постами, а в начале 1942 года уже 45. Командир - подполковник Ф. Ф. Антонов. Главный пост находился в Мурманске. В январе 44-го на одном из НП батальона произошла любопытная история.

Геройский расчет

В районе озера Солозеро, что примерно в 80 километрах юго-западнее Мурманска, находился наблюдательный пост ВНОС № 7324 (у каждого поста был такой индивидуальный номер: первые две цифры - номер батальона, третья - номер роты, последняя - порядковый).

В расчет входили: начальник, двадцатитрехлетний старшина Павел Михайлов, наблюдатели ефрейторы Дмитрий Зенков, Евгений Тупиков и самый возрастной из расчета тридцатисемилетний красноармеец Алексей Досенко. Все они были довольно опытными бойцами: Досенко и Зенков были призваны в Красную армию почти сразу же после начала войны, а Михайлов и Тупиков в это время служили уже по полгода.

16 января 1944 года было очень тепло для этого времени года на Крайнем Севере - всего три градуса мороза с небольшим ветерком. Низкая облачность. Активных боевых действий со стороны противника можно было не ждать. Тем не менее на посту бдительность не снижали. И когда со стороны территории, занятой противником, послышался шум приближающихся к посту самолетов, все по тревоге с оружием заняли свои боевые места: ефрейтор Тупиков с пулеметом ШКАС, красноармеец Досенко с пистолетом-автоматом ППШ, а ефрейтор Зенков с винтовкой. Старшина Михайлов следил за обстановкой в воздухе и отдавал команды. По характерному звуку работающих моторов - высокому, звенящему - не оставалось сомнений, что летят «мессершмитты». И действительно, не прошло и минуты, как на бреющей высоте показался сначала один Bf-109, а через несколько мгновений и второй.

Первый шел прямо по курсу на пост, другой - чуть в стороне слева за ним. Вносовцы по команде открыли огонь по первому вражескому истребителю, а потом перенесли его на второй. «Мессеры», проскочив негостеприимный пост, сразу же начали разворачиваться в обратную сторону. При этом было заметно, что дымный след от самолетов стал намного гуще. После того как вражеские истребители скрылись из виду, резко оборвался и звук работающих двигателей. Сомнений не было: немцы совершили вынужденную посадку на озеро.

Гримасы фронтовой статистики

Быстро став на лыжи, Михайлов, Зенков и Тупиков двинулись к озеру, что находилось примерно в двух километрах. Вскоре наткнулись на свежий лыжный след и пошли по нему. Пройдя быстрым темпом около 1,5-2 километров, бойцы догнали немцев, которые устроили привал на небольшой возвышенности. После того как старшина Михайлов крикнул сначала на русском, а потом на немецком: «Стой! Руки вверх!», те открыли стрельбу. Михайлов, приказал подчиненным зайти с флангов, а сам начал вести интенсивный огонь, прикрывая их.

Вскоре стрельба прекратилась, вносовцы со всей осторожностью подкрались к возвышенности и обнаружили там труп одного из летчиков - лейтенанта. Судя по лыжному следу, второй немец продолжил попытку уйти на свою территорию. Но и он далеко не ушел. Двигаясь по уже накатанной лыжне, летчик наткнулся на группу лыжников в масхалатах, идущих навстречу. Это был наряд 6-й линейной заставы 82-го пограничного полка НКВД, совершавший обход контролируемого ими района. Немец спрятался за большим камнем и накрылся парашютом. Когда группа лыжников поравнялась с ним, он вскочил и почти в упор убил первого пограничника, затем застрелили его самого.

Летчики известны: лейтенант Карл-Хейнц Фогель и его ведомый, ефрейтор Хорст Бергманн. Оба из 7-й эскадрильи 5-й истребительной эскадры «Eismeer», которая на тот момент базировалась на аэродроме Луостари.

Сбиты два «мессершмитта», убиты два вражеских летчика - кто сбил и кого награждать? Казалось бы, совершенно неуместный вопрос. Ответ очевиден: конечно, вносовцев наблюдательного поста № 7324. Но не все так просто, как кажется на первый взгляд. Звучит нелепо, но порой сбить самолет было легче, чем это доказать.

Перевозка сбитых в районе Солозера 16 января 1944 г. двух «мессершмиттов» Bf-109G трофейной командой.

Дело в том, что мурманское небо защищали несколько крупных военных ведомств, которые имели свои ПВО: это прежде всего 1-й Мурманский корпус ПВО со своими зенитными полками, многочисленными отдельными артдивизионами, пулеметными взводами, отдельным батальоном ВНОС и истребительной авиадивизией; Северный флот с собственными авиацией, ПВО и ротами НП ВНОС; ПВО 14-й Армии Карельского фронта; наконец, истребительные авиаполки 7-й воздушной армии, базировавшиеся в районе Мурманска, со своими БАО - батальонами аэродромного обслуживания, личный состав которых также осуществлял противовоздушную оборону места базирования.

Вот попробуй разберись в этой огневой зенитной какофонии - кому и сколько записать сбитых самолетов, если все эти структуры одновременно участвовали в отражении налета. И каждый, разумеется, тянул одеяло на себя. Но, к слову сказать, обычно особо голову не ломали, чаще всего все заявленные, не всегда реально сбитые самолеты расписывались на всех участников боя.

Но когда массированные налеты 1941-42 годов на Мурманск остались в прошлом и количество сбитых резко сократилось, то за каждый трофей между многочисленными ведомствами шло негласное противостояние. Что произошло и в нашем случае. На лавры двух сбитых «мессершмиттов» и убитых немецких летчиков помимо вносовцев стали претендовать пограничники.

Истину установил СМЕРШ

В годы войны между пограничниками и вносовцами складывались, мягко говоря, непростые взаимоотношения. А к посту № 7324 во главе со старшиной Михайловым пограничники и вовсе испытывали личную неприязнь. Так сложилось, что вносовцы этого НП в конце июля 1943 года задержали пять подозрительных лиц. Как позднее выяснилось, ими оказались «крупные шпионы и диверсанты». После чего командование Мурманского дивизионного района ПВО щедро наградило своих подчиненных. Начальник Павел Михайлов, в то время в звании сержанта, был награжден орденом Красной Звезды, а красноармейцы Зенков и Тупиков - медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги». Таким образом, на деле получалось, что пограничники проморгали «крупных шпионов», а вносовцы оказались более бдительными. Как такое можно терпеть?!

На этот раз пограничники действовали очень решительно. После того как вносовцы сняли со сбитых самолетов некоторые детали, для того чтобы предъявить их как вещественные доказательства своему комбату, погранцы их изъяли, оставив лишь некоторые личные вещи немецких летчиков. И выставили круглосуточный пост у самолетов с целью не допускать туда больше никого с поста ВНОС. Командованием погранполка было сделано заявление, в котором говорилось, что «начальник поста Михайлов и его люди занимаются вредительством и обманом, так как был произведен обстрел сбитых самолетов уже после их приземления».

Чтобы разобраться во всей этой запутанной истории, в район Солозера направили оперуполномоченного СМЕРШа при 73-м отдельном батальоне ВНОС старшего лейтенанта Сорокина. Он провел детальный осмотр обоих «мессершмиттов» и опросил всех заинтересованных лиц. Подтвердилось, что пробоины, как в моторной части, так и в плоскостях самолетов, произведены снизу, когда они находились в воздухе, а не на земле. Также подтвердилось, что в перестрелке вносовцы убили летчика-лейтенанта, а пограничники - ефрейтора.

После этого по представлению командира батальона весь расчет НП был награжден: Павел Михайлов - орденом Отечественной войны 1-й степени, Дмитрий Зенкин - Славы 3-й степени, Евгений Тупиков - Отечественной войны 2-й степени, Алексей Досенко - медалью «За боевые заслуги».

В свою очередь командир 82-го погранполка НКВД своим приказом от 30 апреля 44-го наградил медалью «За отвагу» автоматчика ефрейтора П. И. Ахременко, который «…проявляя мужество и искусный маневр, огнем своего оружия застрелил двух немецких летчиков».

Вот такая невыдуманная история, как четыре бойца ВНОС за одну минуту сбили два «мессера».